Отличный парень - Кристина Арноти

— Высокий?

— Высокий.

— Выше вас?

— Не думаю. Может даже чуть пониже.

— Стив?

— Что?

— Он женат?

— Кто? Фред? О нет. Женитьба и он — несовместимые понятия…

— У него хотя бы есть подружка?

— Не знаю.

— Если вы называете себя его лучшим другом, вы должны это знать…

— Не знаю. Раньше знал.

— Раньше?

— Да. До того, как он заболел…

— Как называется город, где он живет?

— Аннаполис.

— Это далеко?

— Нет.

Напротив усаживается молодая парочка. Стив заговаривает с молодыми людьми.

— Привет, — произносит он.

Они отвечают «привет».

— Моей французской подруге не понравилась курица…

— Однако это вкусно. Вы француженка?

— Да.

— Здравствуйте, — говорит девушка. — Меня зовут Дженнифер.

Сидящий напротив Анук молодой человек говорит:

— А меня зовут Том. Я хотел бы выучить французский язык, но это так сложно…

Стив объясняет:

— Она прилетела с мужем из Парижа. Ее муж улетел в Бостон. Он возвращается вечером. Я показываю ей Вашингтон.

— Прекрасно, — говорит девушка. — Где вы так хорошо выучили английский? — спрашивает она.

«Гувернантка, специальная школа, богатство… Нет, нельзя говорить об этом».

— Я работала в Англии.

Лгать оказывается совсем нетрудно. И почему Стив так много внимания уделяет незнакомым людям? Он ведет себя так, словно ее нет рядом.

— Моя жена осталась в Нью-Йорке. У меня есть маленький сын. Его зовут Лакки. Это уменьшительное имя. У него был полиомиелит. Но теперь все хорошо.

— Тем лучше, — говорят по очереди молодые люди. — Тем лучше.

Дженнифер с аппетитом ест курицу.

— Мы еще не женаты, — говорит она. — Мы только пробуем жить вместе. Кажется, нам это удается.

Том соглашается с ней.

— Со временем мы поженимся. Однако мы не торопимся.

— Лучше не торопиться, — говорит Стив.

Он указывает на Анук.

— Вот она поторопилась. Всего двадцать лет, а уже замужем.

— Вы счастливы? — спрашивает Дженнифер.

Анук чувствует себя так, словно ее публично раздевают. Вдруг они еще спросят, какие противозачаточные таблетки она принимает, чтобы не забеременеть.

— Счастлива, — отвечает она.

Том спрашивает:

— У вас еще нет детей?

— Нет, — говорит Анук.

Она понимает, что они вовсе не разыгрывают ее. Том и Дженнифер задают свои вопросы только для того, чтобы поддержать разговор.

— Я очень счастлива — говорит Анук ледяным тоном. — И желаю вам того же.

Том и Дженнифер, похоже, не поняли ее сарказма.

— Время покажет, — говорят они. — Может быть, у нас все получится. Вначале нам надо обеспечить наше будущее.

Анук еле сдерживается, чтобы не заплакать. Она не понимает, о чем они говорят. Сидящие напротив люди кажутся ей бесконечно чужими и в то же время до боли знакомыми. Если бы ее сопровождал Фред, то он разговаривал бы с незнакомыми людьми?

— Она боится смерти, моя французская подруга, — произносит неожиданно Стив.

— Как все, — говорит девушка.

«Может, он еще им расскажет, что я ходила в туалет и что он дал мне железную монетку?»

— Надо повести ее вечером в Джорджтаун… Вместе с мужем, — произносит молодой человек.

— Опять Джорджтаун! — восклицает Анук. — Все как сговорились, только и говорят об этом квартале.

Стив с улыбкой добавляет:

— Она говорит «все», а ведь не знает здесь никого. Кроме массажиста и меня.

— Пошли, Стив, — просит Анук. — Пора уходить. Уже час дня…

— И всегда торопится, — замечает Стив.

— Почему всегда? Мы познакомились только сегодня утром…

— Туристы всегда торопятся, — говорит молодой человек.

Стив поднимается. Он долго жмет руку случайным собеседникам. Анук тоже долго пожимает им руки. Словно у них шесть, десять рук…

Они выходят из снек-бара. Улица встречает их удушливой жарой.

— Вы видели настоящих американцев, — говорит Стив. — Они симпатичные, эти молодые люди.

Скорее попрощаться с ним, взять такси и вернуться в отель. Снова поплавать в бассейне. Сходить в парикмахерскую. Ждать приезда Роберта. Быть с ним полюбезнее. Роберт — это надежно. Мужчина, у которого по определению не может быть в жизни никаких тайн.

— Ну вот, — говорит Стив, — я считаю, что вам пора возвращаться в отель… Без меня… Не хочу досаждать вам более своим присутствием.

— Где находится стоянка такси? — спрашивает она.

— Здесь нет стоянок такси.

— А как же я смогу остановить такси?

— Поднимите руку.

Он притягивает к себе руками лицо Анук и целует ее в лоб.

— До свидания, Анук… Так будет лучше…

Она секунду стоит с закрытыми глазами.

— Вы сердитесь на меня? — спрашивает Стив. — Я не должен был этого делать?

— Да, — говорит она. — Вы немного удивили меня. У меня такое чувство, что у вас имеется какая-то тайна.

Как оказалось, он умеет громко смеяться.

— О! Боже!

Этот смех она запомнит до конца своих дней.

— У меня… тайна… У вас слишком богатое воображение… Спросите лучше у Дороти, что она ответит вам на это…

Не надо торопиться. Каким пустым и долгим представляется ей остаток дня без него! Он похож на несъедобную американскую курицу в дешевом снек-баре. С таким же горьким привкусом.

— А дом, где родился Вашингтон? — спрашивает она почти заискивающим тоном. — Ведь вы обещали…

— Прогулка на катере может вам и вовсе не понравиться… Эту моторную лодку даже нельзя назвать катером. К тому же она старая и вся трясется на воде. Да и ее мотор слишком громко стучит.

— А я не боюсь, — говорит она (у нее сжимается сердце). — Я хорошо плаваю. Если мы упадем в воду, я не утону…

— Я прокачу вас по реке, если вы мне скажете правду… Почему у вас на шее пацифистская татуировка?

— В знак протеста против членов моей семьи… — отвечает она. — Мне хотелось показать, что я не такая, как они. Может это и глупо, но, сделав татуировку, я почувствовала себя намного сильнее…