Опекун. Опасное влечение - Хельга Дюран

– Что? Почему? Лёва, ты пугаешь меня! – сразу же заистерила Арина. – Ты какой-то странный! Что случилось?

Она бросилась ко мне на грудь, вцепившись в меня обеими руками. Я тоже обнял её по инерции, на автомате. По привычке погладил по волосам.

– Просто хочу побыть один, милая! Не волнуйся! – попытался успокоить я Арину.

– Ты совсем меня не любишь! Я это чувствую! Сейчас, когда больше всего на свете мне нужна твоя поддержка, ты оставляешь меня одну? – жалобно расплакалась жена, терзая моё сердце.

– Я буду всего лишь в соседней спальне. Никто тебя не бросает.

– Но…

– Я тоже живой человек, чёрт возьми! – психанул я, отдирая от себя её руки. – Просто дай мне побыть одному, Арина!

Под громкие всхлипы жены я покинул нашу спальню. Я хотел переночевать в комнате, где раньше жила Поля, но потом подумал, что это будет выглядеть совсем уж жестоко. Выбрал спальню напротив.

В душ идти было лень, поэтому я просто разделся, скидав одежду в угол, и упал на кровать.

Мне было хорошо сейчас. И без Арины, и без Поли.

Я закинул руки за голову и закрыл глаза. Одиноко, да, но спокойно. Я знал, что Поля уже спит. Не с другим мужиком, а с котятами, с моими пушистыми подарками, и тепло разливалось по телу от этой милоты.

А Арина? Я слышал её всхлипы даже отсюда, через две закрытые двери и коридор, но они меня не трогали совершенно. Сомнения, заложенные Полей относительно моей жены, тому виной. Мой мозг расслабился, успокаивая и меня.

Такая апатия на меня напала, что если бы загорелся дом, я бы не сдвинулся с места. Тяжело уснуть, когда твоя жена безутешно рыдает в соседней комнате, но у меня получилось сделать это мгновенно.

Проснулся я бодрым и спокойным. Ко мне вернулось моё самообладание? Да, неужели?

Чтобы принять душ и одеться мне пришлось зайти в нашу с Ариной спальню.

– Доброе утро, любимый! – сказала мне Арина, сонно потянувшись на кровати. Я разбудил её, сам того не желая.

– Доброе утро, любимая!

Наклонившись к Арине, я чмокнул её в макушку и поправил одеяло на ней, а уж потом отправился в ванную.

Прихватив "окровавленный" пиджак, я уехал на работу.

В десять мне принесли повестку в суд по поводу делёжки компании. Какой быстрый этот Стёпа! У меня было ещё двадцать дней, чтобы угомонить Полину. Каким только образом?

И отпуск мой теперь по пизде пойдёт из-за этого сраного суда! Что жена, что любовница – вздохнуть мне не дают, стервы!

Надо было звонить криминалисту, но я всё тянул и тянул. Расхаживал по кабинету, накручивая себя. Я боялся узнать правду?

Боялся…

Если выяснится, что всё было не так, как я думаю, как жить дальше?

Господи…

Жить так, как я живу сейчас, немногим лучше. Собравшись с духом, я позвонил по номеру, что дал мне Молчанов. Договорившись с некой Татьяной Витальевной, я отправил к ней Вадика с пиджаком. Она обещала позвонить, когда выяснит, что же это за пятно, которое мне покоя не давало.

Остаток дня я провёл, как на иголках, в ожидании звонка от криминалиста. Самые разные мысли посещали мою голову. Я уже примерно знал, как буду действовать дальше, если криминалист выяснит, что пятно не от крови, но я не хотел быть обманутым. Только от одной мысли, что Арина могла мне солгать, было пиздецки больно. А если не она, значит, Поля?

В любом случае одна из моих женщин бессовестно пиздит. Надо было как-то принять этот факт, а вместе с ним боль разочарования, но я всё не мог пройти стадию отрицания, как не силился.

Я пытался работать, что-то делать, чтобы отвлечься от личных проблем, но не выходило ни черта. Какая в задницу работа, если в моей семье такое происходит?

Татьяна Витальевна позвонила мне около семнадцати часов, я мысленно помолился, сам не зная, чего конкретно жду от результатов экспертизы, и взял трубку.

– Лев Борисович, ваш заказ готов, – сообщила мне женщина. – Я могу выслать результаты вам на почту, если пожелаете.

– Пожелаю, но скажите в двух словах, что вы выяснили? – настаивал я, сгорая от нетерпения.

– Состав вещества небиологического происхождения. Это искусственная кровь.

– Как это понимать? Вы можете объяснить подробнее?

– Бутафорская. Эту жидкость используют на съёмках фильмов, например. Кукурузная патока…

– Вы уверены? – бестактно перебил я женщину.

– Да. Вы пиджак забирать будете?

– Нет, можете выбросить его. Спасибо, Татьяна Витальевна!

Я уронил телефон на стол, чувствуя, как немеют пальцы на руках. Вот это номер! Вот это, блять, драма!

Дышать стало трудно, поэтому я ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы на рубашке. Я инфаркт заработаю со своими женщинами! Они сведут меня в могилу!

Оставаться в кабинете я больше не мог! Только один человек мог прояснить ситуацию – врач Арины. Схватив портфель и телефон, я бросился к выходу.

Примчавшись в клинику, я без труда отыскал докторишку жены. Вломился в его кабинет, открыв дверь с ноги. И врач, и медсестра, сидевшие на своих рабочих местах, испуганно уставились на меня.

– Оставьте нас! – рыкнул я женщине, и она поднялась со стула.

– А что происходит? – спросила она у меня.

Я не ответил, переведя свой убийственный взгляд на мужика.

– З-з-здравствуйте! – затрясся он. – Чем обязан?

– Пришёл узнать о здоровье жены. Вы же меня помните?

– Да, конечно, господин Трофимов! Только боюсь, что на сегодня приём окончен…

Одним движением я сгрёб на хер всё, что было на столе у врача, расшвыряв по кабинету. Медсестра завизжала, мужик тоже вскочил на ноги.

– Что вы делаете? Я вызову полицию! – закричала на меня женщина.

Она оказалась смелее этого говнюка, который просто стоял, выпучив на меня глаза, и трясся от ужаса.

– Вызывайте! Прямо сейчас вызывайте! Она очень нам понадобится! – настаивал я.

– Нина Константиновна, оставьте нас, пожалуйста! Не нужно полиции! – обречённо выдохнул врач.

Мы остались одни, и я медленно начал приближаться к мужчине. "Коршунов Виктор Иванович" – прочёл я на его бейдже. Он затрясся пуще прежнего, сжался в комок, вызывая у меня ещё больше брезгливости и отвращения.

– Рассказывай, Витенька! – как можно спокойнее сказал я, чувствуя, как нестерпимо зудят кулаки. – Всё, что знаешь, рассказывай!

– О чём вы? Что вам от меня нужно?

– Про выкидыш моей жены рассказывай!

– Эм… Я сейчас запрошу историю её болезни и отвечу на все ваши вопросы.

Докторишка оказался не слишком сообразительным. Очень хотелось его отпиздить. Мне давно уже хочется хоть кому-нибудь наебашить