Дама червей - Хизер Грэм

— Устроенную жизнь. Мужчину, которого вы вроде не находите таким уж отталкивающим. Дом. Детей…

— Довольно! — Рина так разозлилась, что даже сумела вырвать руку, — Довольно! Мне не нужен дом, мне не нужен мужчина и мне не нужны дети! Неужели непонятно? Неужели так трудно хоть немного пошевелить мозгами? Вы хвастаете своей фотографической памятью, Уэллен. Так вот, запомните: мне от вас ничего не нужно. Ни дома, ни женитьбы, и уж точно — точно! — не нужно детей.

Похоже, эта вспышка не произвела на Кила ни малейшего впечатления. Он лишь холодно поднял брови.

— Вы, кажется, на работе, миссис Коллинз? Вот мои фишки. Сдавайте.

Скрипнув зубами, Рина смешала карты. Такого поворота темы она явно не ожидала. Впрочем, только картами и можно отвлечься.

Двойка, вторая двойка.

— Еще карту, сэр? — Черт, снова к нему пришел туз. Да проиграет он когда-нибудь или нет?

Где же Ларс? Пора бы ему уже быть.

Рина перевернула нижнюю карту. Семерка. Потом восьмерка. Она прикупила. Пятерка.

— Двадцать.

Кил заглянул в свои карты. Последняя — дама червей.

— Двадцать одно, — холодно объявил он. Рина мрачно выплатила проигрыш и, все еще кипя от негодования, порывисто поднялась.

— Фишки на столе. Сдавайте.

— Неужели, конгрессмен, вам нечем заняться, кроме игры в блэкджек?

— Я выигрываю, миссис Коллинз. Сдавайте.

— Ничего вы не выигрываете, Уэллен, просто вам чертовски везет все время.

— Сдавайте.

Нет, долго она так не протянет. Еще минута-другая, и карты полетят на пол, а она сама завопит как резаная.

— Скажите-ка, миссис Коллинз, и часто вы пускаетесь в такие авантюры, как вчера?

Ну как же хочется врезать ему хорошенько! Вышибить из него это проклятое высокомерие!

— А вот уж это не ваше дело, конгрессмен. Мои ночи это мои ночи.

Последующего Рина совершенно не ожидала. Кил резко вскочил и, отшвырнув в сторону стул, вцепился ей в плечи.

— Я задал вам вопрос! — грозно сказал он.

— А я не обязана от… — Пальцы его сжались еще сильнее, и Рина поморщилась от боли.

— Нет, обязаны. Ну!

Можно закричать. На крик кто-нибудь придет. Да только к тому времени он, чего доброго, шею ей свернет. Разозлился вроде не на шутку.

— Ну что ж, конгрессмен, если уж вы настолько любопытны… Нет, такие авантюры не в моих привычках.

Он отпустил ее, поднял стул, сел. Рина закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Кил, но это же невозможно. Мне платят не за то, чтобы я терпела рукоприкладство.

— Рад слышать. Сдавайте.

Куда же, черт возьми, запропастился Ларс?

— И не подумаю. Вы ведете себя совершенно непристойно. И я не обязана…

Кил снова поднялся и, ухватив ее на сей раз за подбородок, предостерегающе посмотрел сверху вниз.

— Да нет, дорогая, именно обязаны. Посмотрите в лицо жизни и посмотрите мне в лицо. В данный момент для вас это одно и то же. Ну так как, будете сдавать? Или предпочитаете немного прогуляться?

— Я на работе.

— В такой случае сдавайте.

Рина бросила колоду на стол. Эту сдачу они провели в молчании. Никогда еще Рина так не радовалась выигрышу.

Кил бросил на стол очередную порцию фишек. Рина сдала карты.

— А зачем, интересно, — на сей раз Кил, разглядывая карты, заговорил ровно и спокойно, — зачем, интересно, женщине, которая не меняет мужчин как перчатки, принимать таблетки?

— Я не… — У Рины язык прилип к гортани. Ведь чуть не ответила! — Конгрессмен, могу лишь повторить, что вас это совершенно не касается.

— Я, кажется, ясно сказал: не смейте называть меня конгрессменом, особенно в таком тоне.

— А я не собираюсь выполнять ваши приказания.

Кил снова метнул на нее яростный взгляд. В глазах его зажегся недобрый огонь.

— Знаете, мадам, вы-таки умеете вывести человека из терпения. Ну хорошо, если не таблетки, то как вы предохранялись прошлой ночью?

— Предохранялась?

— Ну да, чтобы не забеременеть. Чтобы не было детей, которые вызывают у вас такой трепетный ужас.

Рина быстро заморгала, потом справилась с собой и устремила на него твердый взгляд, надеясь, что он не заметил ее смущения. Спокойствие! — приказала она себе и бросила на стол карту.

— Конгрессмен Уэллен, если меня эта проблема не волнует, то почему она должна волновать вас?

— Представьте себе, волнует.

— Ну так забудьте об этом, — раздраженно бросила Рина. — Уверяю вас, внезапные беременности случаются только в мыльных операх.

— Ах вот как? А вот я со своей стороны мог бы познакомить вас со многими незамужними дамами, которые бы с вами не согласились. И дело тут вовсе не в том, как часто женщина спит с мужчиной. Позвольте, я вам все объясню с научной точки зрения. Одного акта может быть вполне достаточно, все дело в том, на какой день…

— Не нужны мне ваши научные объяснения!

— Да, но, возможно, вы соберетесь-таки замуж.

— Ничего, найду себе мужа по объявлению.

— Не мелите чепухи.

Рина швырнула на стол очередную карту и, прищурившись, смело посмотрела на него:

— Чепуха, говорите? Ну а у вас какие планы? Собираетесь жениться на каждой, с кем завяжутся «научные» отношения? Так ведь многоженство преследуется по закону, конгрессмен.

— Что за бред?

— Ну почему же? Судя по всему, вы считаете себя господином Оплодотворителем. Пусть так, спорить не буду. Тогда за чем дело стало? Пригласим капитана, и он зарегистрирует наш брак. А потом вы сразу женитесь на Джоан Кендрик.

На миг он даже побелел от ярости. Но тут же, к изумлению Рины, расхохотался:

— Ах вот в чем все дело. Ну да, я ужинал с Джоан Кендрик.

— Никакого «дела» нет. Ужинайте с кем вашей душе угодно.

— Говорите, говорите. Но можете не волноваться: Джоан Кендрик не беременна. А если и беременна, то я здесь ни при чем.

— Да? — с величайшим сарказмом осведомилась Рина, проклиная себя за то, что продолжает этот дурацкий разговор. — Надо полагать, вы заранее удостоверились, что она принимает таблетки.

— Какой неподражаемый юмор, — холодно обронил Кил. — Честно говоря, понятия не имею, что там принимает или не принимает Джоан. Могу лишь повторить: если она и беременна, то не от меня. Вам не кажется, что вы придаете слишком большое значение обычному ужину?

— А вы придаете слишком большое значение одной ночи.