Новенький - Инна Инфинити

Дима Соболев

В субботу я целый день и до глубокой ночи сижу за компьютером. Нужно срочно доделать проект для заказчика и получить оставшиеся деньги. Моя работа слишком затянулась, потому что почти каждый день после школы мы с Соней куда-нибудь ходим, и это отнимает много времени. Работать приходится по ночам.

Нет, конечно, я не жалею о наших свиданиях. Рядом с Соней — лучшие часы в моей жизни. Иногда я даже не верю, что она правда со мной. Целую, а сам думаю: «Мне это не снится? Я действительно нашел девушку, в которую влюбился еще два года назад на олимпиаде?».

Я не рассказываю Соне о том, как увидел ее в первый раз. Тогда она сразу поймет, что я попал в ее школу не случайно, а я не хочу поднимать тему своего перевода. Соня слишком нежная и ранимая для такой правды. Ну и она ни в чем не виновата. По крайней мере мне удалось убедить себя в этом, когда два чувства к Соне — любовь и ненависть — боролись во мне.

Возвращаться домой после свиданий с Белоснежкой стало настоящей пыткой. Так-то я уже научился не реагировать на среду своего обитания: звон стаканов, непонятных пьяных людей в квартире… Я давно перестал все это замечать. Закрывал на ключ дверь в свою комнату и работал.

Но с появлением Сони в моей жизни все изменилось. После свиданий с ней я захожу в квартиру и понимаю, что здесь абсолютно все кричит о нашей несовместимости: моя вечно пьяная мать, ее собутыльники, ободранные обои, тараканы и черные окна, которые лет десять-двенадцать назад были белыми.

Я мечтаю уехать из этого места и больше никогда сюда не возвращаться, никогда не видеть мать, ее сожителя и пустые бутылки из-под водки на кухне. Вычеркнуть из памяти отрезок своей жизни с момента смерти отца и до встречи с Соней в новой школе.

Я настолько погружаюсь в работу, что даже не сразу слышу звонящий телефон. Беру смартфон в руки и вижу номер Сони.

— Алло, — улыбаюсь в трубку, хоть и устал ужасно.

— Привет, — одно это слово, сказанное ее нежным голосом, тепло обволакивает. Я откидываюсь на спинку кресла и прикрываю уставшие веки.

— Привет, Белоснежка. А ты чего до сих пор не спишь? Уже ведь поздно.

— Вообще-то, я ждала, что ты позвонишь мне перед сном, а ты так и не позвонил! — произносит обиженно.

— Прости… Слишком увлекся работой.

— А что ты делаешь? — обида в ее голосе сменяется любопытством.

— Сайт.

— Какой?

— Сайт-визитка небольшого стартапа.

— Что такое сайт-визитка?

Слегка смеюсь.

— Это когда у сайта только одна страница, которая листается вниз.

— Ммм, интересно… Это сложно?

— Вообще, нет, но у меня очень капризный заказчик. А ты чем сегодня занималась?

Сегодня суббота, но мы с Соней никуда не пошли в этот выходной день. Мне позарез нужно закончить работу и получить деньги, чтобы перевести их адвокату Антона.

— Да особо ничем… Днем гуляла с сестрой, вечером сходили с Ульяной и Вовой в кино.

— Ты помирилась с Лилей?

— Да, еще вчера. Мы с ней поговорили, все в порядке.

В этот момент за стенкой начинается пьяный дебош с громкими криками.

— Что это у тебя там? — настороженно интересуется Соня.

Внутри все аж холодеет, когда я понимаю, что Белоснежка слышит это.

— Ты где? — не унимается.

Сказать ей, что я дома, язык не поворачивается, поэтому продолжаю молчать.

— Там у тебя как будто кто-то ругается и дерется, — выносит вердикт. — Ты на какой-то тусовке?

Помимо криков теперь слышится битье посуды.

— Соня, я тебе перезвоню, — чеканю и, не дожидаясь от нее ответа, сбрасываю звонок.

Уже через секунду я вылетаю за дверь, а еще через одну оказываюсь на кухне. Отчим сцепился с каким-то мужиком, мать ругается с какой-то женщиной, а на грязном кафеле валяются осколки стекла.

— Вечеринка окончена! — перекрикиваю их голоса и громко хлопаю в ладоши, чтобы привлечь внимание. Хватаю под локоть мужика, которого держит за грудки отчим, и встряхиваю. Он еле стоит на ногах, поэтому едва не валится на пол.

— А ну пошел отсюда! — мать переключается с собутыльницы на меня. — Не твоего ума дела, что тут происходит!

Не слушая ее, тащу мужика на выход из квартиры и выталкиваю в подъезд. Возвращаюсь обратно на кухню и то же самое проделываю с женщиной. Захлопываю дверь и поворачиваю замок.

— Ты что себе позволяешь, сопляк малолетний! — мать выходит в коридор. — Не забывай, что ты в моем доме пока еще живешь!

Она пьяна в хлам, но откуда-то находит силы произнести эти слова громко и четко. Обхожу мать и скрываюсь в своей комнате, но не успеваю сесть обратно за компьютер, как дверь распахивается.

— Твоего в этом доме ничего нет, чтобы ты тут командовал! — вваливается в комнату.

— Мало ты его ремнем в детстве порола! — слышится из коридора пьяный голос отчима. — Непонятно что из него выросло!

Я так устал от всего этого. До тошноты, до рвотных рефлексов, до омерзения к самому себе, что являюсь частью этого маргинального мира.

Нехотя отрываю взгляд от монитора ноутбука и перевожу его на мать, которая стоит в дверном проеме.

— Уйди и закрой дверь.

Она не уходит. Уставилась на мой компьютер пьяным немигающим взглядом и как будто замерла. Я знаю, о чем она думает. Между нами повисает тяжелая пауза, прерываемая только грюканьем бутылок на кухне. Отчим, видимо, решил продолжить вечеринку в одиночестве.