Давай поспорим - Дженифер Крузи

Мин улыбалась, глядя на Харри. Кэл не мог оторвать от нее глаз – так восхитительна она была.

* * *

Когда Мин вошла в парк, дети уже тренировались. Хар-ри бегал на поле вместе с другими мальчишками; он был слабее и меньше их ростом и к тому же весь перепачкался. Она почувствовала к нему жалость. Увидев ее, он улыбнулся фамильной улыбкой Морриси и сразу показался ей прелестным ребенком.

Мин забралась на самый верх трибуны. Ветерок шевелил короткие локоны и легкие прозрачные рукава блузки. Она пыталась следить за игрой Харри, но у нее плохо получалось, потому что здесь был Кэл. Ее взгляд невольно следовал за ним. Просто физиология, убеждала она себя, но это была неправда. Ей нравилось смотреть, как он занимается с детьми. Он терпеть не мог тренировать, однако выполнял свою работу очень хорошо, и в этом был весь Кэл. «Постой-постой, – спохватилась Мин. – Ты же его совсем не знаешь».

Какая-то стройная брюнетка подошла к Кэлу со спины и закрыла ему руками глаза. «А чего ты хотела?» – расстроилась Мин, радость ее мгновенно улетучилась. Не важно, что он хорошо ладит с детьми, она все равно не собирается их заводить. Важно другое – с женщинами он просто самец, поэтому…

Кто-то сел рядом.

– Привет, – раздался голос красивой тональности, и, повернувшись, Мин увидела улыбавшуюся ей худенькую женщину с пепельными волосами. Лицо незнакомки формой напоминало сердечко, глаза были огромные, серые, очень короткая прическа очерчивала линии головы.

– Я Бинк, – представилась женщина.

– А я Мин. Привет.

– Мне так приятно, что вы пришли сюда ради Харри. Я вам очень признательна.

– Ну что вы, он такой милый мальчик, – ответила Мин, попытавшись найти его глазами. Она увидела, что Харри убежал с поля и теперь поднимается к ним. Чем ближе он подходил, тем заметнее становилось, какой он грязный.

– Многие этого не замечают, – рказала Бинк, с любовью глядя на сына.

– Привет, Мин, – закричал Харри, еще не дойдя до них. Он весь сиял, глядя на нее, и она улыбнулась в ответ – да и как было не улыбнуться?

– Харри! Как дела?

– Да вот – приходится в бейсбол играть. А так все хорошо.

– Ну, потерпи немного, после устроим праздник, наедимся пирожных, – ободрила его Мин.

– Здорово! – восхитился Харри, покачивая головой.

– Ты хорошо играл, – солгала Мин.

– Спасибо, – ответил Харри.

– Ты и вправду научился бросать мяч, – сказала Мин наугад.

– Ну, еще не очень. – Харри нисколько не был озабочен своими неудачами.

Он потянул носом, продолжая кивать, а Бинк сказала:

– По-моему, дядя Кэл хочет, чтобы ты спустился. – Мальчик обернулся и увидел, что Кэл и женщина рядом с ним смотрят на него.

– Да, – вздохнул Харри.

– Не забудь про пирожные, – напомнила Мин.

– Здорово, – повторил Харри, улыбаясь во весь рот. Мин улыбнулась в ответ.

– Мне надо идти, – сообщил Харри, не двигаясь с места.

– Удачи тебе.

– Ладно. – Харри покивал еще немного, затем погасил улыбку и стал спускаться, избегая встречаться взглядом с Кэлом.

– Вы очень добрая, – сказала Бинк.

Мин удивленно взглянула на нее:

– Почему вы так говорите? Мне действительно нравится ваш мальчик.

Подул ветерок, и Мин показалось, что Бинк сейчас поднимется в воздух и улетит. «Вот я радуюсь, что она сидит рядом, – подумала Мин. – А ведь до того, как она пришла, я не казалась себе такой толстой». Она рассердилась на себя. Бинк, наверное, изо всех сил старается быть приятной, она человек вежливый, к тому же Кэл скорее всего предупредил ее, что Мин недовольна своей фигурой. «Ну и ладно. Я похожа на свадебный торт с жирным кремом, который хочется потрогать, потому что он такой красивый, а она – на очень дорогую упаковку для этого торта».

– Что-то случилось? – спросила Бинк.

– Нет, ничего. А почему вы спрашиваете?

– Я вижу, вы нахмурились.

– Обдумываю одну метафору, – ответила Мин и сменила тему: – Значит, Харри играет в бейсбол.

– К сожалению, – сказала Бинк, а Мин подумала: «Видно, не она уговорила Кэла и Харри играть здесь. Странно…»

– Привет! – услышала она чей-то звонкий голос и, обернувшись, увидела ту самую брюнетку, которая флиртовала с Кэлом. У нее тоже было лицо в форме сердечка и большие серые глаза, а волосы густые и мягкие, как шелк.

«Умереть и не встать, – подумала Мин, когда этот образец совершенства опустился на скамью рядом с ней. – С одной стороны сидит леди-на-миллион-долларов, с другой – мисс Стройность».

– Как дела, Бинк? – спросила брюнетка. Бинк улыбнулась:

– Привет, Синтия.

Синтия, бывшая подружка Кэла!.. Мин повернулась к брюнетке и разглядела ее топик на бретельках, не совсем уместный на детской игре. Носила она его без всякого стеснения, может, потому, что грудь у Синтии была вызывающе красивой, мужчины наверняка просто с ума сходили. «Ужаль меня», – подумала Мин и стала смотреть на поле, выискивая глазами Кэла. А он смотрел на эту троицу со странным выражением лица – вероятно, с ужасом сейчас осознавая, что целовал женщину, которая никогда не влезала в восьмой размер. Эта мысль задела Мин больше, чем хотелось.

– Кэл! – помахала Бинк.

– Что с ним? – спросила Мин. – Понятно, что он ненавидит это занятие, но что еще?

– Почему ненавидит? – удивилась Синтия. – Он тоже считает, что Харри это полезно.

– Вот как, – сказала Мин. – Так это была ваша идея?

– Моя, – с улыбкой ответила Синтия. Мин повернулась к Бинк:

– Значит, это Синтия привела Харри на бейсбол?

– Да, – подтвердила та. – Синтия все обсудила с нашей бабушкой, и они решили, что ребенку это полезно. Бабушка – очень влиятельная фигура.

– Понятно… – Мин опять посмотрела на поле. Игрок, отбивающий мяч, направил удар на левую сторону, и мальчик из команды Кэла проворонил его. А Кэл ничего не замечал, его взгляд был прикован к трибуне, где сидели три женщины.

Мальчик в дальней части поля поднял мяч и швырнул его с отчаянием и неожиданной для восьмилетнего игрока силой. Мяч ударил Кэла в затылок, он упал на колени, а затем свалился в траву. Мин, охнув, помчалась вниз, обогнула ограждение и выбежала на поле.

– Кэл! – позвала она, опустившись на колени. – Кэл, что с тобой?

Он попытался подняться и сесть. Она заглядывала ему в глаза, чтобы увидеть их выражение. Его взгляд по-прежнему излучал тепло, и она с замиранием сердца стала погружаться в эти темные глубины. За спиной полилась музыка – Элвис Костелло выплескивал сердечную боль в песне «Она». Внутренний голос снова шепнул ей: «Смотри, вот она, твоя судьба». И вдруг Мин услышала голос Тони: