Беркут - Наталия Никульшина

— Я не думала об этом. Нет, думала, конечно, но давно, ещё когда мы мечтали об этом с… с Ваней, — тихо проговорила я, внимательно следя за реакцией Руслана. На его лице не дрогнул ни один мускул, но по глазам было видно, что ему очень неприятно это слышать. — Он больше не соперник, помнишь? — прошептала я.

— Помню, — сглотнул он. — Так ты хочешь ребёнка?

— Не знаю. Почему ты спрашиваешь?

— Потому что я хочу, и я бы не смог вовремя остановиться вчера, потому что был пьян. А без твоего согласия я никогда не посмею…. Поэтому проще мучиться сейчас, чем потом, от чувства вины, если бы ты вдруг забеременела, не желая этого…, — опуская голову, объяснил он, растрогав меня почти до слёз.

— Ты хочешь ребёнка, — улыбаясь, повторила я. — Так сразу?!

— Так сразу. Зачем тянуть, если передо мной сидит именно та женщина, которую я и хочу видеть матерью своих детей.

— Детей? — приподняв бровь, уточнила я.

— Да, — просто ответил он.

Я вздохнула.

— Руслан… я не знаю, что ответить. Я же только настроилась жить с тобой, а мы уже о детях.

— Жить?! — обрадовался Беркут. Набросился на меня и повалил на кровать. — Ты согласна?!

— Ну, если ты помнишь, что предлагал мне вчера, и если хочешь этого до сих пор.

— Ты согласна, или нет?! — прорычал он. — Я и замуж предлагал!

— Согласна.

— На что?

— На всё! — засмеялась я, обнимая его.

— Чего вы разорались? — раздался недовольный голос моего брата. — Семь утра, блин!

— Породнимся скоро, брат! — счастливо произнёс Руслан, поднимаясь с кровати, как обычно, вместе со мной на руках. Да, я согласна сидеть так всю оставшуюся жизнь, однозначно.

— Согласилась? — улыбнулся Даня.

— Конечно! — кивнула я, чмокнув Беркута в щёчку.

— Конечно! — воскликнул он радостно. — Она сказала "конечно"!!!

— Ну, за это обязательно надо выпить! — не растерялся мой брат.

— Хватит! — засмеялась я.

— Я больше не пью, — Руслан поставил меня на ноги. — Умываемся, завтракаем, и отвозим рыжую на работу.

— Во-первых, командовать будешь в части, — усмехнулся Даня. — Во-вторых, почему это ты больше не пьёшь?!

— София Николаевна попросила.

— Ой, моя тоже вчера просила, — пробухтел мой брат. — Звонила уже. Но только я сказал, что ты мой брат, и мы будем пить столько, сколько влезет, а ты, подкаблучник, мне отказываешь!

Как я ни сопротивлялась, эти двое всё равно упёрлись и сначала сопроводили меня на такси до служебной квартиры, где я переоделась в форму, а потом и через дорогу подбросили, прямо к части. Хорошо, что Руслан согласился хотя бы из машины не выходить. Это я за эти два дня уже привыкла видеть нашего комбата помятым и небритым, а вот солдатам необязательно. Мои мужчины уехали обратно к Беркуту, клятвенно пообещав мне больше не употреблять "горючего", а я пошлёпала в медчасть, стараясь не встречаться глазами с попадающимися по пути бойцами. Не хочу лишний раз видеть, как меня ненавидят, буду сидеть у себя в кабинете, никуда без необходимости не выйду. Попрошу Татьяну Васильевну подсказать, где отыскать устав с моими обязанностями и стану учить до посинения, пока не докажу всем, что я не бестолочь!

ГЛАВА 24

ГЛАВА 24

Что ж, храбрилась я напрасно, стоит это признать. По моей просьбе один из коллег, сменив меня, принёс из местной библиотеки, так сказать, "военное дело для чайников", и оказалось, что учить мне придётся не просто много, а катастрофически до фига! Да здесь же у них несколько вариантов тревоги, и в каждом варианте у меня разные действия! Нет, я не смогу. Пусть меня уже лучше просто сразу уволят, да и дело с концом.

Мой настрой ухудшался ещё и тем, что к вечеру организм стал настойчиво требовать еды, а я с собой ничего не взяла. В столовую я ни за что пойду, а от чая и кофе уже тошнит. Зато в следующий раз я буду умнее и позабочусь об этом заранее.

Вечером ко мне вдруг зашёл Исаев. Застал меня за изучением обязанностей, удовлетворительно кивнул:

— Учите, София Николаевна? Похвально. Получается?

— Надеюсь, — вежливо улыбнулась я, смотря на него вопросительно. Что ему нужно?

— Вы не в курсе, что у Руслана Сергеевича случилось? Он вторые сутки на работе не появляется.

— Да? — изобразила я удивление. — Не заметила. Не в курсе.

— Странно, — пожал плечами Исаев. — А он сегодня был в курсе, что вы придёте к заступлению, а не как положено. Я ещё хотел спросить, вы голодовку объявили? Повара говорят, вы ни разу не приходили кушать.

Вот какая ему разница!?

— Я с собой беру, — соврала я.

— Хорошо, — кивнул он, криво улыбнувшись. — А то мы все переживаем, что, возможно, пропустили приказ, в котором говорилось, что вам еду нужно прямо сюда приносить.

Он издевается.

— Я беру еду с собой, — стараясь держать себя в руках, повторила я. — Ещё что-то, или я могу продолжить?

— Учите, София Николаевна! — растянул губы в фальшивой улыбке Исаев, покидая мой кабинет.

Итак, сегодня явно опять будет тревога, и я снова всё завалю, потому что толком ничего и не выучила. Меня же постоянно отвлекают, как тут запомнить? То солдат осмотри, то бумаги заполни, то есть хочется…. Я даже сначала спать боялась ложиться, но потом решила, что лучше всё же отдохнуть. В конце концов, я ничего не нарушу, у меня есть законное время для сна.

Но больше всего от учёбы меня отвлекал факт, что Руслан за весь день ни разу не позвонил и не написал мне. И я поняла, что он и раньше этого не делал, в свою прошлую смену я написала ему сама, и это была наша единственная переписка. Сейчас, конечно, можно подумать, что они просто с Даней опять напились, но ведь он и раньше молчал. Почему? Я долго колебалась, но так и не решилась позвонить или написать Беркуту первой. Вдруг, он занят,