Змеиный мох - Анна Жилло

Вечером позвонил Аркадий. Я даже растерялся немного, поскольку чувствовал: что бы ни сказал, прозвучит фальшиво и неуместно. Видимо, он понял мое замешательство и начал сам:

- Денис, утром ты позвонил не вовремя.

- Да, ты сказал. Маникюр…

- Я на химии сидел, - хмыкнул он. – Под капельницей. В компании десятка таких же бедолаг. Только первоходков. И все в депрессии. Развлекал их как мог, анекдоты травил. Когда с тобой говорил, они хоть по-русски и не понимали ни хрена, все равно надо было для них рожу держать. А это трудно, если не говорить веселенькое. А на самом деле…

- Я понимаю… - ком в горле никак не хотел глотаться.

- Да ни хера. И слава богу. Не надо тебе ничего понимать. Но насчет золотой рыбки я не шутил. Кладбища в Каталонщине дорогие. А тащить на родину – еще дороже. Нафиг. Лучше в море. Короче, Денис… Два месяца – это с химией мне обещано. Хотел докторюгу послать в пеший эротур. Сидеть там по полдня, потом блевать – ради двух месяцев? Но подумал, что смогу кое-что успеть за это время. Для тебя сделать. Знаешь, я хоть и не виноват ни черта, все равно свою вину чувствую. Кстати, что у тебя с женой?

- Разводимся. Заявление ей прислал, она в загс у себя подала, где-то через месяц будет.

- Точно подала?

- Точно, отследил через Госуслуги. Но я ей ничего не говорил. Ни о тебе, ни о «Логисе». Вообще ничего. Иначе так просто не согласилась бы.

- Это точно, - засмеялся Аркадия. – Потом узнает, будет шерсть на жопе рвать. В общем, я завтра утром встречаюсь со своим юристом. Посмотрим, что сделать, чтобы тебе налогов поменьше платить. Что-то по доверке на тебя переоформить. Что в Питере. Он, возможно, приедет. Здесь тоже постараюсь, но это сложнее, часть все равно придется по завещанию. Счета на твое имя открою, когда разведешься. А то задним числом вдруг узнает – может протест подать, мол, скрыл доходы. Для Дианы я создал трастовый фонд, ей до конца жизни хватит, но ты все равно посматривай.

Это звучало так буднично, по-деловому, как будто обсуждали текущие задачи бизнеса. А у меня внутри все переворачивалось. «Такой кремень, - сказал о нем Славка. - Как его по жизни било, врагу не пожелаешь. И не сломался. Все выдержал».

- Скажи, - решился я, - спрашивал уже, но ты не ответил. Мне это важно. У вас с матерью… серьезно было?

- Для меня да, - после паузы сказал Аркадий. – Для нее нет. И это все, что я могу тебе сказать.

Закончив разговор, я еще долго держал телефон в руках. Наконец открыл Вайбер, перечитал то, что написал Наде. И отправил запоздало вдогонку:

«И я тоже тебя жду».

Но ответа так и не получил.

Неважно. Завтра… Что завтра? Да ничего. Просто ее увижу.

Я знал: обычно она приезжает минут за сорок до начала рабочего дня. И тоже выехал пораньше, чтобы застать ее, когда в офисе никого еще нет. Зарулил на стоянку и увидел ее голубой фольц. Включив сигналку, Надя закинула на плечо сумку и не спеша пошла в сторону входа. Светлый короткий плащ, черные брюки. Медно-рыжая – покрасилась.

Как ни торопился, но догнал я ее только на проходной. Она стояла и копалась в сумке, разыскивая пропуск. Озадаченно нахмурившись. Забыла? Или потеряла?

- Привет, - я коснулся ее плеча.

Надя обернулась, и на лице расцвела улыбка – как солнце. Такой я еще никогда у нее не видел. Или… нет, один раз видел.

Тогда я так и не смог уснуть. Лежал, прижавшись к ней, положив руку на бедро, и боялся пошевелиться. Она спала, тихонько посапывая. Как медвежонок. Мягкая, теплая. В клочья разрывало от нежности… и от грусти. От того, что никогда не будет моей.

Едва рассвело, встал осторожно, укрыл ее получше. И вот такая же счастливая улыбка тогда была у нее на губах. Во сне. Захотелось лечь обратно, остаться с ней. Но… не растает ли улыбка эта, когда она откроет глаза и увидит меня? Не сменится ли разочарованием и досадой, когда вспомнит, о чем рассказывала мне? И о том, как затащила в постель?

Стоял на пороге, долго смотрел на нее. Оставить записку с телефоном? Показалось как-то… пошло. Еще бы визитку: скорая сексуальная помощь. Решил, что подожду несколько дней. Если не отпустит, попрошу у Аркадия телефон соседа. Мол, была там девушка, кое-что забыла или потеряла, а я забрал, хочу отдать. Вдруг согласится встретиться?