В плену у прошлого - Ольга Мушенок

Не будет обряда надевания и снимания красного невинного пояса, пояса девственницы. По нашим законам, каждая девушка вступившая в брак должна быть невинной и чистой. А Демир, араб и их законы, традиции, обычаи будут жёстче наших. Для них это как прикасаться к грязной свиньи, но Демира это не останавливает и не волнует, возможно, из-за того, что он с детства живёт в Турции, соблюдая наши законы и традиции.

Мой отец дал мне хорошее образование, он отправил меня в дополнительную школу иностранных языков, где я изучала восточные языки и арабский в их числе. В этой школе для начала мы знакомились с национальностью, культурой, а потом плавно переходили на изучение языка. Вот оттуда я и узнала про обычаи, традиции и законы арабов. А так же я дружила с ребятами разных национальностей и понимаю их ценности. Поэтому, знаю, как будет нелегко мне ужиться в семье Демира если стану его женой.

У меня не будет ничего, о чем я мечтала до той проклятой ночи.

Из рук выпал букет, и я сопровождаю его жалким протяжным, громким воплем:

— Ничего!

Эмоции взяли надо мной власть и слезы обжигающей пеленой закрыли обозрение. Я схватилась обеими руками за голову, прокручивая воспоминания за последний год, и твержу об одном:

— Ничего! Ничего!

Одним движением руки Демир прижал меня крепко к своей груди тихо, приговаривая:

— Я никогда не откажусь от тебя! Никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлю одну! Слышишь меня, Ясемин? Посмотри на меня! — отстранившись на мгновение, он обхватил ладонями моё лицо и стал целовать его, собирая капли жгучих слез. — Ты мне веришь?

В этих чёрных глазах мелькала надежда на семейное счастье и бескорыстная, искренняя любовь.

В горле подавлял голос колючий ком, но набравшись смелости и сил, я призналась:

— Демир, я доверяю тебе! И я люблю тебя!

Мы зашли в комнату и долго беседовали, я успокоилась и от слез, не осталось и следа. Демир, даже смог рассмешить меня, когда смеяться совсем не было сил и настроения. Демир, по моей просьбе рассказал, что произошло с ним, и я в заключении успокоилась, ведь Аллах подарил ему шанс на ещё одну жизнь. А потом затронули тему про Эрдогана и его братьев.

— Тебе больше нечего бояться, Ясемин. Вурал, Назар в наших руках и тебе они не навредят! — он с ненавистью произнёс их имена, так сказал, что я поежилась от напряжения.

— А Э-эрдоган? — не смогла скрыть своё любопытство я.

Желваки заиграли на скулах Демира и он властно произнёс:

— Этого мы тоже скоро поймаем, не сможет долго бегать и прятаться от нас!

От такого ответа, у меня желание отпало задавать вопросы.

— Так им всем и надо! Да, покарает их Аллах! — радостно воскликнула я.

В комнату открылась дверь и к нам, заглянул дедушка с подозрительной улыбкой, парируя:

— Вот, значит, где вы спрятались, а я уж подумал, Демир пошёл на риск и похитил моё сокровище!

Дедушка снова нас рассмешил и мы все втроём тихо засмеялись в один голос.

— Ясемин, господин Серхат, сегодня вечером ждите сватов в свой дом, устроим помолвку. — с серьёзным лицом наказал Демир.

— Будем с нетерпением ждать. — обрадовавшись ответил дедушка, пожав Демиру руку.

Обняв меня, Демир сказал:

— Не вздумай скучать, а особенно плакать. Хорошо?

— Ладно, я больше не плачу, а вот скучать никогда не перестану. — призналась я тихим голосом.

Глава 42

В несчастье познается друг и изобличается враг.

Эпиктет.

Ясемин

— Ну что госпожа Ясемин вы готовы увидеть себя в новом образе? — спрашивает меня визажист.

— Наверное. — с трепетом ответила, поджав губы.

Я же сидела с закрытыми глазами в удобном кресле и даже представить себе не могла, как я выгляжу. По ощущениям и услышанным комплиментам от Лейлы и Эдже могу предполагать, что я могу выиграть конкурс красоты.

Это чувство глобальных перемен вызывало волнение, но время невозможно повернуть вспять. Для меня новость о сегодняшней помолвке стало полной неожиданностью. Время не щадит и приходится взять себя в руки и принимать, то что уготовила судьба.

— Открывайте глаза госпожа Ясемин. — заключила визажист, развернув мое кресло к зеркалу.

Я была восхищена от нового образа, легкий макияж придавал лицу свежесть, черная подводка была изюминкой к макияжу, она не броская, а лишь подчеркивающая взгляд моих темных глаз. На губах не яркий нежный блеск по цвету губ придавал скромность и невинность.

Прическа в романтическом стиле подчеркивала мягкость и беззащитность моей натуры. Волнистые локоны уложены красиво и аккуратно, а из них еле заметно виднелась одна красная ленточка, вплетенная в тоненькую косичку.

С выбором платья для помолвки я не ошиблась. Красный цвет я люблю, даже есть поговорка: «Пусть будет на пять лир дороже, но пусть будет красное!» Длинное шелковое платье в пол аккуратно подчеркивало изгибы фигуры и закрывало зону декольте, оставляя открытым лишь кисти рук.

Эдже с Лейлой стояли по разные стороны от меня и восторгались:

— Вай, вай, какая же ты красивая.

— Да, да, тетушка Лейла, Ясемин похожа на королеву красоты. — подтвердила, продолжая восхищаться. — Уверена Демир, как увидит свою невесту, упадет в обморок! — воскликнула Эдже не отводя от меня взгляд.

Я достала из сумки деньги и заплатила визажисту за ее работу. — Здоровья вашим рукам! — с благодарностью заключила я.

— Было приятно с вами работать госпожа, Ясемин. — ответив девушка, взяла деньги, и направилась на выход, где её ждал охранник, чтобы проводить за пределы особняка.

За окном вечереет, солнце спряталось за горизонтом и окрестности быстро погружались в холодный сумрак. Железные ворота раскрылись, и на территорию особняка проехал чёрный Lexus. Машина остановилась, и из неё вышел отец Митин.

— Отец, мой отец приехал! — обрадовалась Эдже и побежала встречать его.

Этой встрече я по-особенному рада, ведь отец Митин для меня герой. Человек, который спас меня и мою дочь. Он, рискуя своей жизнью и жизнью единственной дочери, не отдал меня в руки шайтанам, спрятал от зла и оберегал. Мужчина держался как волк, не давая в обиду свою стаю.

Я же следом побежала за Эдже.

— Здравствуйте, отец Митин! — поприветствовала я мужчину.

— Здравствуй, Ясемин! Какая же ты красивая. Пусть Аллах наполнит твою жизнь яркими красками, будь счастлива с Демиром.

— Машаллах! — произнесла я, принимая греющие душу слова.

Дедушка вышел из дому с твёрдой походкой и стал подходить к нам. У него было такое выражение лица, будто он увидел призрака.

— Познакомьтесь это мой дедушка, Серхат Оздемир! — представляю отцу Митину своего дедушку.

Улыбка с отца