Хозяйка замка Эдвенч - Полина Ром

Она действительно была очень красивой девочкой. Про нее можно было сказать – вся в маму. Такой же прекрасный разрез голубых глаз, темные ресницы и нежный маленький ротик. Вьющиеся волосы в этот раз были смазаны каким-то маслом, туго зачесаны и убраны на затылке в узелок, из-за чего она смотрелась как маленькая смешная старушка. В руке та же самая замурзанная кукла.

-- Добрый день, леди Миранда, – я улыбнулась малышке.

Она испуганно взглянула на меня и сделала неловкий книксен.

-- Что вы здесь делаете, маленькая леди?

Клянусь, я говорила с ней ласково и спокойно, но она, притиснув к груди куклу, смотрела на меня почти со страхом и молчала. У нее был странно взрослый и недоверчивый взгляд.

Я растерялась: до сих пор мне не доводилось общаться с маленькими детьми. Я просто не знала, что делать, но и бросить ее на лестнице, где гуляют серьезные сквозняки, показалось мне не слишком правильным.

-- Дайте мне руку, леди Миранда. Я отведу вас в вашу комнату.

Девочка не спорила, а послушно подала холодную ручку, и мы двинулись по лестнице на третий этаж. Молчать было неловко, и я спросила:

-- Леди Миранда, а где ваша няня?

Девочка остановилась и выдернула свою ладошку, глянув на меня исподлобья. Казалось, она колеблется, но потом все же заговорила:

-- Леди, а вы не будете ругаться на Кейти? Она хорошая!

Речь у малышки была чистая и понятная, она только чуть картавила, но даже это звучало вполне мило.

-- Нет, не буду.

-- И никому не скажете?

Тут я вспомнила, как нянька отчитывалась баронессе, и поняла, что если даже та что-то нарушила какие-то неведомые мне правила, под гнев вдовы я ее подставлять не стану. Ну, если только она не пренебрегает своими обязанностями.

-- Никому не скажу, обещаю.

-- Она ушла на кухню и обещала мне принести яблоко – серьезно сообщила девочка.

Тем временем мы неторопливо поднялись на третий этаж, и девочка уверенно двинулась к одной из комнат. Решив, что она слишком мала, чтобы сидеть в одиночестве, я прошла следом.

Комната была большая и теплая. Ну, еще и относительно чистая. На этом все ее достоинства заканчивались. Так могла выглядеть комната прислуги, а не маленькой баронессы.

По старой штукатурке стен змеились трещины, в облицовке камина не хватало пары кусков камня: они отвалились и скромно лежали в углу комнаты один на другом. Мебель была самая простая, грубоватая. Такая же, как у меня. Длинный сундук у стены, стол у окна, два стула и низенькая скамеечка у потрескивающего камина. Рядом с ней, прямо на полу, мешочек с клубками и каким-то вязанием. В углу у входа полка, на которой стоят глиняные миска и кувшин. На гвозде висит полотенце. Вместо кованой подставки для дров – старая корзина с дырой, затянутой обрывком веревки.

Больше всего меня поразила кровать юной леди. На ней лежало точно такое же лоскутное одеяло, каким укрывались слуги.

-- А где спит твоя Кейти? – я просто придумывала темы для разговоров, довольно неловко себя чувствуя.

Малышка ткнула рукой под кровать – там виднелись какие-то доски и я сообразила, что это выкатная койка. У изголовья кровати стоял маленький ночной горшок.

Единственным дорогим предметом был толстый том какой-то книги. Я подошла к столу и развернула – Библия или какой-то молитвенник. Даже с картинками. Полистала, любуясь, как черти варят еретиков, как монахи жгут ведьм, как кому-то отрубают голову. Мрак какой!

Я вспоминала роскошные покои баронессы и не понимала: как к такому нужно относиться? Это приказ барона? Он экономит на девочке?! Или это решение матери? Почему она не взяла ребенка к себе? Там у нее вполне нашлось бы место…

Кейти, распахнувшая дверь, испуганно застыла на месте, держа в руке деревянный облезлый тапперт* с медной чашечкой и огарком свечи.

-- Я встретила маленькую леди на лестнице, – пояснила я ей. --Там холодно и сквозняки. Потому и решила привести ее сюда. Ну, и побыть с ней, пока вы не вернетесь.

Женщина недоверчиво вглядывалась в меня, потом шагнула через порог и, поставив свечу на стол, достала из кармана яблоко. Малышка явно обрадовалась ей, а увидев сюрприз, довольно куснула его маленькими белыми зубками. Нянька между тем сбивчиво поясняла:

-- Всегда Дебби прошу… А сегодня она не смогла… Вы уж, леди де Бошон, пожалуйста, не рассказывайте никому…

-- Кейти, я не стану рассказывать. Но, пожалуйста, если еще раз случится такое, что вам нужно уйти, а оставить малышку не с кем, обратитесь ко мне. Я или найду свободную горничную, или же смогу посидеть с ней сама. Обещаете?

Кейти кланялась и благодарила, а я ушла к себе с весьма неприятным ощущением. Конечно, баронесса змеюка еще та, тут я даже спорить не стану. Но ведь малышка – ее единственная дочь. Почему же девочка так заброшена?!

Мне совсем не верилось, что маленькая леди живет в таких спартанских условиях по воле барона. Когда он перед отъездом пояснял, что именно от меня требуется, я не слышала приказов морить слуг голодом или экономить на дровах для их комнат.

Он, как и многие мужчины, вполне мог не обращать внимания на малышку, справедливо рассудив, что у той есть родная мать.

Миранда живет в тепле, ее нормально кормят: она не выглядит истощенной. Но ведь для ребенка этого мало! Я колебалась, не зная, стоит ли вмешиваться. Не разозлит ли это Аделаиду?

Мой ужин уже стоял в комнате, и я села есть, так ничего и не решив.

______________________

* тапперт – разновидность подсвечника для одной свечи. Отличается высокой ножкой.