Из моего окна - Ариана Годой

Дверь заперта на ключ. Почему?

– Ты это ищешь?

Его голос заставляет меня вздрогнуть. Поворачиваюсь, и, к моему удивлению, он сидит на кровати, держа ключи в поднятой руке. Меня бесит, что мне так нравится его лицо. Он весело улыбается.

– Почему закрыто?

– Вчера здесь была вечеринка, помнишь? – В его голосе слышно беспокойство. – Я не хотел, чтобы кто-то пришел и потревожил нас.

Я пытаюсь сглотнуть, но у меня пересохло в горле.

– Ты… И я… Ну, то есть… Ты понимаешь.

– Переспали ли мы? – Он всегда такой прямолинейный. – Ты ничего не помнишь?

Он произносит это печально, будто бы хочет, чтобы я что-то вспомнила. Смущенно качаю головой.

– Нет.

Замечаю его разочарование.

– Ничего не было, тебя вырвало, я тебя искупал и уложил спать.

Я ему верю.

– Спасибо.

Он встает. И я снова чувствую себя маленькой перед ним.

– Открой дверь, – прошу, потому что оставаться с ним наедине в одной комнате практически без одежды невыносимо.

Он засовывает ключ в передний карман брюк.

– Нет.

Я открываю рот в знак протеста, а он идет в ванную и закрывает за собой дверь.

Но какого черта? Я разочарованно складываю руки на груди и жду, пока он выйдет. Зачем он меня запер? Шумит душ. Он купается? Серьезно?

А я отчаянно хочу выбраться отсюда.

Бесконечно тянутся минуты, и он наконец выходит из ванной, с полотенцем на талии. Капли воды скользят по животу, а влажные волосы прилипли к лицу.

Похоже, ему не холодно, и я откашливаюсь.

– Открой мне дверь, Арес.

– Нет.

– Почему?

– Потому что не хочу.

Я саркастически смеюсь.

– Как по-взрослому. – Он садится на кровать и смотрит на меня, его глаза скользят с моей груди к моим ногам. Я сглатываю. – Мне правда пора.

– Ты уйдешь после того, как мы поговорим.

– Хорошо. Чего ты хочешь?

– Тебя.

Его ответ удивляет, и в животе становится тепло, но я стараюсь вести себя нормально.

– Ты и правда сумасшедший.

– Почему? Потому что говорю тебе, чего хочу? Я всегда был честен с тобой.

– Да, я бы сказала, что слишком, – говорю я, вспоминая, как он дал мне понять, что не хочет со мной ничего серьезного.

– Иди сюда.

Жар поднимается к моим щекам.

– О нет, я не буду играть в твою игру.

– Мою игру? Я думал, что играешь здесь ты.

– О чем ты?

– Тебе понравилось целоваться с другим?

Я вижу ярость в его красивых глазах и прижимаюсь спиной к двери, но все же поднимаю подбородок.

– Вообще-то, да, он очень хорошо целуется, к тому же он…

– Замолчи.

Я победоносно улыбаюсь и понимаю, что чувствую себя сильнее от того, что могу на него влиять. Он всегда был со мной холоден, но сейчас я ясно вижу эмоции на его лице, и это воодушевляет.

– Ты спросил, – говорю я, пожимая плечами.

– Я восхищаюсь твоей попыткой заменить меня, но мы оба знаем, что тебе нужен только я.

Он подходит, я чувствую запах мыла и пронзительное тепло его тела. Смотрю ему в глаза, мое сердце бьется как сумасшедшее, но я не хочу, чтобы он убедился в своей правоте.

– Это ты так думаешь, Йоши целуется так сладко, что…

– Перестань говорить о нем, не играй с огнем, Ракель.

– Ревнуешь, греческий бог?

– Да.

Его ответ застает меня врасплох, и воздух покидает мои легкие. Арес Идальго признался, что ревнует? Неужели я попала в параллельную вселенную?

Он проводит рукой по лицу.

– Не понимаю тебя, я посвящаю тебе гол, а ты идешь и целуешь другого. Во что ты играешь?

– Я ни во что не играю, это я тебя не понимаю.

Он улыбается и качает головой.

– Похоже, мы друг друга не понимаем. – Одной рукой он берет мои запястья и поднимает их над моей головой, нежно прижимая их к двери, а другой проводит пальцем по изгибу моей шеи и груди, я вздрагиваю от удовольствия. – Но наши тела понимают все.

И я вот-вот сдамся, но вспоминаю, как холоден он был со мной после того, как лишил меня девственности, а потом как послал домработницу выгнать меня из своей комнаты, когда мы переспали во второй раз. Я так хочу его, но мое сердце не выдержит еще одного удара, знаю, что нет. Не хочу снова испытать это мерзкое чувство, которое приходит после того, как он присваивает меня, а потом выбрасывает, как вещь.

Я не могу.

Я не хочу.

Я больше не упаду.

Знаю, что он не ожидает, что я дернусь, и пользуюсь этим, чтобы оттолкнуть его своим телом и освободить запястья. Арес удивлен, у него красные губы, он взволнованно дышит. Он снова пытается подойти ко мне, но я выставляю руку.

– Нет.

Он хмурится, я впервые отвергаю его, он очевидно недоумевает.

– Почему нет?

– Не хочу, не поддамся, не в этот раз.

Он проводит рукой по волосам.

– Ты слишком много думаешь, слишком много говоришь, иди сюда.

Он протягивает ко мне руку, но я бью по ней, прежде чем он успевает прикоснуться ко мне.

– Нет, если думаешь, что я всегда буду доступна, когда ты захочешь, ты ошибаешься. Я не буду твоей игрушкой.

Его лицо вытягивается, как будто его ранят мои слова.

– Почему ты так плохо обо мне думаешь?

– Потому что это все, что ты мне показываешь. – Я разочарованно выдыхаю. – Я уже вычеркнула тебя из своей жизни, Арес. Так что оставь меня в покое.

Больно… как больно говорить ему об этом.

Он одаривает меня своей глупой самодовольной улыбкой.

– Вычеркнула? Это не проходит за несколько недель, Ракель.

– Но я пытаюсь, и у меня все получится.

– Я не позволю тебе это сделать.

Я раздосадованно ворчу.

– Вот что я в тебе ненавижу! Ты не воспринимаешь меня всерьез, но и не отпускаешь. Почему? Тебе нравится играть с моими чувствами?

– Конечно нет.

– Зачем тогда?

– Я не понимаю, почему ты во всем винишь меня, ты знала, во что ввязываешься, я был с тобой честен.

– Не уходи от темы! Да, я знала, во что ввязываюсь, но я больше не хочу этого. Я хочу, чтобы ты ушел из моей жизни, а ты не позволяешь мне двигаться дальше. – Я часто дышу. – Почему, Арес? Почему бы тебе не оставить меня в покое?