Эскортница - Ольга Вечная

Он сдается первым. Со словами: «Блдь, не двигайся, я всё» — быстро меняет резинку и входит снова, доводя меня до оргазма. Потом на руки подхватывает и в кровать тащит. Я пошевелиться не могу, не то что сопротивляться или помогать ему. Выгибаюсь и спазмы чувствую.

Артём сверху нависает. Целует в губы.

— Мне хорошо, — выдыхаю, глажу его щеки, плечи. — Мне так хорошо, Артём.

Он целует.

— Попробуем анал? Ты очень красива, девочка. Насмотрелся сзади, сильно хочу тебя так.

А я хочу его.

Киваю.

Артём разогревает смазку горячим дыханием и ласкает меня очень приятно.

— Будет больно — останавливай. Не терпи. — Подгребает под себя.

Мои ноги на его плечах.

— Боль не входит в прайс, — шепчу я, закрыв глаза и расслабившись. Получаю еще один поцелуй в губы.

Наверное, с ним я могу решиться на любые эксперименты. На что угодно. Полное, обалденное ощущение безопасности и комфорта всегда и во всем.

Засыпая чуть позже, вымотанная и довольная, я думаю о многом. День по швам трещит от впечатлений, разговоров и страсти! Зад ощутимо ноет, но оно того, клянусь, стоило. Мне было классно.

Артём дрыхнет рядом.

Долгое время я глуповато улыбаюсь, медленно погружаясь в забытье.

Будит внезапная неудобная мысль, что Мария подарила мне еще чуток времени с ним, сказав, что не нужна помощь. Поцарапанная самооценка ноет сильнее пятой точки.

Интересно, кто ему эта Маша?

Чуть раньше я подала заявку в аккаунт Марии Комаровой, жду, пока добавит. Вряд ли это та самая девушка, что звонила, имя нередкое. Но мало ли? Раз Артём в тот день уступил место рядом с Комаровой брату, значит, не встречался с ней. Может быть, это бывшая Марка и Артём за нее по-человечески переживает?

Почему тогда будто смутился и попросил быстро выйти? Почему не хотел говорить в моем присутствии, а потом предпочел пройтись?

Глава 33

«У тебя что, айфон? — пишет Наира. — Фотографии нереально крутые».

«Спасибо) Теперь да. Он подарил».

Я скинула подруге несколько кадров с отдыха: природа и селфи. Два дня мы с Артёмом исследовали горный курорт, а посмотреть было на что! Вооружившись рюкзаками и боевым настроением, мы отважно преодолевали пешие и велосипедные маршруты, отыскивая затерявшиеся в лесу водопады, озера, усыпанные цветами склоны. Гуляли, дышали чистым воздухом, проверяя друг друга на выносливость. В перерывах занимались в отеле бешеным сексом, засыпали в изнеможении. За ужином пили вино или шампанское, но последние развлечения я, разумеется, не фотографировала.

Только природу.

«Вау! Поздравляю, молодчина! Еще неделя впереди, проси машину!»

«Ха-ха».

«Разведи мужика, видно же, что поплыл. Бабла у него немерено».

«Легко сказать)»

«В следующий раз я с ним поеду, тоже так хочу!»

Я блокирую телефон и делаю глоточек кофе. Куда-то не туда разговор зарулил, закрыли тему.

Вдыхаю полной грудью и улыбаюсь счастливо. Я на балконе стою, в белоснежной рубашке, которую Артём надевал прошлым вечером. Ну не могу мимо окна пройти! Как вижу снежные вершины, залипаю. Впитываю в себя красоту, величие и мощь.

Истомин в излюбленном халате пьет черный кофе в кухне. Слышу его ровный тихий голос:

— Иди сюда.

Мурашки бегут по коже, зябко становится. Я приподнимаюсь на кончики пальцев и прикусываю губу. Мы еще не спали сегодня.

Оборачиваюсь — Артём смотрит в упор. Развалился на диване, подзывает движением указательного пальца.

Я улыбаюсь, вдруг осознав, что привыкла к Истомину.

Подбегаю на цыпочках и забираюсь на колени, нежно целую в шею. Артём не спеша расстегивает пуговки на рубашке, оголяя грудь. Делает еще глоток крепкого черного напитка, разглядывая.

— Тебе нравится? — спрашиваю.

— О*уенно.

— Я про кофе! — упрекаю. — Лучше сварила, чем вчера?

И да, достойный, по мнению его величества, кофе оказалось отыскать не так просто. Нам пришлось пройтись по магазинам и купить турку, кофемолку и зерна. Спасибо, что за последними не полетели в Бразилию! В общем, обживаемся потихоньку, скупая кухонную утварь.

— Лучше, — хвалит Артём, не отрывая глаз от моего тела.

Скользит глазами до пупа и ниже. Резко притягивает к себе и ведет языком по коже.

На колени тут же встаю, позволяя ему в удовольствие облизывать мою грудь. Артём сжимает талию. Очерчивает соски, втягивает в себя, целует. В эту минуту уносить начинает. Вцепляюсь в его плечи и маняще покачиваюсь.

Истомин звонко шлепает меня по заднице, выбивая горячий вздох.

Вкус его поцелуя горький, под стать кофе, что я сварила.

— Хочу сладкого, — прошу.

Артём берет голубику с тарелки и угощает меня. Следом малину, клубнику. Ягоды сладким соком растекаются на языке. На мне лишь развратные стринги и вчерашняя белая рубашка. Сквозь халат прекрасно ощущается твердость мужского паха. Артём целует шею и кормит меня прямо с руки. Происходящее необычно, но невероятно сексуально.

Мы словно оттягиваем момент слияния, чтобы подразнить друг друга. За семь дней Истомин немного спустил пар и не набрасывается в горячке. Иногда проскальзывает даже нежность.

Ласки чувствительных точек с каждой секундой усиливают вожделение. Артём безумное творит с моими сосками, ощутимо оттягивает, грубо сжимает полушария, слегка шлепает. Теперь, когда я возбуждена, это дико нравится. Не вижу причин скрывать чувства, ярко реагирую стонами и вздохами. Он пальцами зачерпывает немного топпинга для блинчиков, и я на кураже жадно облизываю его руку.

— Течешь уже?

Киваю.

— Отсосать у меня хочешь?

— Да-а.

Он откидывается на спинку дивана, и я устраиваюсь у его ног. Так удобнее делать минет. И смотреть Артёму в глаза. Хочу, чтобы он разглядывал меня в процессе. Хочу, чтобы любовался.

Почувствовав себя прирожденной искусительницей и знатной разводилой богатых мужиков, я уговариваю Артёма прыгнуть с тарзанки. Мне так понравилось спускаться на зиплайне, что захотелось еще более острых впечатлений для нас обоих. Пусть этот отпуск станет незабываемым!

Артём прыгает первым. Я всячески подкалываю и беру на слабо, пока его упаковывают. Что такого? Это ведь безопасно! Но, когда подхожу к обрыву сама, чувствую тошноту и волнение.

— Галя, можешь отказаться, — предлагает Артём. — Всё окей.

Качаю головой и прыгаю. Через мгновение открываю глаза, смотрю вниз и... захожусь в диком, отчаянном крике!

После того как меня поднимают, трясет целый час.

Всё вроде бы в порядке, но я плачу и не могу успокоиться. Соленая вода потоком по лицу,