Тот, кого ищут - Стелла Камерон

Кухня Сайруса была набита битком. Спайк кивнул Гаю, тот небрежно махнул рукой в ответ.

Сайрус не винил шерифа за столь бесцеремонное вторжение. Хлопот у Спайка было по горло, и каких хлопот! В городе начали пропадать женщины. Отдыха не предвиделось.

— Мы ждем здесь возвращения Лил, — миролюбиво ответил Сайрус. — Надеемся, она скоро объявится. И насколько мне известно, преступления мы не обсуждаем.

Спайк пропустил слова священника мимо ушей. Его взгляд был прикован к Энн.

— Доктор Реб обещала приехать и осмотреть вас. Она уже в дороге. А вы, — теперь Спайк обращался к Максу, — что вы здесь делаете? В клинику не пора? Какого черта вы здесь торчите? Простите, святой отец. — Это уже относилось к Сайрусу.

— Не можешь не чертыхаться? — проворчал Хоумер, который ссутулившись сидел в углу.

Но Спайк был занят Максом:

— Ваш старый приятель, Том Уоллен, перетряс все ваше грязное белье. Теперь весь город про вас знает, что, где, как и с кем. Есть мнение, что вы можете сэкономить кучу денег городской казне, если чистосердечно признаетесь, что сделали с Мишель Рейли.

Макс понимал, что любой его ответ прозвучит как беспомощная попытка оправдаться, и промолчал. Не выдержала Энн. Она смертельно побледнела, и на ее лице резко проступили ссадины и царапины.

— Похоже, вы его обвиняете?! Ему даже обвинения не предъявляли из-за тех двух женщин. Макса оклеветали. Он попал в ловушку. Все сплетни, и больше ничего.

— Попал в ловушку? Ну, так он сам туда залез! Короче, Макс, вам придется подробно рассказать, где вы были и что делали вчера и этой ночью. Если только Лил не вернется — живая и невредимая.

— Вы и Лил хотите на него навесить! Спайк, это гадко!

Что правда, то правда — все было гадко в этой ситуации. Но беспомощная попытка Энн защитить его несколько умерила гнев Макса.

На кухне установилась мертвая тишина. Запах кофе дразнил и возбуждал аппетит.

Макса могли арестовать, теперь Энн это ясно представляла. Его могут арестовать только потому, что люди уверовали в сплетни, и сплетни превратились для них в неопровержимые факты.

На лице Мэдж читалось такое отчаяние, что на нее было больно смотреть. Она волновалась за Лил, но, Энн была в этом уверена, еще больше — за Милли.

Ей Мэдж отдала всю свою нерастраченную любовь. Энни перевела взгляд на Сайруса.

Странная пара, Мэдж и Сайрус. Энн было жалко их обоих. Сайрус выбрал свою судьбу — его невестой стала церковь. Мэдж была просто его помощником, и они считали себя друзьями — просто друзьями. Но Энн чувствовала — и не она одна, — они любят друг друга нежно и преданно. Вот и сейчас Сайрус смотрел на Мэдж с таким сочувствием и тоской, что вряд ли кого-нибудь мог ввести в заблуждение. Как им удается обманывать себя?

— Ну, к делу! — Резкий голос Спайка разорвал тишину. — Я хочу услышать все снова. С самого начала. Все, что вы можете вспомнить относительно Лил, кто и где ее видел, куда она собиралась. Иногда вы что-то знаете, но не придаете этому значения.

— С начала, с самого начала, — ворчливо отозвался Хоумер, — у нас тут что, репетиция оркестра?

Спайк не ответил отцу и только покачал головой. Он налил себе кофе, а за ним потянулись остальные.

— Прежде всего, мне надо знать, кто где сейчас находится. — Спайк отошел от стола, уступив место Гаю. — Я запрещаю вам собираться в группы и начинать поиски, не поставив меня в известность.

