Дерзкий поцелуй - Алисса Джонсон

Оказавшись в седле позади Мак-Алистера, Эви испытала странные и противоречивые чувства. К восторгу, охватившему ее, примешивались неловкость и страх. Без поводьев ей было неуютно и, кроме того, не видно, куда они направляются, если только она не прижималась к Мак-Алистеру сзади, чтобы заглянуть ему через плечо. Но столь близкое соседство с Мак-Алистером несло в себе и восхитительное ощущение интимности, от которого у нее заходилось сердечко. Коленями она касалась его ног, а руками держалась за полы его сюртука. У нее мелькнула мысль о том, что ей стоит, быть может, обхватить его руками за талию, но она тут же отказалась от этой идеи, решив, что у нее попросту не хватит мужества. Ведь тогда она прижмется к нему грудью, а голову положит ему на плечо. Но мысль казалась ей чертовски заманчивой. Перемена положения означала бы, что она придвинется к нему на пару лишних дюймов, только и всего. Но, поскольку двигались они неторопливым, прогулочным шагом и она лишалась возможности сделать вид, будто прижалась к нему из страха упасть, эти самые дюймы служили некоей демаркационной линией между восхитительным и волнительно опасным.

Смелости, равно как и толики здорового нахальства, ей было не занимать, но переступить черту, отделявшую ее от волнительно опасного поведения, Эви все-таки не решилась.

Мак-Алистер слегка повернул голову и заговорил, обращаясь к ней:

— Мы почти на месте.

Она заглянула ему через плечо и заметила слабый дымок, поднимавшийся вдали над покатым холмом.

— Перед тем как мы въедем в деревню, опустите капюшон пониже, — распорядился Мак-Алистер. — Не открывайте лицо и молчите.

Эви откинулась назад, выразительно закатив глаза, хотя он и не мог этого видеть.

— Да. Да, конечно.

— Я прошу вас дать мне слово, Эви, что вы выполните мою просьбу.

— А вот и не дам, — легко и беззаботно откликнулась она.

Он резко остановил коня и развернулся в седле, чтобы взглянуть на нее. Поскольку на лице его читалось удивление, а не обычная высокомерная холодность, Эви решила не обижаться.

Она пожала плечами.

— Обещание, данное второпях, без того, чтобы тщательно обдумать его, легко нарушать.

— Очень хорошо.

Он отвернулся, не добавив более ни слова. А затем поверг ее в полнейшее недоумение тем, что остался сидеть неподвижно, как истукан, глядя прямо перед собой.

— И что это мы делаем? — полюбопытствовала Эви спустя некоторое время.

— Ждем, пока вы все тщательно обдумаете.

Она провела языком по губам, изо всех сил стараясь сдержать улыбку.

— А что будет, если после тщательного обдумывания я все-таки откажусь дать слово?

— Мы подождем, пока вы не обдумаете все еще раз.

— Так я и знала, — рассмеялась Эви. Она ничего не могла с собой поделать. — Мак-Алистер, это же нелепо.

Он вновь обернулся к ней.

— Вы дадите мне слово.

— Я не хочу ничего вам обещать. В этом уравнении слишком много переменных и слишком много причин, которые могут вынудить меня нарушить данное вам слово.

— Например?

Хороший вопрос. Проклятье.

— Что, если… что, если я увижу, как на нас несется взбесившийся бык?

— Это будет какой-то волшебный бык, которого сможете увидеть только вы одна?

— Я… — Что кроется за этим вопросом? — В общем, ему совсем необязательно быть волшебным…

— А как иначе я смогу не увидеть пятисоткилограммовое животное, мчащееся прямо на нас?

— Пример неудачен, — признала девушка. — А что, если я замечу какую-нибудь подозрительную личность, шныряющую поблизости, и…

— Толкните меня локтем и покажите на него.

Здравое решение. Черт бы его побрал.

— Очень хорошо, а что, если… если…

С видом величайшего терпения Мак-Алистер ждал, пока она тщетно ломала голову над возможными случайностями. К вящему разочарованию, Эви так и не смогла вообразить ситуацию, которую нельзя было бы разрешить толчком локтя или кивком головы.