Верни мне любовь - Ольга Которова

Пару поворотов ключа в замке и дверь с лёгкостью поддалась. Зашла внутрь и услышала шорох на кухне. Приехал уже, что ли? А говорил, задержится.

– Быстро ты, – произнесла я, заходя на кухню и увидев там не хозяина квартиры, резко остановилась.

– Никита? А что… что ты тут делаешь?

– Привёз документы. – Он показал на красную папку на столе. – А ты?

– Приехала в гости. Вот, – показала я на пакеты с продуктами у себя в руках. М-да, неловко как-то получилось. И почему Илья не сказал, что у него будет Никита?

– Давай помогу. – Он подошёл и забрал пакеты из рук, ставя их на столешницу.

– Чай будешь? – мой голос раздался эхом.

– Давай!

Мы сидели и молча пили чай в квартире друга. А у меня сразу всплыла наша первая встреча, когда мы так же пили чай. Точнее, Никита пил чай с пирогом, а я любовалась на него.

– Как дела? – я первая прервала наше молчание. Не будем же мы так сидеть, пока хозяин этой квартиры не приедет.

– Хорошо. А ты?

– Тоже. – И опять молчание, которое сковывает, как цепи и не даёт сделать лишнего движения.

– Ась, ты прости, что так вчера пришёл. Накинулся со своей правдой, – он тяжело выдохнул.

– Илья сказал, что у тебя есть ребёнок?

– Да, дочка. Валя. Ей пять лет.

– Рада за тебя.

– Спасибо. Она мне не родная. Я с Аней познакомился, когда она уже была беременна. И Валечку я воспитывал с самого рождения. Но я считаю её своей. Не важно же, кто тебя родил. Главное – кто воспитал и дал дорогу в будущее. – Никита рассказывал о своей дочке с такой любовью, что мне стало завидно. Хотела бы я тоже говорить так о своих детях.

Опять молчание. В кружке чай уже закончился, и я просто сидела молча, смотря в окно, как вдруг на мою ладонь легла тяжесть, отчего я вздрогнула.

– Ась, – Никита хотел что-то сказать, но ему было сложно. – Я сожалею, что так произошло тогда. Я, когда узнал, что ты беременна была и твоего… нашего ребёнка убили. Я даже не представляю, как ты смогла всё это выдержать. – Я сидела, слушала его, но так и не скинула его ладонь со своей. Никита резко поднялся и достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет и закурил, открывая окно.

– Ты всё ещё куришь.

– Да, не могу бросить. Ответишь мне на один вопрос? Только честно.

– Хорошо, отвечу.

– Ты вспоминаешь о нас? – этот вопрос застал меня врасплох. Вспоминаю ли я о нас? Даже признаться стыдно. Нет, я не вспоминаю. Я постоянно думаю о нас. Тем более после нашей встречи. Но слова застыли у меня в горле, и я не могла выдавить ни звука. Я подняла голову, и наши взгляды с Никитой схлестнулась в схватке не на жизнь, а на смерть. Какой же он красивый и… любимый.

– Да, постоянно, – произнесла хриплым голосом. – Я так и не научилась жить без тебя, хотя прошло уже восемь лет. – Опять тишина. Вздрогнула от щелчка зажигалки. Никита закурил вторую сигарету, а я продолжила. Если не скажу ему сейчас, то потом уже будет точно поздно. И будь что будет!

– Знаешь, я ненавижу ту жизнь, где тебя нет. Я бы с радостью хотела не любить тебя. Забыть. Стереть из памяти. Но это просто невозможно. Ты везде. В каждом вздохе, в каждой молекуле. Ты будто клеймо, которое поставили на моё сердце, и от него невозможно избавиться. Точнее, его можно убрать, если вырвать моё сердце, но тогда я умру сама. – Последние слова я произнесла практически шёпотом. Лицо жгло от слёз, глаза перед собой ничего не видели, а тело подрагивало в ознобе. В ушах стоял только стук собственного сердца. И только ноздри вдыхали знакомый и до боли любимый аромат мужского одеколона, который был совсем рядом.

Казалось, что стоит протянуть руку, и я достану до него, и наконец-то сделаю то, о чём так давно мечтала. Прикоснусь к горячей коже, вдохну глубже его аромат тела и оставлю его на себе… И что я так рьяно представляла, произошло наяву. Только прикоснулась не я, а ко мне. Тёплые ладони легли на мои щёки, и пальцы смахнули слёзы, которые лились рекой.

– Прости меня, маленькая, – где-то над ухом раздался мужской голос.

– Если бы я тогда только знал, что так всё получится, я бы ни за что не уехал, – голос Никиты становился всё тише и тише, а потом он и вовсе замолчал и прижал меня к своей груди, крепко сжимая в своих объятиях.

– Все эти годы я пыталась перестать думать о тебе, мечтать, хотела забыть тебя раз и навсегда. Но все мужчины почему-то говорили твоим голосом. В них я искала похожего на тебя. Но таких, как ты, больше нет. Я даже представляла, что Артур – это ты. – Усмехнулась сама себе. Дура она и в Африке дура. Как вообще можно было такое делать, представлять его, когда точно знала, что его нет в моей жизни!

Я приподняла своё лицо и заглянула в родные глаза. Они были всё те же, что и раньше. В них ничего не изменилось. И, встав на носочки, я припала к мужским губам, которые не оттолкнули меня, а наоборот, впились мёртвой хваткой. Мы стояли как безумные и просто целовались. Казалось, если отцепимся друг от друга, то просто умрём, растворимся в воздухе и больше не вернёмся.

Сильные мужские руки задрали мою узкую юбку до талии и подхватили под ягодицы. Шаг, второй… и я уже лежу спиной на прохладном кожаном диване. На секунду открыла глаза и заметила, что на мужчине осталась только рубашка. И когда он успел снять пиджак?

Никита не стал церемониться и дёрнул на мне блузку. Пуговицы со звоном разлетелись в разные стороны, и я осталась только в лифе, который нагло задрали до подбородка, и к моей груди прикоснулись мягкие мужские губы, которые начали активно посасывать сосок, прикусывать его, одновременно зализывая. Мои ладони без стыда потянулись к мужской пряжке ремня, но расстегнуть мне его не удалось. Там была просто какая-то сверхсложная конструкция. Но на помощь мне пришёл хозяин ремня, который быстро с ним справился.

Меня ласкали, кусали, целовали, гладили. И я несколько раз открывала глаза, чтобы убедиться, что это всё не сон и не другая реальность. Это всё настоящее и всё происходит сейчас здесь со мной. Ещё одно мгновение, и меня заполнили всю до отказа. Я уже и забыла, как хорошо с этим мужчиной. Он создан для меня. Каждая частичка его тела – это всё моё, моя жизненная необходимость, без которой я не смогу существовать.

Пик блаженства наступил практически мгновенно, мы излились одновременно. И Никита, приподняв меня, рухнул на спину, притягивая меня к себе на живот. И даже диван, который рассчитан на одного, казался уже удобным. Мы лежали и часто дышали. Сейчас так хорошо, что даже сразу и не поймёшь, что это реальность.

– А знаешь, я в тебя влюбилась с первого взгляда. Это случилось в тот день, когда ты прятался в доме моего отца от полиции. Я помню, что сначала испугалась тебя, а потом не могла взгляда отвести. Ты мне показался каким-то неземным. Не с нашей планеты. Я стояла, смотрела на тебя и убеждала себя, что ты не существуешь, ты иллюзия, но ты оказался живым.