Тепло наших сердец - Нора Робертс

Она не знала, к кому обратиться. Ни помощника, ни секретаря. Несмотря на игрушку в руках Флинна, Мэлори вдруг поняла, что он очень занятой человек. Очень важный. Начальник, к которому не врываются без предупреждения.

Пока она мялась в нерешительности, Флинн присел на край стола, продолжая перебрасывать пружинку из правой руки в левую и обратно. Волосы торчали в разные стороны, как будто он теребил их, прежде чем взять игрушку.

На нем была темно-зеленая рубашка, заправленная в брюки цвета хаки, а на ногах старенькие кеды — таких потрепанных Мэлори видеть еще не приходилось.

Она почувствовала легкий трепет где-то в животе, а затем толчок — это уже в области сердца.

Флинн Хеннесси ей нравится. Мэлори убеждала себя, что в этом нет ничего плохого. Более чем допустимо, но нельзя позволить, чтобы влечение переросло в нечто большее, а именно это и происходит, причем пугающе быстро. Это неразумно, небезопасно. И даже…

Потом Флинн посмотрел через стекло. Их взгляды на секунду встретились, и он улыбнулся. Трепет и толчки усилились.

Флинн резко дернул запястьем, и пружинка сложилась у него на ладони. Свободной рукой он махнул Мэлори, приглашая к себе.

Она пробралась к нему сквозь нагромождение столов и несмолкающий шум и, переступив порог кабинета, улыбнулась — Флинн разговаривал не сам с собой, а по громкоговорящей связи.

По привычке закрыв за собой дверь, Мэлори посмотрела в ту сторону, откуда доносился оглушительный храп. Конечно, это был Мо. Развалился брюхом кверху между двумя шкафами.

Ну чего ожидать от человека, который берет с собой на работу огромного глупого пса? А если точнее, как можно перед ним устоять?

Флинн поднял палец, прося минуту подождать, и Мэлори стала пока изучать его кабинет. На стене огромный пробковый щит с приколотыми записками, статьями, фотографиями и листочками с номерами телефонов. У нее зачесались руки, так захотелось навести там порядок. А еще в ворохе бумаг на письменном столе.

Полки забиты книгами, в том числе по юриспруденции и медицине. Телефонные книги, сборники цитат, кинообозрения, музыкальные обзоры…

Из игрушек, кроме разноцветной пружинки, тут были йо-йо[31]и несколько солдатиков. Дипломы и грамоты — газете и самому Флинну — лежали стопкой, как будто у него не хватило времени, чтобы развесить их. Хотя непонятно, куда их можно было повесить, потому что единственная стена была занята той самой пробковой доской и огромным календарем.

Услышав, что Флинн закончил разговаривать, Мэлори обернулась. И попятилась, когда он шагнул к ней.

— Проблема? — Хеннесси остановился.

— Нет. Возможно. Да.

— Выкладывай.

— У меня что-то задрожало внутри, когда я тебя тут увидела.

— Спасибо. — Флинн расплылся в улыбке.

— Нет. Нет! Я не знаю, готова ли я к этому. У меня голова занята другим. Я пришла поговорить, но… уже отвлеклась.

— Подожди, — сказал он, поднимая трубку зазвонившего телефона. — Хеннесси. Да. Да. Когда? Нет, не сложно. — Он что-то записывал в блокноте, выуженном из груды бумаг. — Я прослежу.

После этого Флинн выдернул телефонный шнур из розетки.

— Это единственный способ заставить его замолчать. А теперь немного подробнее о том самом трепете.

— Нет. Я сама не понимаю, как это у меня вырвалось. Я пришла насчет Джордана Хоука.

— А что с ним?

— Лет пять назад он купил в «Галерее» картину…

— Картину? Мы говорим об одном и том же Джордане Хоуке?

— Да. На картине изображен юный король Артур, извлекающий меч из камня. Думаю — почти уверена, — что написал ее тот же художник, что и две другие, в Ворриорз-Пик и у твоего друга. Мне нужно еще раз взглянуть на полотно, которое приобрел Хоук. Прошло несколько лет, и я должна убедиться, что правильно помню детали, а не придумываю их.

— Если ты не ошиблась, это очень странное совпадение.

— Если я не ошиблась, ни о каком совпадении не может быть и речи. Все предопределено. Все. Ты можешь связаться с Хоуком?

Мысленно перебирая варианты, Флинн вновь занялся пружинкой.

— Да. Если Джордан в отъезде, я все равно его найду, только не так быстро. Понятия не имел, что он вообще заходил в «Галерею».

— Его имени нет в списке клиентов. Очевидно, покупка была случайной, и это делает ее еще ценнее.

Волнение Мэлори выдавал голос.

— Флинн, я едва не приобрела ту картину сама, но тогда она была мне не по карману, и я искала способ решить эту проблему. Ее купили в то утро, когда я собиралась пойти к Джеймсу с просьбой продать мне полотно в кредит. Все это не просто так.

— Я свяжусь с Джорданом. Думаю, он купил ее для кого-то. В отличие от Брэда он не привязывается к вещам. Любит путешествовать налегке и ограничивает себя необходимым минимумом.

— Мне нужно еще раз увидеть это полотно.

— Понятно. Я этим займусь. Сегодня же все выясню и за обедом расскажу тебе.

— Нет, это плохая идея. Правда плохая.

— Обед — плохая идея? Человечество на протяжении всей своей истории приветствовало еду вечером. Есть документальные подтверждения. Много.

— Это плохая идея для нас. Я не должна торопиться.

Флинн отложил игрушку. Он повернулся и, когда Мэлори отпрянула, пытаясь сохранить безопасное расстояние, схватил ее за руку и притянул к себе.

— А кто тебя торопит?

— Скорее что. — Она чувствовала лихорадочное биение пульса в запястьях, в горле и даже под внезапно ослабевшими коленями. В его глазах блеснуло что-то похожее на холодный расчет, напомнившее Мэлори, что Флинн привык все продумывать на два и даже на три хода вперед. — Послушай, это моя проблема, а не твоя, и… Прекрати, — приказала она, почувствовав, как его ладонь легла ей на затылок. — Это не самое подходящее место для…

— Они обыкновенные люди. — Флинн кивком показал на стеклянную стену, отделявшую его кабинет от общей комнаты. — И, будучи такими, понимают, что время от времени я целую женщин.

— Кажется, я в тебя влюбилась.

Мэлори почувствовала, что рука Флинна дернулась и тут же ослабла. Увидела, как выражение веселой решительности на его лице сменилось растерянностью. В ее душе боролись два демона, оба совершенно ненужные, — боль и гнев.