Все, что она хочет. Эротика - Ирина Лем

Представляешь, рожала, не снимая лифчика леопардовой расцветки и при полном макияже. Ее мать делала съемку, мы потом смотрели. Лежит Сэм на кровати, схватки идут одна за другой. Она сначала от боли корчится, а в перерывах спрашивает:

- Как я выгляжу в этом бюстгалтере?

Подружки грохнули на весь ресторан.

- Сейчас, вроде, леопардовая расцветка не в моде.

- Она когда-то такой лифчик у Ким Кардашьян видела.

- Ким - красавица. Сэм до нее далеко.

- А мне Сэм нравится. Она прикольная. Особенно, когда выпьет. Она вчера знаешь, что выкинула? Когда вышли из ресторана, ждали такси. Так Сэм взбрело в голову перед расставанием всех расцеловать. И не в щечку, а по-настоящему, взасос. Мы-то от нее отделались, кто отвернулся, кто сжал губы. А Джен ответила тем же. Они долго не могли оторваться друг от друга. Понимаю, старые подруги и все такое. Но не думаю, что Ронни понравится, когда узнает. Он до ужаса ревнив.

Зазвонил один из лежавших на столе телефонов - не мелодия, а дребезжащий, механический ритм непонятно на каком инструменте. Как можно любить такие неодушевленные рингтоны? Полнейший дебилизм. Хорошо, Марк доел салат, а то лишился бы аппетита на полдороге.

Ха, шутка. Каждому свое.

Сидевшая рядом Летиция посмотрела - кто звонил, нажала кнопку.

- Алло?

Видимо, получила вопрос от друга на тему «почему она все еще не дома» и стала объясняться. Удивительно, как люди любят болтать по телефону, и обязательно громко - чтобы слышали другие. Ее повествование сводилось к «вышла на пять минут и задержалась до вечера». Она объяснялась с длинными подробностями, упоминая подружек и часто повторяя слово «бэби».

Противно, когда взрослого мужчину называют «бэби». Это не ласкательное, а уничижительное обращение, Марк никогда не допустил бы его по отношению к себе.

35.

Мороженое заказывать не стал, слишком жарко - на сладкое не тянуло. Подозвал официанта, похвалил еду и расплатился, добавив десять процентов чаевых, чем несказанно его обрадовал: норма - от трех до пяти процентов, двойные чаевые считались удачей. Сказал «бай» подружкам, вышел на улицу и сразу попал в поток, который подхватил его и увлек в направлении набережной.

Марк не был человеком толпы, но сейчас не сопротивлялся - почему бы не побыть частичкой свободно текущей человеческой реки, вместе праздно пошататься, поглазеть на окружающее, поискать развлечений. Среди легко настроенных людей легче сохранять душевное спокойствие. Воспоминания о вчерашнем еще пытались тревожить сознание, но не очень навязчиво, отрывками. Он глушил их, с преувеличенным вниманием разглядывая витрины и ценники, трогая подвешенные товары, не имея ни малейшего намерения купить.

На набережной как обычно по вечерам выступали самодеятельные артисты, и вокруг каждого стояли зрители, возле кого-то покучнее, возле кого-то - всего парочка.

Самая многочисленная аудитория окружила черного стрит-дансера в свободных белых брюках и кепке козырьком назад. Под космическую музыку из магнитофона он выделывал нечто невообразимое - крутился на одной руке, на голове, на пятках, выворачивался чуть ли не наизнанку. Умопомрачительные трюки. Как они их придумывают? И осуществляют? Используют тело как инструмент. Гибкость, координация потрясающие. Марк держал себя в тонусе, в университете занимался плаванием, потом боксом - для себя, в тренажерный зал ходил регулярно, но так выворачивать позвоночник не решился бы.

Вспомнил передачу, где популярного телевизионного доктора попросили прокомментировать пассажи стрит-дансеров с медицинской точки зрения.

- Радикулит и ожирение им точно не грозит, - ответил он с тайной завистью - у самого деревянная спина и раздавшаяся фигура.

Действительно, не грозит, согласился Марк, если они через пару лет не забросят танцы и не переключатся на что-нибудь другое, повреднее...

Дальше стоял уличный музыкант с высоким, «туземским» барабаном между ног. Грубыми чертами он походил на коренного новозеландца и выглядел немножко «неприбранным» - в рваной майке, рваных брюках, с непрочесанными волосами и клочковатой бородкой. Выделывал разные штучки: отбивал ритм на боках барабана, шелестел ладонями по поверхности, стучал костяшками пальцев и локтями. Затянул песню на непонятном языке. Голос грубый и мелодия не очень гармоничная, но слышалась в них искренность. Нежность и печаль. Марку понравилось, но задерживаться не стал: бросил мелочь и пошел дальше - печаль сегодня в его программе не стояла.

Отправился к следующей кучке. Босая девушка в крохотном купальнике танцевала с факелами и показывала древнейший трюк - огонь, вырывающийся изо рта. Зрители, молодые парни в большинстве, подбадривающе свистели и хлопали ей не столько за танец, сколько за симпатичную мордашку и фигурку. Этого сейчас вполне достаточно, чтобы заслужить аплодисменты, скоро стройное тело станет редкостью.

От журнального киоска по соседству послышались возбужденные выкрики и шумный разговор. Толпа молодежи окружила съемочную группу, и Марк подошел поинтересоваться. Оказалось, снимали передачу про современных магов для National Geographic. Высокий, болезненно худой иллюзионист проделывал трюки с картами под носом у зрителей - так ловко, что они чувствовали себя одураченными.

Это был профессионал!

Он попросил парня из зрителей купить в киоске первый попавшийся журнал. Полистал, нашел рекламу: наручные часы размером со страницу показывают ровно семь часов. Закрыл журнал, спросил у зрителей, сколько сейчас времени. Ему ответили: без четверти восемь. Фокусник ударил ладонью по журналу, снова раскрыл - часы на картинке показывали без четверти восемь...

Без четверти восемь! Марк очнулся. Скоро приедет Зак, а он еще бродит по бульвару. Поспешил к машине. По дороге позвонил приятелю.

- Ты где?

- Извини, дружище, задерживаюсь. - Голос Зака звучал нетрезво. - Но ты не расстраивайся. Мы прибудем не далее, чем через час. С выпивкой и закуской. Так что ни о чем не беспокойся и жди. Повеселимся!

Словечко «мы» насторожило. Марк не устраивал многолюдных вечеринок в своем доме, и друг это знал. Кого он, собственно, подразумевал под словом «мы», и сколько «их» в общей сложности?

- Кто с тобой, коллеги по работе? - Кое-кого из приятелей Зака он знал и не прочь был бы пообщаться. Все лучше, чем куковать одному.

- Нет, две замечательные девушки! - заявил приятель радостным тоном. - Настоящие богини. Артистки из Голливуда. Выглядят на все сто. Ты не разочаруешься.

Девушки? Совершенно нет настроения с ними заниматься. Зачем Зак тащит их с собой? Догадался, что другу скучно, решил развлечь? Не стоит. Девушки ему сегодня противопоказаны. Кроме одной...

Нет, надо отказаться.

- Послушай, Старки, не можешь приехать без сопровождения?

- Ну-у, бади, - протянул приятель недовольно. - Что с тобой? Вдвоем расслабляться скучновато. Все-таки девушки отлично скрашивают мужское одиночество. Не капризничай, Марки. Не бойся, с тобой не произойдет ничего такого, чего бы ты не хотел, чтобы произошло. Ха-ха-ха!