Просто женаты - Патриция Коулин

Адриан проводил жену только до парадных дверей Рейвен-Хауса.

— Я вдруг вспомнил об одном важном деле, — объяснил он. — Но постараюсь вернуться пораньше, чтобы сопровождать вас на ужин к Ходдлтопам.

— Прошу вас, не надо спешить из-за меня. Если хотите, мы можем встретиться за ужином.

— Ни в коем случае! — возразил Адриан, в глазах которого вспыхнули алчные огоньки. — Дождитесь меня. «Беги!» — повторил внутренний голос.

— Ладно, дождусь, — отозвалась Ли. В холле ее встретил Торн.

— Вы успели поговорить со слугами? — спросила девушка, опередив дворецкого.

Он закивал головой.

— И они согласились попробовать?

— Они сказали, что вреда от этого не будет.

В устах Торна такой ответ прозвучал явным поощрением. Ли радостно улыбнулась.

— Разумеется, — добавил он, — если герцог позволит.

— Он уже дал согласие, — заверила Ли, вспомнив о том, что Адриан предоставил ей право распоряжаться в доме по своему усмотрению. Предстоящие перемены пошли бы самому герцогу только на пользу. — Неужели вы считаете, что я решилась бы перевернуть вверх дном весь дом, не спросив разрешения у герцога?

Несколько секунд Тори настороженно смотрел на нее. После памятного ужина в кухне между ними установилось нечто вроде взаимопонимания. С тех пор Ли твердо рассчитывала на поддержку старого слуги.

— Согласие бывает разным, — наконец произнес он. — Но вряд ли его светлость станет обращать внимание на такие пустяки. — Неуклюже поклонившись, он собрался было уйти, но вдруг остановился и протянул Ли визитную карточку. — Чуть не забыл: в гостиной вас ждет джентльмен по фамилии Холт.

Ли нахмурилась, разглядывая карточку достопочтенного Майкла Холта.

— А вы уверены, что он хочет видеть меня, а не герцога?

— А как же!.. — Дворецкий вовремя спохватился:

— Совершенно уверен, ваша светлость. Он выглядит вполне безобидным.

Дворецкий повел госпожу наверх, в гостиную. У дверей он обратил ее внимание на зеркало в черепаховой раме, висящее над сундуком красного дерева.

— Его повесили совсем недавно, а оно уже запылилось, — объяснил Тори недоумевающей Ли. — Сейчас вытру.

Внезапно девушку осенило: Тори намекал, что останется за дверью, чтобы быть поблизости на всякий случай!

Она взяла Торна за руку.

— Спасибо, Торн. Я ценю вашу заботу.

Майкл Холт стоял у окна, любуясь садом. Услышав шаги, он обернулся, а Ли от неожиданности затаила дыхание, узнав человека, с которым несколько дней назад столкнулась на Бонд-стрит.

— Спасибо, что вы согласились принять меня, ваша светлость. — Пройдя по комнате, он низко склонился над протянутой рукой Ли.

— А разве мы знакомы? — настороженно осведомилась она.

— Знакомы, — с мягкой улыбкой подтвердил он, — но вы, должно быть, этого не помните. Прошу простить мне столь дерзкий неожиданный визит. Не будь между нами родственных уз, я бы ни за что не осмелился побеспокоить вас. Видите ли, я ваш троюродный брат, и, смею с гордостью добавить, я был близким другом вашей матушки.

— Близким другом? Это звучит двусмысленно, — заметила Ли, тщетно пытаясь воскресить воспоминания детства.

— А означает только то, что у нас были общие интересы и она доверяла мне.

— А вы оправдывали ее доверие? — напрямик осведомилась Ли.

К счастью, гость предпочел быть откровенным:

— Да, оправдывал, хотя и не сумел спасти ее. Вам лучше, чем кому бы то ни было, известно, что никто из людей, любивших вашу мать, не смог ей помочь.

Ли отошла к окну, обернулась и окинула взглядом рослую, крепко сбитую фигуру посетителя, его зачесанные назад серебристые волосы и твердые черты лица. Прошло уже десять лет. Люди меняются.

— Если мы и вправду родственники, почему же я вас совсем не помню?

— Вероятно, потому, что мои визиты к вашим родителям были немногочисленны. Я ваш родственник по отцовской линии. — Легким движением губ он выразил недовольство. — Но общим у меня с вашим отцом было только отсутствие симпатии друг к другу. А Дейву я любил, как сестру.

— Зачем вы приехали ко мне? — спросила Ли.

— Зачем? — Он невесело усмехнулся и рассеянно провел рукой по волосам. — По нескольким причинам. — Его лицо смягчилось, выражая явное сочувствие, которое немного подбодрило Ли. — Чтобы повидаться с вами. Чтобы проверить, верным ли было мое первое впечатление. И извиниться за ту досадную встречу. Видите ли, она разбередила старые раны, — с грустью добавил Майкл. — Мне пришлосьотправиться прямо в клуб и основательно… подкрепиться там.

Ли улыбнулась:

— Мне говорили, что я похожа на маму.

— Похожи? По грубоватому, но очень точному выражению моей бедной бабушки-ирландки, вы — вылитая матушка.

Ли рассмеялась:

— Знакомые слова! Жители шотландской границы питают пристрастие к подобным выражениям.

— И смеетесь вы точь-в-точь как она, — тихо добавил Майкл. — Это вам известно?

Ли покачала головой, пытаясь проглотить внезапно вставший в горле ком.

— И походка у вас такая же, как у матери. Вы всегда держите голову высоко поднятой, словно пытаетесь разглядеть, что приготовила вам судьба за следующим поворотом… Но довольно об этом, — прервал себя Майкл. — Я пришел сюда не для того, чтобы заставить вас плакать.

— Это слезы счастья, сэр. Как непривычно слышать такие слова от почти незнакомого человека! Никто не говорил со мной о маме, разве что знакомые изредка упоминали о нашем сходстве. — Она обхватила плечи руками, вдруг ощутив озноб. — Иногда мне казалось, что мамы даже не существовало.

Майкл Холт понимающе кивнул.

— И тем не менее она жила и была даже слишком реальной. Вот и еще одна причина моего визита. Не знаю, что вам наговорили о матери и что вам известно о случившемся, но я хорошо знал ее. Если у вас есть вопросы, я смогу ответить на них. А если вы пожелаете узнать о том, какой была ваша мать, я к вашим услугам.

— Спасибо, мне действительно хотелось бы послушать вас. Не согласитесь ли вы когда-нибудь поужинать с нами?

Майкл несколько раз сжал и вновь разжал кулаки.

— Если хотите, я приму ваше приглашение, но должен предупредить, что это весьма рискованная затея. Я понимаю, что захожу слишком далеко, ваша светлость, но все-таки упомяну, что ваш брак называют… весьма странным. И я… — Он заколебался, нахмурив густые седые брови. — Черт побери, можете отвесить мне пощечину, но… однажды я уже придержал язык, о чем с тех пор сожалею. Я не допущу, чтобы то же самое повторилось с вами. Вы хорошо знакомы с мужем?