Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

– Я дам тебе сольдо в месяц.

Трактирщик сплюнул и закрыл глаза.

– Пойдем, найдем что-то получше, чем этот жалкий клоповник, – сказал Бенедетте Меркурио. – Скарабелло нас все равно отыщет.

Старик тут же распахнул глаза.

– Кто? – переспросил он.

– Разве ты не собирался вздремнуть? Какое тебе дело?

– Скарабелло? Мог бы сразу сказать об этом, мальчик. Ну ладно, один сольдо в неделю, и то только потому, что вы друзья Скарабелло.

Меркурио сунул руки в карманы, молча глядя на трактирщика.

Старик беспокойно поерзал на стуле, почесывая промежность.

– Ладно, один сольдо за три недели. Но скажи Скарабелло, какую цену я вам предложил.

– Конечно, расскажу. Он заверил меня, что в этой развалюхе комната стоит один сольдо в месяц.

Бенедетта спряталась у него за спиной – она больше не могла сдерживать смех.

Старик задумался.

– Ну ладно, черт тебя дери! Ну ты и пройдоха, мальчик.

– Спасибо за комплимент, – поклонился Меркурио. Сделав шаг вперед, он сплюнул в ведро. – Такая услуга включена в цену, верно?

Ворча, старик отвел их в комнату, крошечную каморку без окон, где едва хватало места для лежанки. В углу стоял ночной горшок, которым пользовался, должно быть, еще Мафусаил.

– Да здесь же дышать нечем, – простонал Меркурио. – Пойду-ка я прогуляюсь.

– Я с тобой, – поспешила Бенедетта.

Меркурио еще никогда не видел столь странный город.

– Тут слишком много воды, – поежившись, сказал он.

Но постепенно и его душу объяли чары этого удивительнейшего места. Переулки, полные людей, суматоха улиц, магазинчиков, рынков.

Первым делом Меркурио направился к мосту Риальто. Это величественное сооружение состояло из двух разводных частей, сделанных из древесины лиственницы. Мост разводили, чтобы пропустить большие галеры. Управляющий отдавал приказ рабочим, и те задействовали канаты и рычаги, приводя в движение сложный механизм блоков и колес. Все это походило на какое-то волшебство.

Перед тем как разводили мост, торговцы, устроившиеся на нем, закрепляли свои товары веревкой, но сегодня пара озорников сыграли с ними злую шутку и ослабили узлы, так что мотки драгоценной ткани покатились вниз с моста. Меркурио и Бенедетта хохотали вместе с детьми, словно отмочили эту шутку с закадычными друзьями, в то время как торговцы, ругаясь на чем свет стоит, собирали мотки.

Но больше всего Меркурио поразило количество лодок и разнообразнейших суденышек, плававших по каналу. Он еще никогда не видел такого скопления судов. Воздух полнился криками, руганью, ударами дерева о дерево. В Венеции было больше лодок, чем телег на улицах Рима.

Сразу за мостом, на берегу канала, где раскинулся рыбный рынок, шло строительство. Возле церкви Сан-Джакомо, неподалеку от Старых торговых рядов, суетились рабочие. Лекарь, вырывавший зубы прямо на улице, рассказал Меркурио, что в прошлом году страшный пожар разрушил весь этот район, и поэтому теперь все приходится восстанавливать.

Юноша некоторое время наблюдал за каменотесами и плотниками, работавшими без передышки, и задумался о том, сколько же стоило привезти в Венецию все эти камни и кирпичи.

Рабочие с тележками на массивных деревянных колесах сновали туда-сюда и что-то пели на своем странном наречии. Меркурио показалось, что тут каждый что-то продает, столько в Венеции было лавок и ларьков. Повсюду орудовали менялы. Магазинчики побогаче отличались карнизами из светлого песчаника и яркими занавесками. В одном из переулков Меркурио обнаружил контору, которую все здесь называли Джиро, – это был банк, позволявший купцам больше не возить с собой деньги. Банкир записывал все расчеты в регистрационную книгу и официально принимал на себя ответственность за это. Теперь купцам не нужно было бояться, что по дороге их ограбят. Прямо за углом раскинулась улица нотариусов, Калле-делла-Сикурта, где в двухэтажном доме с арочными окнами и яркими витражами, напомнившими Меркурио произведение кондитерского искусства, можно было застраховать любой груз – пряности, ткани, другие товары, и не важно, пересылал ли купец этот груз из Венеции или же ожидал его прибытия в город.

Толпились люди на улицах и в переулках – тут они назывались «калле» и соединялись между собой диковинными арками, соттопортего, проходившими под домами. Целое войско торговцев с небогатым выбором товаров, сонмы проституток и нищих. Такого Меркурио не видел даже в Риме во время поста. И, конечно же, его наметанный глаз тут же вычислил в толпе мошенников и мелких воришек. Их методы повсюду были одинаковы. Вон вор со сделанной из ткани рукой, которая у всех на виду, настоящая же срезает кошель с пояса. Вот якобы слепые натыкаются на прохожих и рассыпаются в извинениях, при этом ощупывая своих жертв. Вот воры попроще – хватают товары и пускаются наутек, веря в то, что обгонят любых преследователей.

– Да, тут есть с кем потягаться, – шепнул Меркурио Бенедетте.

Риальто был сердцем торговли этого города, и сердце это билось мерно и ровно, приманивая мошенников. Да, подумалось Меркурио, этот район станет его охотничьими угодьями. Тут ему есть где разгуляться.

– Мне нужно новое платье, – ближе к вечеру сказала Бенедетта. – Это слишком воняет. Я видела тут магазин с чудесными нарядами.

– У тебя уже есть план?

– Какой план?

– Как нам раздобыть эти наряды.

– Ну… мы их купим, – несколько опешила девушка. – У нас ведь достаточно денег.

Меркурио покачал головой.

– Ну отлично. Очень умно с нашей стороны, не так ли?

За этот день он не раз видел, как люди вздрагивали, заслышав имя Скарабелло. Все его знали. И все боялись.

– А что, если за нами следит один из людей Скарабелло? Или кто-то случайно заметит, как мы что-то покупаем, не сказав Скарабелло, что у нас есть деньги? Этот тип явно не придет в наилучшее расположение духа, узнав, что мы обвели его вокруг пальца.

– Что же нам теперь делать?

– Будем жить так, словно никаких денег у нас и нет. Все просто, – объявил Меркурио. – А что бы мы делали, не будь у нас денег?

– О нет! – воскликнула Бенедетта.

– О да.

– Нет-нет-нет! И еще раз нет.

– Да-да-да, сестренка.

– У нас полно золота, но мы все равно будем рисковать, воруя эти платья?

– Нам нужно отложить эти деньги. Они пригодятся нам для достижения великой цели.

– Так. Вся эта болтовня о великой цели постепенно начинает действовать мне на нервы! – прорычала Бенедетта. – Нет у нас никакой цели!

– Но будет. Надеюсь на это, по крайней мере. И кроме того, когда-нибудь деньги всегда кончаются. А ты должна признать, что воровать мы с тобой умеем лучше всего.