Индейское лето - Евгения Перова

– А потом? После мужа? Был кто?

– Встретила одного человека.

– Долго вы вместе были?

– Почти три года. Но… Мы виделись довольно редко.

– Он что, женат?

– Да, не свободен. Говорил, в той семье у него все кончено и не уходит он только из-за ребенка. Классика жанра. Я, правда, не настаивала. А потом… В общем, само как-то развалилось.

– И давно развалилось?

– Около года назад. А что ты меня допрашиваешь?! Какая тебе разница – кто, сколько! Про себя ни слова, а меня расспрашивает! Ну-ка рассказывай, что там у тебя было! И кто ты вообще такой?!

– Да ничего специального. Ой, сделай так еще!

– Как?

– Ты моргаешь, а мне щекотно от твоих ресниц – словно бабочка крылышком касается. У тебя такие невероятные глаза! Я понял, на что похожи по цвету – на виноград изабелла. Черные, но лиловые. И с серебряной пыльцой.

– Разглядел, наконец? А то сравнил с осколками неба – я удивилась: не голубые же!

– У тебя осколки ночного неба. Звездного ночного неба. Скажи, почему ты меня впустила? – вдруг спросил Максим.

– А почему ты вернулся?

Он рассмеялся и обнял Лию еще крепче:

– Потому что знал – ты откроешь.

Лия ахнула:

– Нет, ты просто невыносим! Твоя самоуверенность зашкаливает!

– Так почему же ты все-таки меня впустила, а?

– Ну хорошо, хорошо – я влюбилась! Доволен?

– Я счастлив. Ура! – заорал он в полный голос. – Она влюбилась в меня!

– Ты что так вопишь, с ума сошел?

– И сошел. Ты меня довела. Ну-ка, иди сюда! – Он притянул Лию к себе. – Нет, это просто невозможно, невозможно… Что же ты со мной делаешь, Лиечка…

Уже совсем в ночи он еще раз поцеловал ее, полусонную, и вздохнул:

– Знаешь, мне пора уходить.

– Оставайся…

– Если я останусь, ты всю ночь спать не будешь! А кто-то собирался завтра на дачу. На какое время тебе завести будильник, а? Лия? Спит совсем… На семь? Или раньше? Когда у тебя электричка?

– На семь…

Макс ушел, Лия мгновенно заснула, и тут же, как ей показалось, зазвонил будильник. Она с трудом подняла себя с постели и поплелась в ванную. Кое-как почистила зубы, влезла под душ, а вытираясь, вдруг увидела себя в зеркале – и ахнула: губы опухли, под глазами тени, на шее два синяка от засосов… на груди еще несколько! Лия залилась краской: по всему телу от корней волос до кончиков пальцев на ногах прокатилась жаркая чувственная волна – она вдруг вспомнила, что делал с ней Макс. А что вытворяла она сама?! Внезапно зазвонил телефон, и низкий голос Макса зазвучал ей в ухо:

– Ты уже встала? Ну что, успеваешь на электричку?

– Успеваю…

– Как ты себя чувствуешь, дорогая? Я не перестарался вчера?

– Ты понаставил мне синяков!

– О! Сама виновата! Нельзя же быть такой вкусной! Ммм, как вспомню, так и… Эх… Я приеду в понедельник вечером, да? Ты во сколько будешь дома? Постарайся пораньше, а то я с ума сойду! Я на всю ночь останусь, готовься!

– Нет, он даже не спрашивает, можно ли на всю ночь, хочу ли я!

– Но ты же хочешь, правда? Тебе же так понравилось, когда я…

– Так, все! А то я действительно опоздаю!

– Ну подожди! Неужели не понравилось? А мне так очень! Знаешь, где ты особенно вкусная?

– Макс! – закричала Лия в полном отчаяньи. – Прекрати! Тебе что, нравится меня смущать?

– Мне это доставляет просто чудовищное удовольствие! Пока, радость моя! До понедельника.

Так это и началось. Перед Лией внезапно открылся новый чудный мир. За всю жизнь у нее было только двое мужчин, и то, что происходило раньше, не шло ни в какое сравнение с нынешней бурей чувств – как невозможно сравнить вялые танцы в сельском клубе и показательную самбу или пасадобль каких-нибудь блистательных профессионалов. Все происходило в меру живенько, а с мужем – по молодости – так даже порой и горячо, но сейчас…

Нет, Лия не была лицемеркой или ханжой, и книжки разные читала, и фильмы видела, но никогда не верила, что все это бывает на самом деле – написать-то что хочешь можно. И вот она оказалась в центре урагана по имени Максим – глядя на себя в зеркало, Лия все пыталась разобраться, что в ней такого необыкновенного, если человек просто сходит с ума?! Она же не какая-нибудь секс-бомба, не Мэрилин Монро! Нет, не понять этих мужчин. Один раз спросила – и еле выжила, потому что разъяснения закончились таким бурным сексом, что сломалась ножка у тахты, на которой они буйствовали.

Встречались они почти каждый день, иногда Максим оставался на ночь – и тогда утром ее ждал приготовленный им завтрак и кофе, сваренный в новой кофеварке, которую он же и купил. Лия несколько пугалась такой заботы, а Макс только улыбался: да все нормально, что такого? А заботы действительно было много: у Лии в квартире вдруг перестали течь краны, нормально заработали выключатели, холодильник был полон продуктов – иногда Максим брал у нее ключи и приходил пораньше.

Про себя он по-прежнему почти ничего не рассказывал, ловко уходя от прямых вопросов, так что Лия в конце концов махнула рукой: да ну! Не хочет и не надо. Все это время у нее было ощущение полета, словно на быстроходном катере: солнце, ветер, волны, сумасшедшая скорость жизни! Иногда она, правда, с тоской смотрела на календарь: в конце августа родители с дочкой вернутся с дачи домой – и что тогда?! На дачу Лия ездила каждые выходные, и Максим время от времени приставал: «Возьми меня с собой! Я хочу познакомиться с твоими родными!» Но пока ей удавалось держаться: Лия с ужасом думала, что скажут мама с папой, увидев Максима. Особенно папа.

На работе она то и дело задумывалась, рассеянно глядя в инвентарную книгу, а один раз вообще заснула, подперев голову рукой, и чуть не упала со стула от разбудившего ее телефонного звонка. Иногда ее ни с того ни с сего обдавало жаркой волной, и тут же приходило сообщение от Максима: «Ррррррррррррр!» – это означало, что его опять в самый неподходящий момент одолела страсть. Лия смеялась, но поражалась тому, как они на расстоянии чувствуют друг друга. Она старалась не задумываться о будущем: какое у них вообще может быть будущее?! И чем дальше, тем больше ей казалось, что в сентябре все закончится.

Зато Макс о будущем думал постоянно. Вот и сейчас он лежал, закинув руки за голову, на узкой кушетке в комнатке отдыха своего офиса и думал. Офисом это можно было назвать с большой натяжкой: две крошечные комнатушки: кабинет с двумя рабочими столами и вот эта чайная, куда они с Владом еле впихнули кушетку. Влад был бывшим одноклассником и единственным сотрудником Максима. Он и нарушил размышления Кузнецова, внезапно ввалившись в чайную.

– Привет, босс!

– Привет.