Ошибка смерти - Нора Робертс

– Лолу не оттащить от экрана, когда передают криминальные новости, – объяснила Саша.

– А теперь мы оказались в самом центре криминальных новостей! Или хотя бы на обочине, но в первом ряду. А я веду себя ужасно. Я пару раз встречалась с Натали. Она показалась мне очаровательной, очень милой. – Не закрывая рта, Лола подошла к длинному бару у дальней стены кабинета и вынула из холодильника бутылку воды. – С кем поделиться?

– Нет, спасибо. – Ева дождалась, пока Лола уселась на подлокотник кресла, которое занимала Саша. – Когда был назначен деловой ужин с Рэндалом Слоуном?

– М-м-м… – Лола переглянулась с Сашей. – За пару дней до того, не правда ли? Мы обычно встречаемся с ним раз в квартал.

– Совершенно верно, – подтвердила Саша. – Встреча должна была состояться раньше, но пришлось ее перенести, потому что нас не было в стране. Мы уезжали на несколько дней сразу после Нового года.

– Кто договаривался об ужине?

– Гм… – Лола наморщила лоб. – Мне кажется, это был Рэн. Так обычно и бывает: он звонит, договаривается о встрече или об ужине в ресторане.

– В ходе ваших деловых или дружеских встреч с мистером Слоуном он когда-нибудь упоминал о каких-либо проблемах с Натали Копперфильд или Биком Байсоном?

– Нет. – Этот пас перехватила Саша. – Он никогда о них не упоминал. Мы имеем дело непосредственно с Рэном. А с ними мы познакомились – с ней и с ее женихом, – как я вам уже говорила, в доме Джейкоба Слоуна. Натали дружила с его внуком.

– Мисс Копперфильд занималась финансами вашей сестры.

– Да, – подтвердила Саша. – Когда Анна и ее друзья занялись бизнесом, я порекомендовала ей фирму и лично поговорила с Рэном о наиболее подходящей, по его мнению, кандидатуре. Он порекомендовал Натали. И они с Анной, насколько я знаю, сразу подружились, когда Натали летала к ней в Прагу на ознакомительную встречу.

– Ваша сестра была довольна работой мисс Копперфильд?

– Никаких жалоб до меня не доходило. А дошло бы, если бы жалобы были.

– Обязательно, – подтвердила Лола. – Анна не умеет страдать молча. Вы ищете подозреваемого среди служащих фирмы? Я думала, это что-то личное и… ну… преступление по страсти. Ревнивый бывший или безответно влюбленный.

– Мы всюду ищем, – сказала Ева, поднимаясь с кресла. – Если что-нибудь вспомните, прошу вас позвонить мне в Центральное управление полиции.

– И это все? – Губы Лолы обиженно надулись. – А я-то думала, нас будут поджаривать.

– Может, в следующий раз. Спасибо, что уделили нам время, – добавила Ева.

Она хранила молчание, пока они не вышли на улицу.

– Впечатления? – спросила Ева, когда они направились к машине.

– Спокойные, уверенные в себе. Дела шли нормально в день ужина со Слоуном, и я ни за что не поверю, что они будут выгораживать служащего… даже если считают его своим другом. Сестра Зинхоф связана с первой жертвой, но внутреннее чувство подсказывает мне, что ни одна из них не способна совершить двойное убийство. Ни одна из них не станет с этим связываться, даже чтобы выгородить сестру или друг друга. И они богаты, очень богаты. Им не надо жульничать, чтобы заработать еще больше.

– Тут речь не о том, чтобы заработать или получить еще больше. Но есть жадность, есть жажда власти, – размышляла вслух Ева. – Но я никаких флюидов не уловила. Если это счет сестры – тот самый, что Копперфильд пометила красным флажком, и кто-то из них знал об этом… Нет, не верю. Уж больно они обе были невозмутимы. Что у нас есть на Анну Керлинко? Где она была в ту ночь?

Пибоди села в машину и извлекла электронную записную книжку.

