Прости за любовь - Федерико Моччиа

чуть его не арестовали за наркотики… Все из-за этого Солдини, который волнуется, что его всегда забывают. Теперь-то никто не забудет тот вечер. Интересно, что они там сейчас в офисе делают? Будем надеяться, что им в голову придет какая-нибудь идея. Ай, что же я за дурак? Теперь ведь для этого есть Ники, волноваться нечего. И он улыбается. Посмотрим. Наконец он находит того, кого искал. Тони Коста. Четвертый этаж. Входная дверь открыта. Алессандро входит и поднимается на лифте. Выйдя, замечает табличку на стекле: «Тони Коста. Специальный агент». Прямо как в старых американских фильмах. Обычно там, когда кто-то звонит в дверь, в него сразу стреляют или дверь выламывают. Он нажимает на звонок. Запах гнили, старый скрипучий лифт, изношенный коврик, хранящий следы бог знает скольких людей, вытиравших здесь ноги. Алессандро снова звонит. Наконец-то за дверью раздается какой-то шум.

– Минуточку… Иду… – Дверь открывается; на пороге стоит низенький толстый человек. Он хмуро смотрит на посетителя. – Ну, в чем дело?

– Я искал Тони Косту.

– Зачем он вам?

– Это вы?

– Смотря что вам нужно.

Алессандро решается:

– Он мне нужен, мне надо поручить ему одно дело.

– А, тогда это я. Входите.

Тони Коста пропускает его в квартиру. Закрывает дверь. Поправляет на поясе брюки, накидывает рубашку и идет к столу.

– Это Адель, моя помощница. – Тони указывает на молодую девушку, вышедшую из соседней комнаты; она тоже поправляет на себе одежду.

– Здравствуйте!

– Добрый вечер!

Адель закрывает дверь в комнату, но Алессандро успевает заметить, что это спальня. Тони Коста усаживается за стол и указывает Алессандро на стул рядом с ним. Адель проходит у него за спиной и садится за другой стол. Алессандро замечает толстое обручальное кольцо на пальце у Тони Косты, а у Адель всего лишь тоненькое колечко на правой руке. Может, он помешал каким-то делам Тони Косты и его помощницы? В любом случае их дела его не касаются.

– Что-нибудь выпьете? Глоток холодного чая? Он, правда, теплый: холодильник сломался.

– Нет, спасибо.

– Как хотите.

Тони Коста наливает себе немного.

– Адель, запиши где-нибудь: починить холодильник.

Коста улыбается Алессандро:

– Итак, что мы можем для вас сделать, господин…

– Алекс, то есть Алессандро Белли. Это не для меня, для друга.

– Конечно, конечно, для друга, – Тони Коста смотрит на Адель. – Мир состоит из друзей, которые все время делают что-то для других друзей… Итак, в чем суть? Документы, банковские чеки, измены…

– Предположение об измене.

– Жены этого вашего друга?

– Да. Я лично не верю, что она изменяет.

– И что же тогда вы хотите, простите: деньги на ветер выбросить?

– Вообще-то, это деньги моего друга.

– Слушайте, я никому не скажу, что вы ко мне приходили. Это тайна. Если вы хотите, чтобы я следил за этой женщиной, я был бы никчемным агентом, если бы в конце концов не обнаружил, что вы – ее муж… правильно?

– Правильно. Но я – не ее муж. Муж – это мой друг. А я его друг и его жены.

– А, вы – друг его жены.

– Да, но только не в том смысле. Я просто друг. Вот почему я уверен, что у нее никого нет. Но мой друг зациклился. У него уже паранойя началась.

– Ревность гасит любовь, как пепел гасит пламя, как говорила Нинон Ланкло.

Алессандро ушам своим не верит. Вот блин. И Энрико так же говорит.

– Ну может быть, это и так. В общем, я пришел, чтобы начать это дело.

– Как хотите. Теперь так или иначе все стало ясно. Адель, вы делаете записи?

Адель приподнимает листок:

– Пока я написала только, что Алессандро Белли – друг обоих.

– Так… – Тони Коста наливает себе еще холодного чая. – Мне нужен адрес синьоры, за которой надо следить. Дети есть?

– Нет.

– Так даже лучше…

– Почему?

– Я очень не люблю, когда расстраивается брак, в котором есть дети.

– Но, может быть, вы его и не расстроите.

– А, ну конечно, конечно. Поживем – увидим. – Тони Коста берет лист бумаги и поворачивает его к Алессандро. – Напишите мне пока имя, фамилию, адрес того, за кем будем следить.

Алессандро берет ручку и быстро пишет на листке.

– Вот. Имя и фамилия мужа и жены и адрес.

Тони Коста проверяет написанное:

– Прекрасно. Почерк разборчивый. Теперь, пожалуйста, тысячу пятьсот евро, и я немедленно принимаюсь за работу.

– Да, вот, пожалуйста.

– Вторую половину дадите мне, когда муж получит доказательства того, в чем он ее подозревает.

– Да. Или же вам нечего будет нам предъявить.

– Конечно. Но и в этом случае заплатить придется. Правда есть правда, и, когда она открывается, надо платить.

– Прекрасно.

Алессандро вынимает визитную карточку и вручает ему. И, держа палец на одной строчке, говорит:

– Мне хотелось бы, чтобы вы искали меня вот по этому номеру.

– Конечно. Как скажете.

Тони Коста берет ручку и обводит номер. Алессандро идет к выходу.

– Когда мы созвонимся?

– Я позвоню вам, как только у меня будет что вам показать.

– Да, но хоть примерно, чтобы другу сказать.

– Ну, я думаю, в течение нескольких недель все станет ясно… Правда есть правда, там ничего особого не нужно.

– Чудесно. Спасибо. Созвонимся.

Алессандро собирается уходить. Адель подходит к Тони Косте. Так они и стоят в этом плохо освещенном кабинете, на потертом бордовом ковре; на стене – большая карта Рима под треснутым стеклом. Алессандро, попрощавшись последний раз, выходит и вызывает лифт. Тони закрывает застекленную дверь. Алессандро представляет, как Тони Коста и его помощница вернутся к своим расследованиям удовольствий, прежде чем заняться делом Камиллы. Камилла. Жена его друга Энрико. Я был свидетелем на их свадьбе, думает Алессандро, а теперь я стал свидетелем того, что скоро кто-то тайком будет за ней следить. Алессандро смотрит на часы. Все это заняло десять минут. Он выходит из лифта и открывает наружную дверь. Да уж. Он решает больше об этом не думать и идет к машине. Ники замечает его, улыбается и нажимает на кнопку, замок открывается.

– Ну наконец-то! Ты не представляешь, сколько мне пришло идей!

Алессандро садится в машину и трогается.

– Ну, какие идеи?

– Ну, пока они не очень-то ясные…

– Как это: тебе пришло много неясных идей?

– Уф ф, не занудничай. Придет время, и я тебе все скажу. Ники ставит ноги на приборную панель. Но Алессандро достаточно просто посмотреть на них, и она опускает их на пол.

– Ладно. Тогда сделаем так: если моя идея тебе понравится, то есть если в конце концов ты используешь мою идею, ты весь день посвящаешь мне и мы