Ашер Блэк - Паркер С. Хантингтон

Черт, не думаю, что я справлюсь с этим прямо сейчас.

Квартира Ашера огромна, но это не свобода. Мне нужна настоящая свобода. Без нее я схожу с ума. Я вновь обрела уважение к заключенным. Как они это делают? Как они справляются с этим? Я застряла в роскошной квартире площадью двадцать тысяч квадратных футов, и это сводит меня с ума.

На прошлой неделе я 13 часов пряталась под столом Ашера, ожидая, когда он войдет, чтобы напугать его. К тому времени, как он пришел, я уже спала, и, по сути, весь день прошел впустую. В итоге Ашер отнес меня спящую на кровать.

Вздохнув, Ашер протягивает мне коробку.

— Это прототип для наших новых очков виртуальной реальности. Это немного поможет справиться с безумием. Я уже запрограммировал в них кучу игр и живописных занятий. Вот управление для него.

Я беру пару перчаток, которые он мне протягивает. На них есть маленькие металлические кружочки, которые, как я понимаю, работают как контроллер.

— Они уродливые, — говорю я ему, хотя мне льстит, что он доверил их мне. Что он решил сделать это для меня… Даже несмотря на то, что это он заманил меня в ловушку.

— Это прототип, Люси. — В его глазах темнота: — К тому же, красота переоценена.

Эти слова странно звучат из его уст, учитывая, что он самый физически красивый человек, которого я когда-либо встречала. Не зная, что на это ответить, я вместо этого просматриваю список приложений, которые он запрограммировал на VR-консоль. Их десятки, все они соответствуют моим интересам, но несколько привлекли мое внимание больше всего:

Лаборатория Люси

От монофторового натрия

роацетата до батрахотокса

и всего остального между ними, экспериментируйте с

опасными химическими веществами,

с которыми вы не смогли бы

в реальной жизни.

Приключения для Люси

От ярких и морозных

вершин Мачу-Пикчу до

таинственных и темных

глубин Марианской впадины.

мир — твоя устрица, Люси Айвз.

Кухня Люси

Любой инструмент, любое приспособление,

любой ингредиент — все это

твое. Приготовь торт своей мечты,

торт или любимую лазанью

без лишних хлопот.

Десятки приложений — "Лаборатория Люси", "Приключения Люси", "Кухня Люси" и многие другие — названы в честь меня и ориентированы на мои интересы, в основном на то, о чем я упоминала лишь вскользь за все время знакомства с ним. Не могу поверить, что он помнит обо мне все эти вещи.

Есть приложение с изображением практически заполненной арены "Мэдисон Сквер Гарден", предназначенное для избавления от страха перед сценой. Я как-то вскользь упомянула ему о своей боязни сцены. Другое приложение предназначено для того, чтобы научить меня играть на треугольнике. Я даже не помню, как сказала ему, что не умею играть ни на одном инструменте. "Даже на треугольнике", — сказала я тогда. Больше этот вопрос не поднимался.

Как и темы большинства приложений. Тревожно и лестно, что он уделяет мне так много внимания, тому, что я ему говорю, и тому, чего не говорю.

Боже мой.

Он сделал все это для меня.

Но он же и заманил меня в ловушку.

Что я должна чувствовать по этому поводу?

Я не знаю точно, но знаю, что мое сердце бешено колотится, как на марафоне, а когда я поднимаю глаза, чтобы поблагодарить его, он уже уходит.

Как загадочный призрак, которым он и является.

ГЛАВА 17

Любопытно, что

физическая смелость должна

быть такой распространенной в мире,

а моральная смелость — такой редкой.

Марк Твен

Час спустя я на полной скорости спускаюсь на лыжах по склону в Афинах, а Ксавье идет вплотную за мной. Я не вижу его, поскольку на мне очки, но я точно слышу, как он переставляет мебель, чтобы я не ударилась обо что-нибудь вслепую.

У него даже есть толстые подушки в каждой руке, чтобы я могла врезаться в стену. Он подносит их к моему лицу, и вместо стены я получаю полное подушечной мягкости лицо.

Я на полпути к олимпийскому прыжку с подъемника, когда слышу:

— Ни за что, подруга. Что это ты надела? Я больше никогда не хочу видеть эти перчатки и эти отвратительные очки.

— Томми! — кричу я, срывая очки и бросая их в лицо Ксавьеру.

Он ловит их.

Едва-едва.

— Дорогой прототип, — говорит он.

Я пожимаю плечами. Я не в том настроении, чтобы бережно относиться к вещам Ашера, когда он заманил меня сюда. Я в настроении убраться из этого здания к чертям собачьим, и мой билет на выход только что появился… И все же я осторожно снимаю перчатки и аккуратно кладу их на журнальный столик.

Ксавье поднимает вопросительную бровь, но я игнорирую его. Я не знаю, что ему сказать. Ну, может, я благодарна за подарок Ашера и не хочу его испортить. Ну и что? Я быстро отворачиваюсь от пытливого взгляда Ксавьера и обнимаю Томми, втискивая его пухленького в свои жаждущие руки, которые стали гораздо более подтянутыми, чем раньше, благодаря тренировкам Ксавьера.

Надеюсь, что вновь обретенная стройность моего тела не потребует от Томми еще месяц переделывать одежду. Кстати, о вечности, я хочу спросить его, почему ему понадобилось столько времени, чтобы сшить несколько нарядов, но не хочу показаться грубой и расстроить свой билет отсюда. Поэтому я держу рот на замке и жду.

Он не заставляет меня долго ждать.

— Примерь вот это, — говорит он, всовывая мне в ошарашенные руки пакет с одеждой. — Я пойду возьму остальную одежду из прихожей.

Я решаю переодеться в гостиной, чтобы Томми не пришлось тащить свои творения по лестнице. К тому же я не хочу, чтобы это заняло больше времени, чем нужно. Теперь, когда у меня есть одежда, я могу убраться отсюда.

Часть меня содрогается при этой мысли, не в силах поверить, что Ашер держит меня в ловушке в своем доме, потому что я не была одета должным образом. Я даже спросила его, могу ли я просто отправиться в какой-нибудь дизайнерский магазин на 5-й авеню, чтобы купить что-нибудь из одежды. Я бы даже позволила ему выбрать наряд.

Он ответил мне категорическим "нет".

Одежда должна быть от Томми.

Открыв пакет, я поняла, почему. Внутри лежит великолепное платье бордового цвета, состоящее из сетчатого и кружевного корсетного лифа и приталенной юбки. Корсетный топ вручную расшит прекрасными рубинами и, как я надеюсь, не настоящими бриллиантами. Я никогда не видела ничего подобного. Мне не терпится надеть это платье.

Ксавье отводит глаза, пока я переодеваюсь, и с трудом застегивает задние крючки,