– С учетом разницы во времени, она завтракала со своим любовником, когда убивали Копперфильд, а к девяти утра по местному времени была уже на работе. Есть свидетели. Она не могла порхнуть сюда, обработать их обоих, а потом тем же манером порхнуть обратно.

– Движемся дальше.

Сообразуясь с географией и со своим списком, Ева проехала шесть кварталов на восток, туда, где располагалось нью-йоркское отделение адвокатской фирмы, представляющей интересы Фонда Баллока. Счет этой фирмы был передан Копперфильд несколько месяцев назад, размышляла Ева, к тому же тут была еще одна связь через Байсона, представлявшего племянницу одного из партнеров.

Представительство адвокатской фирмы размещалось в солидном кирпичном здании. В приемной было тихо, как в церкви. За стойкой администратора сидела женщина, за ее спиной играли разноцветные блики от света, льющегося из витраж-ных окон.

Выглядела она весьма эффектно: рыжеволосая красотка с пышной гривой, падающей ей на плечи. Ева предъявила свой жетон, и красотка заморгала в ответ.

– Я не понимаю.

– Это жетон, – подсказала Ева. – Полиция. А теперь позвоните своему шефу и передайте, что нам надо с ним поговорить.

– Бог ты мой! То есть, я хочу сказать, извините, но мистер Кавендиш на совещании. Я сейчас позвоню его секретарю, мы проверим расписание и найдем место для встречи с вами.

– Нет-нет, вы не поняли. Позвольте мне повторить. Жетон. Полиция. – Ева огляделась и заметила в углу полированные деревянные ступени. – Офисы наверху?

– Да, но… но… но…

Ева оставила рыжеволосую красотку заикаться, а сама вместе с Пибоди двинулась к лестнице.

Второй этаж напоминал не церковь, а музей. Старинные потертые ковры – явно чертовски дорогие. Обшивка стен деревянная – не пластик и не ДСП, – и панели тоже небось старинные. На стенах висели картины в рамах – по большей части пейзажи.

Слева по коридору открылась дверь. Вышедшая из-за двери женщина была гораздо старше девицы внизу и заметно сообразительнее. Ее иссиня-черные волосы были собраны на затылке в пучок, но эта строгая прическа шла к ее резко очерченному волевому лицу. Деловой костюм в тонкую полоску тоже был лишен всякого кокетства, но скроен так, что идеально подчеркивал линии великолепной фигуры.

– Насколько мне известно, вам уже сообщили, что мистер Кавендиш на совещании и сейчас его нельзя беспокоить. Чем я могу вам помочь?

– Вы можете вызвать его с совещания и объяснить, что нам придется его побеспокоить, – невозмутимо ответила Ева. – Нам бы это очень помогло. – Столкнувшись с горящим упрямством взглядом женщины, она почувствовала бегущие по спине мурашки азартного возбуждения. – Имя есть, сестрица?

– Элин Бруберри. Я секретарь и юридический ассистент мистера Кавендиша.

– Вот и отлично. Мы ведем следствие, и в этой связи нам необходимо поговорить с мистером Кавендишем.

– Мистера Кавендиша, как вам сказали уже дважды, нельзя беспокоить. И, если хотите знать, он не обязан встречаться с вами без предварительного уведомления.

– Вот тут вы меня поймали, – легко согласилась Ева. – Что ж, мы будем просто счастливы дать мистеру Кавендишу, лично вам и всем, кто здесь работает, уведомление о том, что вы обязаны явиться в Центральное полицейское управление для дачи официальных показаний, которые – будучи юридическим ассистентом, вы должны это знать – могут занять от нескольких часов до… ну, скажем, до следующего Рождества. Есть и другой вариант: мы можем поговорить с ним прямо сейчас в тепле и комфорте его собственного кабинета. И не исключено, что мы уйдем минут через двадцать и перестанем вцепляться вам в волосы. – Ева сделала многозначительную паузу. – Выбирайте.