Вишневое лето - Карина Бартш

Я считала, что любая девушка может накраситься и нарядиться. Но по-настоящему сложно найти человека, который полюбит тебя такой, какая ты есть. А если лично мне такого человека найти не удастся, то я лучше останусь в одиночестве.

У Луки, кажется, не было претензий к тому, как я одеваюсь… И у Элиаса тоже. Черт возьми, я опять о нем вспомнила!

Я попыталась сразу же выбросить его из головы. Потому что последнее время мои мысли и так слишком часто крутились вокруг него. С этим надо было что-то делать. Я схватилась за книгу, которая должна была помочь мне избавиться от этих мыслей, и улеглась на кровать. Это была новелла Теодора Шторма «Всадник на белом коне». Я ни разу не отвлеклась, пока не прочитала книгу до половины. Моей выдержкой можно было гордиться. Я закрыла на минутку глаза, а когда снова их открыла, то мой взгляд упал на руку, которая к тому моменту уже почти зажила…

Каждый раз, когда наши с Элиасом пути пересекались, он требовал, чтобы я показала ему свою руку. Не могу сказать, что это приводило меня в восторг. Прямо скажем, мне было неприятно. Но я не могла отрицать, что он искренне переживал о том, чтобы моя рука благополучно зажила. Только почему это его так волновало?

Я тяжело вздохнула.

«Ты совершенно точно в моем вкусе».

Какая чушь! Разве я похожа на красотку из глянцевого журнала? Конечно нет! Но как он на меня смотрит каждый раз… Боже мой! Я уткнулась лицом в подушку. Ну вот, опять я о нем думаю.

Я понимала, что не должна думать о нем, что это плохая идея, но я не могла перестать. Я совсем сошла с ума.

Элиас со мной играет, неужели я окажусь такой дурой, что смогу влюбиться в него второй раз? Первый раз я была наивной и неопытной. В этот раз у меня не было никакого оправдания, кроме собственной глупости.

Зазвонил телефон. Я взглянула на часы, было немного за полночь. Нахмурившись, я взяла телефон и увидела незнакомый номер. По коду города я поняла, что звонят из Нойштадта. Мне стало тревожно.

— Да? — сказала я.

— Фрау Эмили Винтер? — произнес очень серьезный незнакомый женский голос.

— Да, — подтвердила я хрипло.

— Добрый вечер, фрау Винтер. Я звоню вам из городской больницы города Нойштадта.

Больница. Мама. Папа.

Время словно остановилось. В голове у меня было пусто, все мысли куда-то исчезли. Я смотрела в пустоту, крепко сжимая трубку.

— Фрау Винтер, ваши родители попали в аварию…

У меня перехватило дыхание.

— Что с моими родителями? — услышала я свой собственный запинающийся голос.

— Ваш отец вне опасности, но у него сломано бедро и три ребра.

С папой все в порядке. Эти слова должны были меня успокоить, но в голосе моей собеседницы слышалось отчетливое «но». И когда я это поняла, меня затрясло.

— А… Карла? — спросила я.

Женщина вздохнула.

— Ее сейчас оперируют. Ее доставили к нам с множественными повреждениями внутренних органов, и в данный момент я не могу ничего сказать о состоянии ее здоровья. Но как только у меня появится какая-нибудь информация, я вам ее сообщу.

Я чувствовала себя так, будто меня обмотало тяжелой цепью, которая давила на грудь и мешала дышать.

— Я могу поговорить с отцом? — спросила я.

— Его доставили в состоянии шока, и теперь ему нужен покой. Сейчас он спит, но попросил связаться с вами, фрау Винтер.

Ее слова звучали так, как будто ей было больше нечего мне сказать.

— Все очень плохо?

— Я не могу судить, и мне бы не хотелось сообщать вам ложную информацию. Ваша мать перенесла серьезные травмы, и больше я, к сожалению, не могу ничего сказать. Врачи делают для нее все возможное.

У меня пересохло в горле. Я попыталась сглотнуть, но ничего не получилось. В моей голове проносилась тысяча вопросов, но в то же время меня охватила странная апатия. Я чувствовала себя так, словно меня стукнули по голове чем-то тяжелым, и слушала эхо в собственной голове. Я медленно и аккуратно опустилась на стул.

— Спасибо, — сказала я и положила трубку.

У меня в голове зазвучал голос мамы, которая передавала мне привет. Это было последнее, что она мне сказала. Я чувствовала себя так, будто меня накачали наркотиками, будто этот звонок мне примерещился. Я никак не могла поверить в то, что услышала от той женщины. Ее слова проносились у меня в голове, но я не понимала их смысл. Как мои родители могли попасть в аварию? Я же недавно с ними разговаривала!

Мама. Я так редко в последнее время говорила, что люблю, все больше давала понять, как меня раздражают ее звонки. Авария… Внутренние повреждения… Все было как в тумане, но у меня была одна ясная мысль. Мне надо в Нойштадт. Прямо сейчас.

У меня заработал внутренний автопилот, который иногда помогал мне справляться с экстремальными ситуациями. Я включила ноутбук и открыла страницу с расписанием поездов. Я несколько раз ошибалась, набирая название города дрожащими пальцами, и в конце концов потеряла терпение. Почему, черт возьми, у меня нет машины? Сайт ужасно долго обрабатывал мой запрос, а когда страница все же загрузилась, то меня ждал удар: первый поезд в Нойштадт отправлялся только в 05:38. Я как никогда в жизни чувствовала, что не могу ждать пять часов. Мне нужно было к маме. Мысль о том, что ей плохо, а меня нет рядом, заставила мое сердце сжаться. Мне нужно было попасть к ней, и у меня не было выбора.

Николас! Мне пришло в голову, что у него есть машина. При обычных обстоятельствах я бы не стала просить кого-то отвезти меня за сто пятьдесят километров, но сейчас было совсем другое дело. Я бросилась искать его номер, как вспомнила, что он говорил, что потерял свой мобильный пару недель назад. А его домашнего номера я не знала. Я даже не знала, есть ли у него домашний телефон.

Но у него сейчас Ева! Не раздумывая, я кинулась искать свой мобильный и нашла его на кровати. Дрожащими пальцами я листала список контактов, пока не нашла телефон Евы. Я ждала, пока она ответит, но попала на голосовую почту.

«Ева, это Эмили. Мои родители… они попали в аварию, пожалуйста, перезвони мне как можно быстрее».

Я положила трубку.

Что еще можно сделать? Я вцепилась себе в волосы от ощущения полной беспомощности, смешанной с потребностью срочно что-то предпринять.

Алекс! Точно, нужно позвонить Алекс, у нее нет машины, но, может быть, она сможет ко мне прийти и… Не знаю, чего именно я ждала от Алекс, но мне хотелось, чтобы сейчас она была рядом.

Я нервно вышагивала туда-сюда по комнате, пока слушала длинные гудки. Но вместо голоса Алекс в трубке раздалось: «Абонент временно недоступен…» Не дослушав до конца, я бросила трубку.

— Да что же такое, почему сегодня у всех отключены мобильные? — воскликнула я, падая на кровать. И тут, конечно же, вспомнила, что Алекс ушла в кино. Может быть, она уже вернулась домой и просто забыла снова включить телефон? Я набрала ее домашний номер, но попала на автоответчик.