Сдавайся, детка - Мария Фирсова

— Я искала отца, — говорю честно, не желаю ничего скрывать. Только сказав правду, можно получить такой же ответ.

— Нашли?

— Нет. Вы не он.

— Конечно, — улыбается Ветров, — мне нет даже сорока, — будто в подтверждение моих мыслей, заявляет Александр.

— У нас с вами одинаковое отчество и глаза. Ваш отец… он жив? С ним можно поговорить?

— Да, звучит это странно, — вмешивается Тимур, видимо, оценив, что мои шансы с таким подходом будут равняться нулю, — но поверьте это очень важно. Ее отца звали Евгений Ветров, он когда-то бросил ее мать, уйдя в другую семью, с тех пор она его не видела. А теперь попала в не очень хорошую ситуацию. Аленой пытались манипулировать. Поставить ее будущее под угрозу, и мы переживаем, что это может быть связано с ее отцом.

Александр хмурится, долго трет переносицу, пока я подсчитываю удары своего сердца, что бьется о ребра.

Эта тишина давит, а мы ждем ответа, ведь от его решения зависит слишком много.

— Мой отец умер несколько лет назад, — сообщает Ветров, разводя руками, — но если это действительно правда, то я готов помочь, только пока не знаю чем!

— Расскажите мне о нем. Немного, — прошу я, но Александр качает головой.

— Я вам лучше покажу его фото, чтобы мы точно поняли, а не теряем ли время впустую, — произносит он, поворачивая ко мне рамку с фотографией.

***

Зря мы не поинтересовались сразу у бабули о возрасте этого Ветрова, по крайней мере, сэкономили бы время. Тут понятно стало сразу, что это не отец Алены. Как минимум брат и то старший, но… Помнится, она говорила, что ее папаша слинял в другую семью и все как-то получалось, что пацан должен быть младше моей бывшей. Либо с математикой у нас серьезные проблемы имелись, либо где-то допустили оплошность.

Я мог только макушку чесать и думать… Много думать, потому что ни черта не понимал. Смотрел на этих двоих и готов был дать зуб, что есть между ними схожесть. Взгляд, поворот головы, улыбка даже… но. Башка пухла от мыслей и готова была взорваться, кажется. Я безумно устал блуждать по этому лабиринту, пытаясь найти выход, но на каждом повороте то и дело натыкался на препятствия. Казалось, что они никогда не закончатся.

Пока Александр достает из ящика стола фотографию, я таращусь в окно. Эти высокие тополя позволяют сфокусировать на них взгляд и погрузиться вглубь себя. Я все пытаюсь нащупать это дно, зацепиться хоть за что-то.

Какие-то пару секунд и Аленка рядом со мной ойкает, прикладывая ладошку к губам. Поворачиваю голову в ее сторону и замираю от удивления, потому как она белее мела, кажется. На ее лбу выступает испарина, она тяжело дышит и периодически переводит взгляд с фото на Александра.

Я тоже проделываю такой же фортель, но все равно никак не могу понять ее реакцию.

— Папа, — срывается полушепот с Аленкиных губ, — это мой папа, — придвигается она ближе, забирая из рук хозяина кабинета рамку с фото. Долго смотрит на карточку, будто пытается удостовериться, а не обманывают ли ее глаза.

Но по застывшим в них слезам я подозреваю, что память Алену не подводит, да и сердце тоже вторит в унисон, что на фото ее отец. Но тогда, кажется, я вообще готов сдаться. Ибо моя логика окончательно сломалась!

— Уверена? — интересуюсь у нее, хмуря брови.

— Да, Тим, это мой отец, — всовывает она мне в ладони фото, чтобы я убедился. Ага, только как, если я никогда его раньше не видел.

— Наш отец, — добавляет Александр, потирая двумя пальцами подбородок.

Похоже, парень тоже в замешательстве и найти объяснения ему также не под силу. Вот я его прекрасно понимаю в это мгновение, но одновременно начинаю радоваться, потому как три головы намного лучше, чем две.

— Но там мальчик должен быть младше? — задаю я вопрос больше в пустоту.

— Значит, был еще один, — пожимает он плечами.

— И что получается? — растерянно спрашивает Алена, не зная, видимо, как реагировать.

— Надо его найти, — заявляет Александр, — давай, ты расскажешь мне все, что знаешь, — улыбается он ей, а той ничего не остается, как кивнуть.

Следующие полчаса она в подробностях рассказывает все, что помнит. Он периодически потирает переносицу, задумчиво смотрит на фото и, кажется, с каждым женским словом, глаза ее брата все больше расширяются.

Да, крошка смогла выбить этого здоровяка из колеи и своим визитом, и открывающейся правдой.

Оказывается, папаша Ветров был тот ходок и, если в итоге выяснится, что помимо этих двух и потенциального третьего где-то имеются еще дети, я даже не моргну глазом. Надеюсь, по крайней мере.

Все время считал, что мой родитель странный, а тут выясняется вон что!

— Но где его искать? — всплеснув руками, выдает Аленка, начиная нервничать.

— Я этим сам займусь, как будет результат, сообщу. Но мой отец, точнее, наш, с моей матерью не жил. Он то уходил, то приходил. Потому не скажу, что наличие сестры меня поразило. Я примерно чего-то и ожидал, просто не задавался целью отыскать кого-то.

— Эту фирму тебе оставил отец? — вклиниваюсь я в разговор, подумав, что, возможно, Ветров-старший являлся состоятельным весьма товарищем.

— Нет, мать, — произносит Александр, и последняя моя надежда докопаться до истины рушится, безжалостно погребая под собой хрупкие теории. Опять все сначала!

— Черт, — не сдерживаюсь уже, разочарованно восклицая, — что-то должно быть, не просто так мой отец заинтересован в ней.

— Вероятно, мы поймем все, отыскав только третье звено, — с тоской выдает Аленка, возвращая фото брату.

— Прорвемся, — подмигивает ей Александр, — ты же побудешь здесь еще, мне бы хотелось познакомить тебя со своей семьей. Может, я уже взрослый, но… сложно описать все, что творится внутри. Не чужие же!

Аленка расплывается в улыбке, словно боялась до этого демонстрировать свою сентиментальность. А я только кулаком подпираю подбородок, видя, как этот громила робко обнимает крохотную Ветрову, словно боясь раздавить в своих ручищах сводную сестрицу.

Но одновременно испытываю радость, что она теперь не одна на земле, хотя и привыкла ни на кого не рассчитывать. Гордячка!

— Ты светишься, как елка, — хмыкаю, шагая рядом.

— Не завидуй, — вздергивает Аленка носик, покосившись на меня, — у тебя всю жизнь был брат, а я одна росла. А теперь, представляешь, помимо старшего, у меня, может быть, есть и младший.

— Ага, а если порыскать по миру, можно насобирать футбольную команду братьев. Надеюсь, младший не такой красавчик, как этот.

— Ты ревнуешь? — останавливается она, глядя на меня в упор. Руки на груди