Очаровательная плутовка - Мишель Маркос

— Дорогой, мы тогда были слишком молоды. Оба.

Райли опустил веки.

— И, тем не менее, ты вышла за него, а не за меня.

— Ты же еще учился в университете. А Куинси был более… более…

— Богат?

— …более основателен.

Райли усмехнулся.

— Эти годы в университете были самыми тяжелыми. Я все время думал о тебе. Не мог дождаться летних каникул. Когда я думаю обо всех тех слащавых, сентиментальных письмах, что писал… Как тебя это, должно быть, забавляло!

— Милый, ты же знаешь, что я не сентиментальна и такие вещи, как письма, меня не умиляют.

Райли взял со стола два бокала с лимонадом и передал один Агате.

— Никогда не забуду последнее письмо от тебя — приглашение на свадьбу.

Она пожала плечами и поморщилась.

— Ох, дорогой, тебе пора забыть обо всех этих неприятностях! Ты же прекрасно знаешь, что положение обязывает. Мы выходим замуж и женимся по необходимости, а не по любви. Знай — я никогда не любила Куинси. Даже когда произносила брачные обеты, я думала только о тебе. Ты был таким неистовым любовником, а Куинси… Ну, он ведь был уже не молод. Я вообще не ожидала, что он так долго протянет. Ты не представляешь, как трудно было мне пережить эти пятнадцать лет.

Райли сделал глоток и поморщился от горьковатого лимонного привкуса. А может, не от лимонада, а от воспоминаний.

— Так же трудно, как сознавать, что женщина, которую ты любил, лежит в объятиях другого мужчины?

Агата посмотрела на него из-под ресниц:

— Райли, не надо драматизировать. Ты, оказывается, до сих пор романтик?

Он тяжело вздохнул:

— Уже нет, Агата. Ты преподала мне хороший урок. Любовь — это растраченные впустую время и силы. Это нелогично, неразумно и чревато сложностями. Благодаря тебе я преуспел в науках. Я нахожу юриспруденцию более бесстрастной, намного менее сложной и определенно менее болезненной, чем любовь.

— Я думаю точно так же, дорогой. Мы оба, ты и я, не подвержены сердечной привязанности. Наша любовь другая — она изменчива и непостоянна. От этого наша связь такая особенная. И длительная. Мы идеально подходим друг другу. Правда? Это очевидно. А теперь судьба дает нам шанс счастливой семейной жизни, так что, пожалуйста, не отказывайся от этого.

Она взяла его за руку и заглянула в глаза в надежде, что ее слова произведут на него неизгладимое впечатление. Но когда он, наконец, посмотрел на нее, то в его красивых сине-зеленых глазах она увидела лишь спокойное смирение.

— Да, Агата, ты совершенно права.

Они пошли обратно, и Агата с видом победительницы взяла его под руку.

Она, разумеется, понимала, что Райли не принимает сказанное ею безоговорочно, и была слишком проницательна, чтобы недооценить его дружеское общение с Эйприл. Ее победа не будет полной, пока она не уничтожит соперницу. Но сейчас она вполне счастлива, потому что заполучила трофей.

Удача явно сопутствовала ей сегодня. Когда они с Райли подошли поближе к лучникам, то увидели, что Нордем обхватил рукой Эйприл.

Райли ничего не заметил, так как задумчиво уставился себе под ноги, но Агата не оставила этого без внимания.

— Милый, ты не находишь, что они прекрасная пара?

Райли взглянул на Нордема и Эйприл и замер. Агата почувствовала, как напряглись мышцы его руки. Он стиснул зубы, и его красивое лицо исказилось от сдерживаемой бешеной ревности.

Нордем отступил в сторону, и они увидели Эйприл с поднятым луком. Агата почувствовала, как Райли немного расслабился, видимо, понял, что Нордем просто учил Эйприл держать лук.

Райли с Агатой прошли дальше.

— Ты уже подумал о будущем Эйприл? — спросила она.

— Подумал.

— Я знаю несколько подходящих холостяков. Хочешь, я помогу тебе устроить ее брак?

— Позже, Агата.

Они присоединились к остальным гостям, но настроение у Райли не улучшилось, и Агата знала, что, когда он раздражен, лучше его не трогать. «Райли не на шутку привязан к этой девице, — подумала она, — и с этой привязанностью нужно побыстрее заканчивать».

Неожиданно подошедший Нордем хлопнул Райли по спине:

— Как насчет выстрела за десять фунтов?

— Согласен. Ты первый.

Нордем начал старательно прицеливаться. Наконец он выпустил стрелу, которая пролетела над полем и вонзилась в мишень, но не попала в яблочко.

Нордем застонал, а Эйприл засмеялась:

— Вы опять не попали, мистер Нордем. Я не возьму вас в учителя, если вы будете промахиваться.

— Я не виноват, мисс Деверо. Это ветер отклонил стрелу.

— В жизни приходится учитывать изменения ветра. Райли, ваша очередь.

У Райли от их болтовни злобно затрепетали ноздри. А Агата подумала, что все выходит намного лучше, чем она надеялась.

Райли извлек стрелу из колчана и подошел к начерченной на земле линии. Он с силой оттянул тетиву и приладил стрелу. За его спиной Нордем что-то прошептал, а Эйприл засмеялась. Стрела взлетела высоко в воздухе, описав дугу, но Райли приложил слишком много силы, и поэтому стрела перелетела мишень.

— Кажется, десять фунтов мои, старина, — громко объявил Нордем.

Эйприл остановила его, подняв руку:

— Не торопитесь, мистер Нордем. Вы забыли, что я тоже участвую в состязании.

— Мисс Деверо, вы уверены? Вы только учитесь, а мишень находится слишком далеко. Женщине это не под силу.

Эйприл улыбнулась и многозначительно заметила:

— Вы удивитесь, узнав, насколько хорошо женщина может управляться с любым копьем.

Нордем от души расхохотался, а Райли не нашел ничего смешного в этой пошлой шутке. Что касается Агаты, то она не могла сдержать радости от того, как быстро Эйприл теряет расположение Райли.

Эйприл выбрала стрелу с красивым голубым оперением. Вначале ей никак не удавалось приладить стрелу, но в результате она сделала все, как ее научил Нордем. Взгляд у нее был прикован к мишени. Она изо всех сил оттянула тетиву, прицелилась и выпустила стрелу, которая вонзилась в центр красного круга.

Эйприл восторженно закричала, чем привлекла внимание других лучников.

— Полагаю, джентльмены, я получу свои двадцать фунтов прямо сейчас, — сияя от радости, заявила Эйприл.

Нордем полез за бумажником.

— Никогда не мог понять, в чем причина удачи новичков.

— И я тоже, — добавил Райли.

— Могу я показать подлинную спортивную честность и предложить победителю чего-нибудь выпить? — спросил Нордем, протягивая Эйприл руку.