Дракон для ведьмы с доставкой на дом - Валентина Третьякова

Уголки губ Дариса тронула улыбка — Авелена снова выручила его.

Выйдя от банкира, они с Лэем решили перекусить. Двум молодым, здоровым драконам требовалось что-то посерьезнее чая с конфетами.

— Ариан, Спасибо тебе за помощь. Если бы не ты… — сказал Дарис, пока они ждали мясной пирог в простеньком уличном кафе.

— Если бы не я, то вы, то есть ты… Ты сделал бы то же самое. Просто чуть медленнее.

— Возможно… Но вдвоем гораздо веселее. Кстати. Если меня больше нет в Ордене, что будет с твоей должностью? — задумался Дарис.

— А мы посмотрим что, — хитро прищурился Ариан. — Я дверьми пока не хлопал. Официально у меня сегодня выходной. Завтра пойду на работу, сделаю круглые глаза и бровки домиком, пусть объясняются, как мне жить дальше. Трудовой кодекс мне в помощь…

Ариан так убедительно изобразил клерка-растяпу, что Дарис расхохотался. Его смех прервал сообщение в Кинете. Оно было от Авелены.

42. Роза пропала.. Дарис и Ариан приехали в "Сказку".

“Прости, что беспокою. Роза с тобой?”

Дариса вопрос удивил, и он перезвонил Авелене.

— Полчаса назад она воскликнула что-то вроде “эти драконы!” и с тех пор не отвечает мне. Стала ее искать — никто не видел, — встревоженным голосом объяснила она..

— Что она делала перед этим?

— Всевизор смотрела. Какое-то дневное познавательное шоу… Забыла как называется.

— Мы сейчас приедем. Да, я буду не один. С другом.

Пирог, который им как раз принесли, они забрали с собой. Дарис сам сел за руль и по дороге стал объяснять Ариану, кто такая Роза. Бывший помощник извернулся и достал с заднего сиденья свой переносной компьютер.

— Нашел! — сказал он через некоторое время. — Передача про путешествия знаменитостей по разным странам. В перерыве идут десятиминутные новости… И… Лучше останови машину.

Дарис свернул в карман автомагистрали. Ариан включил новостной ролик с того места, где Панаген Этерон делал заявление перед журналистами.

“Сегодня наш Орден изгнал из своих рядов дракона, недостойного быть в его рядах. Я принял это тяжелое, но справедливое решение, несмотря на то, что изгоем стал мой старший сын. Родство не должно потворствовать грехам и ужасным поступкам. Подробностей не будет, мне кажется, все и так достаточно понятно,” — произнес глава Ордена Этеронов с торжествующим видом. Позади него с притворно-скорбным лицом стояла мачеха Дариса.

— Не этих ли драконов имела в виду фамильяр? — спросил Ариан. — Ты стал ее другом, может, она отправилась мстить?

Дарис не ответил. Он сжал руль так, что тот жалобно затрещал. Внутри кипели гнев и непонимание. За что? За что с ним так обошлись? Выгнать, обезличить, да еще и грязью сверху полить? Какие такие грехи и ужасные поступки??? И ведь поверили! Все поверили, иначе почему молчал его дальнофон? Потому что никто не хотел марать себя общениям с изгоем!

Дарис вышел из машины, тяжело дыша. Ему безумно хотелось обернуться, полететь в резиденцию и уничтожить там всех. И отца, и мачеху, и полубрата. Рефлексы, вбитые в Школе, звали растоптать врага, уничтожить его без следа, чтобы не ударил в спину, и чтобы другим неповадно было. Дарис метался вдоль дороги, как тигр в клетке. Сдержался он только потому, что обещал Авелене приехать. Он остановился, сложил пальцы в мудру, успокаивающую разум.

— Я в норме. Едем, — бросил он через пару минут Ариану, который все это время растерянно ходил рядом.

“Сказка” встретила их закрытыми воротами. Дарису пришлось выйти из машины и покрасоваться перед камерами, чтобы попасть внутрь.

— Простите, господин Этерон, это приказ госпожи Бешту, — объяснил Майли, когда из кустов выпрыгнул Стеф и принялся их обнюхивать. Дариса он узнал, а на Ариана подозрительно покосился и ощерил клыки.

— Он со мной. Друг, — сказал дракон. — Знакомьтесь. Ариан Лэй, дракон. Ариан, это Майли, человек, и Стеф, как ты, наверное, уже понял, — оборотень.

Волк спрятал зубы и обернулся высоким, крепким мужчиной. На нем была светлая футболка, джинсы и удобные кроссовки очень известной фирмы. И тут до Дариса дошло, что в облике Стефа зацепило его тогда, после пожара! На оборотне была одежда! И обувь! Но как???

— У нас Роза пропала, — сказал Майли.

— Знаю. Поэтому мы здесь. Где Авелена? — спросил Дарис. Ему очень хотелось устроить оборотню допрос с пристрастием. Когда их раса успела научиться таким трюкам? Но одежда пока подождет. — Кто-нибудь в курсе, как искать пропавшего фамильяра?

— Госпожа Бешту ушла проверить поле, — ответил Майли. — Как искать Розу не знаем. Обычно бывает наоборот — не знаешь, куда деваться от ее любопытства.

— Сколько времени прошло с исчезновения? Как быстро фамильяр перемещается? — спросил Ариан Лэй.

— Очень быстро, — усмехнулся Дарис. — Сначала найдем Авелену. Может быть, Роза уже ответила ей.

“Убью заразу! Пусть только появится! Да как могла исчезнуть! В такой момент!” — думала Авелена, идя с поля. Розы там не было. “Роза, гуль тебя раздери!!! Роза, ты где???” — она продолжала звать кобылу, но чувствовала, что та не слышит ее. Авелену трясло одновременно и от страха, и от ярости, потому что она не представляла, что делать. Одно хорошо — на фоне переживаний за фамильяра, она перестала беспокоиться об отношениях с Дарисом. Да померещилось ей все! Они просто друзья… Хорошие друзья... И тут она заметила своего дракона. Он шел ей навстречу. Не один, с кем-то, но она видела только Дариса. В животе по-дружески запорхали бабочки. Сердце от переизбытка дружеских чувств сорвалось куда-то вниз, а потом весело запрыгало в горле. Глаза, не отрываясь, опять же по-дружески, любовались стремительной походкой дракона-воина. Потому что Авелена была очень рада видеть своего друга! Просто хорошего друга...

— Нашлась? — крикнул он еще издали.

— Нет, — развела руками Авелена. Она ускорила шаг и засыпала его вопросами: — Как твои дела? Что случилось? Тебя хотят выгнать? Ты же говорил, что отец успокоился…

Дарис перешел на бег и несколько прыжков оказался рядом. Поднял Авелену на руки и закружил. Она завизжала и обеими руками обхватила его шею.

— Дарис Этерон! Прекрати сейчас же, я боюсь! — пропищала она.

Дарис тут же остановился, но продолжал держать ее на руках. Авелена приоткрыла один глаз, покосилась на землю и