Шотландские тайны - Элизабет Торнтон

Кругом стояла такая тишина, что Ренд начал сомневаться в своей правоте. Уже целых три часа они с Мюрреем следили за дорогой, ведущей в «Прекрасную служанку». Остальные люди Ренда расположились едва ли не на всех перекрестках Дисайда. Им было велено дождаться контрабандистов, напасть на них и непременно задержать человека по имени Дирк Гордон.

Ренд все тщательно продумал. Уверившись в том, что Макгрегор промышляет контрабандой, сиятельный лорд с легкостью выяснил, что все пути ведут на мельницу, расположенную как раз напротив его поместья. Именно там преступники берут виски.

Чтобы не спугнуть Дарока и его подручных, Ренд распустил слухи о своем отъезде в Англию — мол, Рождество положено встречать в семейном кругу. На самом же деле он добрался лишь до имения Мюррея, что возле Инвери. Его лордство надеялся, что Дирк покинет свою берлогу и тоже отправится на мельницу за виски, ибо перед праздником спрос на этот товар очень увеличился.

Его лошадь беспокойно переступала с ноги на ногу, и он, ласково похлопав ее по шее, спешился и привязал продрогшее животное к дереву. Ренд и сам промерз до костей. Даже замечательный клетчатый плед цветов дома Рендалов, накинутый поверх зимнего костюма для верховой езды, не спасал от пронизывающего ветра. Вдобавок недавно начался сильный снегопад, и было похоже, что он не прекратится до самого утра.

Поплотнее запахнувшись в мокрый плед, сиятельный лорд принялся проклинать свое невезение и уверять друга, что все контрабандисты сейчас мирно спят в теплых постелях и даже не помышляют о том, чтобы выйти на улицу. Мюррей, топая ногами в надежде согреться, внимательно выслушал Ренда, а потом рассудительно сказал:

— Нет, ты ошибаешься. Твои контрабандисты не могут не понимать, что погода вот-вот переменится и дороги занесет. Неужели ты думаешь, что им не хочется подзаработать? Рождество — наш любимый праздник, и все шотландцы мечтают пополнить свои запасы спиртного. Разумеется, я допускаю, что Дарок боится мороза, но кто-то же наверняка должен его заменить и повезти-таки товар в «Прекрасную служанку».

— Как ты думаешь, а в Дисайде сыщется хотя бы один мужчина, который не занимается контрабандой? — с любопытством спросил Ренд.

Мюррей расхохотался.

— Сомневаюсь. Ну сам посуди: зачем платить солодовый налог государству за его виски, если можно с легкостью достать напиток лучшего качества и куда более дешевый? Даже твои собственные погреба в Страткерне ломятся от контрабандного виски.

— Знаю, — кивнул Ренд. — Но меня это не очень-то огорчает.

Мюррей усмехнулся и похлопал себя по бокам.

— Хорошо бы застичь их как раз тогда, когда они будут закатывать на телеги бочки. Мне бы не хотелось стрелять, а так… руки у них будут заняты, и они вряд ли станут сопротивляться.

— Всякое может случиться, — откликнулся Ренд. — Если они вооружены, то…

— Но видишь ли…

— Тсс! — поднял вдруг предостерегающе палец Ренд. — Помолчи. Что это?

Он ничего не слышал и сказал это лишь потому, что ему не хотелось больше спорить с Мюрреем. Ренд не смог убедить приятеля в том, что Дирк Гордон — удивительно шустрый и хитрый парень и что он, Ренд, почти уверен: Дирку опять удастся ускользнуть. Чтобы схватить мальчика, придется связать Дарока и Макгрегора. Эти двое пойдут на все ради спасения своего любимца.

И тут до них донесся негромкий стук копыт и скрип колес.

— Давай-ка, Нэл, пошевеливайся! — раздался голос Макгрегора. Судя по звуку, лошадь подстегнули поводьями. И вот уже из-за снежной завесы появилась телега.

— Проклятье! — прошептал Ренд. На передке телеги сидел только один человек — Макгрегор. Но куда же подевался Дирк Гордон?

* * *

Кейтлин аккуратно закрепила ставни, понимая, что скоро разразится буран, и в нерешительности огляделась. Наконец она пожала плечами, разделась и юркнула под одеяло. Тишину нарушало только похрапывание миссис Макгрегор, спавшей в кухне, да редкие поскуливания Бокейн, которой снились беспокойные сны. Стоявшая на столике возле кровати свеча должна была скоро догореть. Дверь в гостиную Кейтлин отворила настежь, чтобы тепло, исходившее от единственного в доме камина, могло проникнуть во все уголки.

Кейтлин очень волновалась, хотя и пыталась убедить себя в том, что все обойдется. Ренда сейчас в Дисайде нет, он в Англии, за много миль отсюда, и вернется в Страткерн только через две недели. Холодно, идет снег. В такую ночь никто на улицу и носу не покажет. Одни только контрабандисты занимаются сейчас своим нелегким, но полезным делом. Так что Дарок беспрепятственно проникнет в лодочный сарай и очень скоро незаметно выскользнет обратно.

Кейтлин вздрогнула и нахмурилась. Какая глупость с ее стороны! Непростительное легкомыслие! Ведь это именно ей пришло в голову подшутить над английским помещиком и проделать несколько дырок в днище его лодки. И она с усердием, достойным лучшего применения, продырявила старой кочергой одну из посудин, хранившихся в лодочном сарае Страткерна. Кейтлин казалось, что это будет очень забавно. Подумать только: Рендал, заядлый рыбак, на глазах у слуг и зевак плывет в лодке, которая постепенно наполняется водой. Лицо у него растерянное, а все вокруг так и покатываются со смеху. Нет, он, конечно, не утонет, потому что осенью река Ди очень мелкая, но почти наверняка испугается.

Однако ее замысел не удался. Никто так и не узнал о дырках в днище, которые Кейтлин старательно замазала торфом и грязью. Ренд ни разу не рыбачил, и теперь неизвестно, кто первым сядет в испорченную лодку. Ясно лишь, что случится это весной, когда Ди разольется и станет глубокой и опасной. Кейтлин и в голову не приходило, что ее невинная шалость может обернуться бедой. Она тогда просто злилась на англичанина и хотела унизить его. А оказалось, что совершено преступление. Ох, только бы Дарок сделал все как следует.