Зимняя роза - Кэтлин Вудивисс

Ирена села, и муж нагнулся, как показалось Ирене, слишком низко. Она похолодела, боясь, что он сейчас прикоснется к ней, и не отваживалась посмотреть, куда направлен его взгляд. Сердце подпрыгнуло куда-то к горлу и оставалось там до тех пор, пока он не отошел, волоча ногу, к столу. Ирена бросила быстрый взгляд на вырез своего платья и чуть не потеряла сознание: из-под края материи наполовину показался розовый сосок. Сгорая от стыда, она поправила платье и не удержалась от упрека:

— Вы специально подобрали такой фасон, чтобы я ублажала глаз любого, кто окажется рядом?

Сквозь отверстия маски послышался свистящий смех.

— Я бы предпочел, чтобы вы тщательнее подбирали наряды, когда к нам придут гости, и оставили подобные фасоны только для меня, мадам. Здесь я не слишком великодушен. Мне ненавистна мысль, что какой-нибудь другой мужчина увидит то, что принадлежит мне по праву. — Он на мгновение замолчал и посмотрел на нее. — У вас ведь не было более предпочтительной кандидатуры?

Ирена отвела взгляд. Перед глазами у нее мелькнул Кристофер Ситон, но она быстро прогнала видение прочь. Она ненавидела этого янки. Сначала он сделал ей предложение, а потом спокойно смотрел, как ее продадут другому, чтобы после окончания аукциона получить свои деньги.

— Нет, милорд, — прошептала она. — Никого лучше вас не было.

— Отлично. Тогда меня больше не мучают угрызения совести, что я выхватил вас у кого-то из-под носа. — Сквозь прорези маски донесся его отрывистый смех. — Вы бы достались либо им, либо мне. И уж лучше мне, мадам. Взять хотя бы Харфорда Ньютона.

— Серую мышку?

— Меткая оценка.

— А что Ньютон?

— Отец не говорил вам, что его жена, когда ей было всего тридцать с небольшим, упала с лестницы и разбилась насмерть? Некоторые считают, что Ньютон нарочно толкнул ее. Если бы я не дал мистеру Джаггеру наказ заплатить больше любого другого, вы бы сейчас обедали с «мышкой».

Ирена посмотрела на лорда Сакстона. Ей пришло на ум, что жизнь с Харфордом Ньютоном могла бы оказаться гораздо более ужасной, чем она поначалу думала. Правда, не было никакой гарантии, что жизнь с лордом Сакстоном окажется лучше.

— Вы, похоже, потратили немало времени, чтобы разузнать о моих поклонниках. Зачем?

— Просто я хотел попять, каких женихов вам предлагает отец, и пришел к выводу, что я лучший из них.

— Если бы вы не приказали своим слугам отвезти меня назад к отцу, я бы сейчас, может быть, нашла работу и вела спокойную, скромную жизнь где-нибудь в другом месте.

— Это было невозможно, мадам. Как джентльмен, я чувствовал себя ответственным за вашу безопасность. Я не мог вам позволить уехать одной, когда жизнь так полна опасностей.

— Вы могли подыскать мне работу или оставить служить у себя. Я тоже умею мыть полы и готовить еду.

— Охотно верю, любовь моя, но хорошенько подумайте. Если бы вы все время находились рядом, мое терпение скоро бы лопнуло. Вы бы согласились стать моей любовницей?

— Нет, конечно, нет, но…

— Тогда я не вижу никакого смысла продолжать этот разговор.

Хотя подаваемые блюда были исключительно хороши, Ирена едва ли ощущала их вкус. Она ела медленно, зная, что обед когда-нибудь кончится и за ним последует то, о чем она боялась думать. Она пила вино, надеясь заглушить им свои страхи, и тянула время как могла, но оно все равно летело ужасающе быстро.

— У меня есть неотложные дела, — сказал лорд Сакстон, когда они встали из-за стола, — и мне нужно некоторое время, чтобы их уладить. Вы можете подождать меня в спальне.

У нее в голове снова застучал барабан, возвещающий неотвратимый конец, и в такт ему бешено заколотилось сердце. Ноги словно налились свинцом, и каждый шаг давался ей с неимоверным усилием. Она медленно поднялась по лестнице. Войдя в спальню, она взглянула на огромную, с бархатным пологом кровать, где вскоре будет похоронена ее девственность. Занавеси сохранят тепло и дадут укрытие супругам в холодные зимние ночи… или заглушат страшные крики женщины, задыхающейся в объятиях безжалостного мужа…

Песок времени неумолимо сыпался через узкий перешеек стеклянных часов. Тэсси помогла ей надеть ночную рубашку и пеньюар и сняла с кровати покрывала, под которыми оказались шелковые простыни. После этого служанка, потупив взор, удалилась. Оставшись одна наедине со своим несчастьем, Ирена прошлась по комнате, отчаянно моля Бога дать ей силы и стойкость перенести то, что ей предстоит.

— Ирена…

Ойкнув от неожиданности, Ирена обернулась и увидела в дверях мужа. Он появился неожиданно, но от волнения она даже не сообразила, что не слышала характерного звука его шагов.

— Вы испугали меня, — сказала она, не в силах унять дрожь.

— Прошу извинить, мадам. Вы, похоже, погружены в свои мысли.

Лорд Сакстон направился к камину, а Ирена плотнее запахнулась в пеньюар, надетый поверх тонкой, как паутина, ночной рубашки. Она слышала, как под ним скрипнул стул, и испытала некоторое облегчение оттого, что он не сразу направился к ней. Тем не менее она была на грани истерики и призвала всю свою волю, чтобы не выдать этого.

— Я думала, вы придете позже, милорд, — пробормотала она. — Мне нужно еще немного времени, чтобы приготовиться.

— Вы прекрасны и так, любовь моя.

— Но, милорд, вы же понимаете, что я имею в виду… — Он ничего не ответил, и Ирена набрала полные легкие воздуха и продолжила: — Я не могу понять, почему вы выбрали меня себе в жены. Зачем вы одеваете меня в дорогие платья и говорите комплименты.

Он поднял голову и скрестил руки на груди.

— Вам кажется странным, мадам, что я нахожу удовольствие в вашей красоте? Или вы думаете, что я извращенец, который затеял все это, чтобы мучить себя… и вас? Поверьте, у меня вовсе не было таких намерений. Человек, лишенный талантов, может наслаждаться шедеврами гениев, вот и ваша совершенная красота доставляет мне удовольствие. Мое лицо изуродовано, но я не слепой. — Он откинулся на спинку и добавил: — Кроме того, я тешу свою гордость, владея такой драгоценностью.

Она боялась даже предположить, какие мысли могут дремать в его голове. При такой наружности его характер мог оказаться еще более страшным. Тем не менее она не удержалась от сарказма:

— Мне кажется, милорд, что вы могли бы гордиться и каким-нибудь другим новым приобретением.

— Все остальное у меня уже было, — ответил он.

— Но после всех несчастий, которые обрушились на вашу семью, не кажется ли вам месть слаще любого нектара?

— Не стоит заблуждаться, мадам, — спокойно возразил он. — Есть месть, и есть возмездие. Иногда это одно и то же.

Холодная логика его рассуждений заставила Ирену вздрогнуть.

— И ваша месть… или возмездие… направлены на меня… или мою семью? — со страхом спросила она.