Девочка миллиардера - Софи Вебер

когда-то и я в таком должна была работать. Думала, что буду работать, хотя мечтала о другом. Шутки ради, попробовала поступить в медицинский. Не верила, что пройду, но смогла. Сомневалась не потому, что глупая. Я хорошо училась, хотела выбраться из нищеты, чего-то добиться в этой жизни, быть полезной, спасать людей, в конце концов.

Но денег у меня не было, а до лучшей студентки я, к сожалению, не дотягивала. Вот и получилось, что училась я до тех пор, пока не урезали бюджет. Два года не доучилась. Дальше сказали, или плати деньги, или проваливай. Возможно, не подала бы я документы в медицинский, работала бы в офисе, строила карьеру. Все же лучше, чем работа официанткой. Вот и получается, что погналась за журавлем, а оказалась у разбитого корыта.

Не то же самое сейчас происходит с моей личной жизнью? Ведь когда в сопровождении охранника я отказываюсь в приемной и собираюсь пройти к кабинету, на моем пути возникает секретарша. Я её сразу и не заметила в большом помещении. Или не хотела замечать. Интересно, и правда та самая? Если она и беременна, то срок маленький, не видно. Но смотрит девушка на меня как на врага. Я, в свою очередь, оценивающе. Даже помаду ее пытаюсь сравнить с той, что как-то заметила у Динара на рубашке.

Жаль, что по взгляду нельзя определить, спит она со своим хозяином, или только мечтает об этом?

Глава 45

Мне сложно представить, что должно происходить в голове у человека, чтобы он имел отношения с двумя сразу. Обеим говорил ласковые слова, прикасался, целовал, совал свой член. Становится вдруг противно до тошноты. С трудом сглотнув, мне удается сдержать рвотный позыв. Я не верила Нине. Упорно отбрасывала мысль, что Динар мог меня просто использовать. Но сейчас, глядя в глаза этой девушки, я вижу чистую, ничем не замутненную ненависть. Она точно знает, кто я. И ей точно это очень сильно не нравится.

Но она умудряется удивить, предельно вежливым тоном спросив:

— Вы к кому?

Я даже осматриваюсь, чтобы убедиться, что здесь только одна дверь. Кроме выхода, конечно. Отстраненно отмечаю, что сопровождавший меня охранник куда-то исчез. И всё же отвечаю, сама не понимая зачем подыгрываю ей.

— К Динару, к кому же еще, — специально упускаю отчество, чтобы подчеркнуть, что мы с ним близки.

— Вам не назначено, это я точно знаю. У Динара Каримовича на ближайшие два часа нет встреч. Он занят, поэтому…

Ей приходится замолчать, так как начинает звонить рабочий телефон у нее на столе. Секретарша, раздраженно фыркнув, отворачивается и дефилирует обратно к столу. Посматриваю на дверь, думая, не проскочить ли, пока она отвлеклась. Но нескольких секунд хватает, чтобы девушка закончила разговор, бросив в трубку лишь растерянное “Но ведь вы сказали…”. После этого дверь в кабинет директора приветливо открывается и я прохожу внутрь, оставив недовольную секретаршу позади.

Она обратилась к Динару на “вы”. Игра или девушка правда просто секретарь?

Поднимаю глаза, толкнув за собой дверь. И стопорюсь, растерявшись на мгновение. Скользнув беглым взглядом по кабинету, отмечаю большой стол посередине, и цепляюсь за светлое пятно в дальнем углу. Там стоит диван, на нем одеяло и подушка. Перевожу взгляд на Динара, вижу его слегка помятое лицо и взлохмаченные волосы. Понимаю, что он спал. Посреди бела дня. Прямо у себя в кабинете. Здесь комфортнее? Ну правда, ведь все, что нужно, есть под рукой.

Наконец, решаюсь посмотреть ему в глаза. Ожидаю увидеть раздражение, как минимум недовольство. Ведь помешала. Как минимум разбудила. Вместо этого встречаюсь с теплом, которое видела в глазах мужчины до недавнего времени в моменты наших встреч после нескольких часов разлуки. Так он смотрел на меня, возвращаясь с работы. Таким нежным взглядом одаривал по утрам. Под этим взглядом я таю, на пару мгновений забыв, что именно меня сюда привело.

— Полина, — со странной улыбкой произносит он, слегка хриплым голосом, словно с тоской. — Что-то случилось?

В удивлении вскидываю брови. Мне казалось, что всё очевидно. Но получается, что так казалось только мне. Что ж, остается либо с болью убедиться, что Нина права, либо с облегчением понять, что глупости всё это и выдумки.

— Ты не приезжаешь домой.

— Ты сама видела, что от этого офиса ехать далеко, — устало произносит он. — Мне проще заночевать здесь, чем мотаться туда-сюда. Это всего на несколько дней. Потом снова вернусь в центральный и буду приезжать домой.

— Ты не отвечаешь на мои звонки.

— Прости. Наверное, стоило сразу тебе объяснить. Но я немного подзабыл, что такое отношения. Дело в том, что когда возникают вопросы, требующие полной моей сосредоточенности и внимания, я… как бы это правильно объяснить… Для меня внешний мир перестает существовать. Я полностью ухожу в работу, чтобы как можно быстрее решить проблему. Я обидел тебя, да?

— Я думала, ты обиделся, — растерянно произношу. — Мы ведь так и не поговорили, ты обещал вернуться к восьми, но уже несколько дней не приезжаешь, не разговариваешь со мной…

Сама не замечаю, как из груди вырывается всхлип. Не думала, что это будет так тяжело. Казалось, я готова к чему угодно, но реальность превзошла все ожидания. Но это ведь хорошо, правда? Между нами всё хорошо. И словно подтверждая мои мысли, Динар тут же оказывается рядом и сгребает меня в объятиях.

— Немного вспылил, увидев тебя с другим мужчиной, — шепчет куда-то мне в висок. — Не думал, что ты примешь на свой счёт мое отсутствие и… Глупо вышло. Оказывается, я безумно соскучился, — произносит со вздохом, резко сменив тему, и увлекает меня к дивану.

— Что ты делаешь? — в недоумении спрашиваю, когда Динар начинает стаскивать с меня одежду.

— Трахать тебя буду, Полина. Думал, сосредоточусь на работе, а стоило тебя увидеть — и вся кровь в пах. Хочу тебя до одури.

Стоит ему об этом сказать, как мое тело тут же реагирует томлением внизу живота. Я ведь тоже соскучилась…

— Кто-то может войти, — несмело возражаю, но Динар затыкает мне рот. Последний слабый аргумент растворяется в глубоком, клеймящем поцелуе.

Даже сомнений не возникает в его словах, объяснениях. Таких абсурдных, и вместе с тем совершенно логичных. Так не врут. Его тело говорит вместо него. Его прикосновения жадные, его поцелуи голодные, пульс зашкаливает и дыхание с надрывом. И его, и мое. Такое