Дама червей - Хизер Грэм

— А вам как?

— Извините?

Рина сдала ему семерку, себе — девятку. За ней шел валет. Рина выжидательно посмотрела на партнера.

— Вам, спрашиваю, круиз как? Нравится? — Нравится? Да, минувшая ночь очень понравилась, в жизни ничего подобного не испытывала. Но как-то уж так получается, что любые радости, даже мечты, оборачиваются бедой.

— Да-да, конечно, мистер Леджес.

Он внимательно изучал свои карты.

— Еще одну.

Рина сдала ему карту.

— Ах ты, черт возьми, перебор! И почему меня притягивает эта проклятая игра!

— Не знаю, что и сказать, мистер Леджес, — рассмеялась Рина, сгребая его фишки и вновь тасуя колоду. — Но если вам от этого будет легче, знайте: я помешана на игровых автоматах.

Сдавая карты в очередной раз, Рина боковым зрением заметила, что в комнату кто-то вошел. Ей не надо было особенно всматриваться, чтобы узнать, кто именно: слишком хорошо знакомы его фигура, рост, движения, запах лосьона.

Карты буквально прилипли к ее пальцам.

— У вас как, тет-а-тет, или третьего возьмете? — небрежно бросил Кил.

— А, это вы, конгрессмен, привет! Прошу, присоединяйтесь. Может, хоть вам удастся взять пару сдач у этой юной леди.

Кил положил деньги на обитый бархатом стол.

— Честно говоря, я рассчитываю на большее.

Рина кожей ощущала его взгляд, угадывала малейшие модуляции, казалось бы, ровного голоса. Кил одновременно забавлялся и злился.

Вот ублюдок! И чем же это он, интересно, недоволен?

— Прошу прощения, конгрессмен Уэллен, — Рине удалось никак не выдать обуревавших ее чувств, — но я уже начала сдавать.

— Что ж, подожду. — Опять какой-то туманный намек.

Леджес посмотрел на карту. Рина встретилась с Килом взглядом. Ждать вам, конгрессмен, придется, пока ад не замерзнет.

— Еще одну, — отрывисто бросил Леджес. Выпала девятка.

— Проклятие, снова перебор! Ну что ж. Кил, ваша очередь, берите фишки, — поспешно добавил он.

— Жду, когда крупье предложит, — холодно заметил Кил.

Рина мрачно подвинула ему фишки.

— Смотрите в оба за прекрасными дамами в черном, мистер Леджес, — с улыбкой посоветовал Кил соседу, который был заметно старше его годами.

— Да уж, эти мне вдовушки, — рассмеялся мистер Леджес.

Рине с трудом удалось выдавить из себя дежурную улыбку:

— Ну как, джентльмены, готовы?

Мистер Леджес утвердительно пробурчал что-то. Кил не вымолвил ни слова. Не обращая на него внимания, Рина начала сдавать карты.

Прошли три сдачи. Мистер Леджес по-прежнему проигрывал. Кил, как обычно, выигрывал.

— И как это у вас получается? — спросил Леджес, пока Рина начинала очередной круг. Кил засмеялся:

— Открою вам маленький секрет, мистер Леджес. Первые две сдачи — это всегда чистая рулетка, как повезет. А потом вы начинаете считать карты.

— Считать карты?

— Ну да. Не везде это получается, потому что, скажем, в Лас-Вегасе одновременно играют несколькими колодами. Но здесь — одной. Доналд дает нам дополнительный шанс. Таким образом, вы просто запоминаете вышедшие карты, а дальше действует закон средних чисел.

— Да, но как вам удается запомнить?

— У меня хорошая память.

— Фотографическая, что ли?

— Примерно так.

— Еще карту, конгрессмен Уэллен? — раздраженно спросила Рина. Предыдущей был туз.

Он посмотрел на нижнюю карту, поднял взгляд на Рину и отрицательно покачал головой.

У Рины была пятерка и девятка, надо, стало быть, добирать. Выпала шестерка.

— У банкующего двадцать, — с улыбкой сказала она. Кил перевернул нижнюю карту и улыбнулся в ответ:

— Дама червей. Двадцать одно.

Рине очень захотелось швырнуть ему выигранные деньги прямо в ухмыляющуюся физиономию и посоветовать, что с ними сделать.

— Ну, конгрессмен, — бодро заметил мистер Леджес, — похоже, в этой игре вам равных нет. А вот у меня фишки кончились. Пожалуй, с меня хватит. Пойду. А вы сражайтесь вдвоем.

— Спокойной ночи, мистер Леджес, — негромко проговорила Рина.

— Спокойной ночи, сэр, — повторил Кил. С уходом мистера Леджеса Рина вся так и сжалась.

Колода лежала на столе, и она нервно принялась ее тасовать.

Рука Кила неожиданно легла ей на талию.

— Как, черт возьми, прикажешь тебя понимать? — резко спросил он.

— А что тут понимать? — огрызнулась Рина, смело встречая его взгляд. — И сделайте милость, конгрессмен, отпустите меня. Я на работе. Если угодно, продолжим игру.

Кил крепче сжал пальцы, и Рина даже поморщилась от боли. Глаза его превратились в узкие щелочки, из которых словно вылетали нацеленные в нее стальные стрелы.

— Остыньте-ка немного, миссис Коллинз. И не забывайте, с кем разговариваете. Со мной. С мужчиной, в чьей постели вы провели минувшую ночь.

— Да отпустите же меня, конгрессмен, — прошипела Рина.

— Вот потолкуем немного, тогда и отпущу. А если вы еще хоть раз назовете меня конгрессменом, клянусь, заставлю пожалеть об этом. Вытащу отсюда за волосы и…

Рина поверила ему на слово. Судя по всему, он и впрямь готов был взорваться.

— Толковать не о чем. Не сомневаюсь, вы и сами сообразили нынче утром, что я передумала, что все это было ошибкой. Иначе бы не ушла.

Кил немного ослабил хватку.

— Нынче утром я сообразил, что вы снова куда-то бежите и ведете себя как отъявленная трусиха. У вас появилась возможность схватить удачу за хвост, стоило только руку протянуть…

— На основании одной лишь ночи надо ли делать столь далеко идущие выводы, конг… Кил? — Поспешно поправилась Рина, почувствовав, как сжались у нее на кисти его железные пальцы. Еще минута, и кости нет, смутно подумалось ей.

— При чем тут одна ночь, — покачал головой Кил. — Я собираюсь жениться на вас.

К собственному изумлению, Рина расхохоталась.

— Жениться? Ради того чтобы сохранить то, что уже имеет, наш донжуан готов жениться? Какая щедрость, сэр! Увы, мне придется отклонить ваше благородное предложение. Никогда я больше не выйду замуж, конгрессмен. Никогда.

— И я, стало быть, вам безразличен?

— Вот именно.

— Тогда к чему весь этот шум? Мне нужно нечто большее, чем одна ночь. Мне нужна хозяйка. При этом, естественно, я не могу платить, сколько платит Доналд. Оба в выигрыше.

— Как это, оба в выигрыше? Я-то что получу от этой сделки, хотелось бы знать.