Счастливое недоразумение - Дженет Маллани

— Миледи, просыпайтесь!

Я готова поклясться, что не сомкнула глаз, но, очевидно, это не так, поскольку Бетти в ночном чепце и наброшенной на ночную рубашку шали энергично трясет меня. В другой руке она держит свечу.

— Черт побери, что случилось?

— Просыпайся, Шарлотта! — рядом с горничной появляется фигура, закутанная в темный плащ.

— Энн! Что ты здесь делаешь? Который час?

— Утро, начало четвертого. — Сняв плащ, она бросает его на кровать. — Мы знаем, где они встретятся. И должны остановить их, Шарлотта.

Никогда постель так не манила меня.

— Зачем? Уже слишком поздно. Пусть делают что хотят. Меня это больше не волнует.

— Лгунья, — живо говорит Энн. — Марш из кровати. Ты должна одеться.

— Где Шад?

— Уже уехал, миледи. — Теперь к нам присоединился Робертс. — Я вызову для вас наемную карету, миледи, Джереми будет сопровождать вас.

Действительно, Джереми в ночном колпаке и кое-как застегнутом жилете, широко улыбаясь, прислонился к дверному косяку.

— Уходите все. Нет, Бетти, ты останься. — Я снова плюхаюсь на подушки и изумленно разглядываю Энн. Она улыбчива, свежа как маргаритка, на ней красивое платье и мантилья.

Словно прочитав мои мысли, она говорит:

— Почему ты не носишь новую шляпку, Шарлотта?

— Не сомневаюсь, она очень поможет, — ворчу я. — Кроме того, ее, наверное, забрала Уидерс.

— Нет, она этого не сделала, миледи, — щебечет Бетти. Она зажигает свечи и вытаскивает пышно украшенную цветами шляпу.

— По крайней мере, я получу удовлетворение от того, что хорошо одета в момент, когда наши мужья убивают друг друга. — Мой сарказм потрачен впустую, на Энн он не произвел впечатления.

— Если мы там будем, они друг друга не убьют. — Она замолкает и отводит взгляд. — Поторапливайся, Шарлотта. Я ужасно сержусь на Бирсфорда. Шад написал письмо с извинениями, но Бирсфорд их не примет. И боюсь, из-за меня.

— Ты-то тут при чем?

— Оставь нас, — говорит Энн горничной, которая послушно ретируется в гардеробную, чтобы подслушать под дверью. Энн, понизив голос, наклоняется ко мне. — Прошлая ночь была из тех, когда он… ну, ты понимаешь, о чем я говорю. И я отказала ему из-за этого… этого дела. Так что, боюсь, он в плохом настроении.

— Я уверена, что это не твоя вина. — Меня до слез тронула ее привязанность ко мне. — И уверяю тебя, что между мной и Бирсфордом в Воксхолле не произошло ничего непристойного.

— Конечно! — восклицает Энн, словно такая мысль и не приходила ей в голову. — Именно поэтому все это абсурдно, и наш долг предотвратить кровопролитие.

Подавив ворчливость, которая стала привычной и которой я стыжусь, поскольку у Энн самые добрые намерения, я поднимаюсь с кровати. Я быстро плещу воду на лицо и надеваю платье, сожалея, что модные журналы редко пишут о том, что следует надевать дамам, чтобы прервать поединок.

Энн суетится вокруг меня, пытаясь расчесать мои волосы, и с довольным вздохом нахлобучивает мне на голову шляпу, словно готовит меня к прогулке на природе (что на самом деле так, но не в привычном смысле). Мы спустились по лестнице как раз в тот момент, когда Бетти отскакивает от порозовевшего и широко улыбающегося Джереми. Хмуро глядя на него, она поправляет чепец, однако глаза кокетливо поблескивают.

— Она могла найти себе кого-нибудь получше лакея, — замечает Энн.

— Не думаю, что это наше дело, — отвечаю я.

— Конечно, наше! Они твои подопечные. — На ее лице удивление, и я снова думаю о том, как легко Энн вошла в роль графини.

Чувствуя, что отравляю удовольствие другим, я отправляю Джереми на козлы к кучеру и приказываю Бетти сесть в карету, лишая Энн и себя шансов на серьезный разговор.

— И как, по-твоему, мы остановим дуэль? Какое оружие?

— Думаю, пистолеты. Мы должны использовать женскую хитрость.

— Полагаю, ты не увеличишь свои обязанности в спальне. — Я замечаю, что горничная с интересом поднимает глаза. — Бетти, тебе заняться нечем?

— Простите, миледи, я совсем забыла, что взяла с собой работу. — Она действительно вытаскивает чулок, иголку и принимается за штопку.