— Марк Жирард, Джо и Элли Гейбл, — встрепенулась Мэдж, — кажется, и Том Уоллен. Они все вышли на поиски. Мишель — невеста Тома. Да что говорить — вся округа взбудоражена, все ищут. Джилли отправилась вместе с Гейблами.

— Ничего себе, — Гай вертел кружку с кофе в руках, — надо было сказать ей, чтобы оставалась дома.

— Вряд ли это могло сработать, — заметил Сайрус. Гай только усмехнулся.

С тех пор как Гай наткнулся на Энн и Макса, он следовал за ними как тень, проводил до Туссэна, да и сейчас не спускал с них глаз. За самим Гаем также присматривали. Куда бы ни отправился Гай, его всегда сопровождал огромный черный Лабрадор, Голди. Сейчас Гай неподвижно сидел на стуле, и Голди так же неподвижно расположился рядом, положив свою большую голову на ноги хозяину. Стоило Гаю встать и перейти на другое место, как Лабрадор поднимался и двигался за ним следом.

Шорох шин прервал рассказ Мэдж. Раздался шум шагов, дверь кухни со стуком отворилась, и на пороге появилась Уазо в сопровождении тещи Спайка, Шарлотты Пэйтин, привлекательной миниатюрной женщины с коротко подстриженными седыми волосами. Она была обручена с Хоумером, носила на пальце подаренное им кольцо с бриллиантом, но в последние дни вид у нее был не радостный.

— Так я и думала! — Уазо переводила пристальный взгляд с одного из присутствующих на другого. — Наша Лил пропала, а вы, что вы все делаете? Кофе пьете на кухне у падре и лясы точите! А где Озэр, хотела бы я знать? Ему не по кухням болтаться, а жену искать надо!

— Он ищет, — ответила Мэдж, — они с Гейтором Гиббсом и его сыном идут вдоль реки.

— А вы чего ждете?! Когда принесут останки Лил в пироге?!

— Уазо, прекрати! — Мэдж встала и вышла из кухни.

— Уазо, замолчи! Нельзя быть такой резкой, — одернула ее Шарлотта Пэйтин. Она обращалась к Уазо, но с безразличным видом смотрела на Хоумера, — а тот тихо посвистывал в углу, стараясь не смотреть на Шарлотту.

— Я резкая? Это я резкая?! У нас женщины пропадают, как мухи, и никому дела нет! — Уазо подошла вплотную к Максу. — Знаешь, милый, у меня против тебя ничего нет, ничего серьезного, но если я не скажу — скажет кто-нибудь другой. Как это ты здесь оказался? Поболтать пришел? Ты что, один из нас? Ты — чужак! Но здесь нет ни одного человека, который бы все про тебя не знал.

Макс и сам удивлялся, как ему удалось остаться здесь вместе со всеми, и он промолчал.

Но Энн промолчать не могла.

— Что на тебя нашло, Уазо? — Энн повернулась к ней и сжала кулаки. — Да, мы все знаем, что Максу не повезло. Он попал в переделку. Против него ничего нет.

— Успокоились все! — Спайк грозно смотрел на Уазо. — Неплохо бы вам научиться, наконец, держать язык за зубами. Сперва думайте, а уж потом открывайте рот. Здесь ничего не было сказано такого, что не было бы всем известно. Или скоро будет известно.

— Так в чем же дело, Спайк? — Макс громко обращался к Спайку, сам себе удивляясь. — Вы можете меня арестовать прямо сейчас.

— Не передергивайте мои слова. Я сказал то, что сказал. Здесь никакие тайны не обсуждались.

— Он хочет сказать, что у нас нет никаких тайн, потому что мы не можем их хранить. — Уазо разразилась резким смехом. — Она подмигнула Максу. — Так или иначе, мы знаем, что ты знаешь, так что это то же самое. И когда мы узнаем, что случилось с Лил, либо ты узнаешь что-то новое, либо уж смирись со старыми новостями.