Между нами ничего не было - Ария Тес

Опять это «но»…

Саша любил меня. Может быть, под конец уже и нет, но вначале? Он меня любил. Хотя бы испытывал какие-то чувства! Страсть, желание. Окей. Между нами не было глубокой, близкой связи — я принимаю это, выросла уже. Ладно. Но он питал ко мне какие-то эмоции, кроме благодарности. Или уважения. Или братско-сестринских взаимоотношений. А тут? Все плохо.

В каждом его взгляде я вижу красную строфу: я тебя не люблю. Я тебя не люблю. Я тебя не люблю.

И это больно.

Ведь я-то чувствую совсем другое. Квартиры, кольца, фрукты…собака — это хорошо. Да. Но этого все равно недостаточно…

Веду плечами и вздыхаю. Изюминка развалилась на огромном диване. Дрыхнет. Ей ее новая берлога, конечно, нравится. Она пока, как и я, не особо обжилась, но на нее не давит весь этот «чувственный бред», поэтому жить здесь ей гораздо проще. Вчера вот беззаботно носилась вокруг Эмиля. Хвостом виляла. Нюхала его. А я…

Какое же это, черт возьми, Кащенко.

Схожу с ума.

Хватит!

Силой воли отодвигаю в сторону все эти непрошеные чувства, а потом открываю холодильник и достаю продукты. Сегодня к нам приедут его родители, с которыми я наконец-то познакомлюсь. Волнуюсь? Дико. Не знаю, что он расскажет про наши отношения, но это, по сути, и неважно. Мы все равно уже связаны ребенком. Это факт.

Поэтому я начинаю готовить.

Вообще, для меня готовка — это не каторга. Да и сейчас не каторга. Правда. Я люблю заниматься на кухне, пробовать что-то новое, просто сейчас добавляется к уравнению совершенно тупое желание…понравиться. Вот так банально и глупо, но я хочу им понравиться, поэтому открываю рецепт с любимой долмой Рамзана Ильясовича, и начинается…То лист у меня нормально не заворачивается, то начинки слишком много. Через два часа упорных трудов я уже готова разрыдаться! Психую, дергаюсь и вообще все на свете проклинаю. Бинго происходит с третьего раза. Только тогда у меня получается все правильно завернуть и сделать.

Изюминка грустно смотрит на мусорное ведро, куда полетели сомнительные остатки от шедевров. Я еду не люблю выкидывать, поэтому выскребаю максимум фарша и отправляю его в заморозку. Вряд ли я, конечно, еще раз отважусь делать эту шутку, ну и что? Куда-нибудь еще сгодиться.

Все. Вытираю руки о салфетку после того, как ставлю свое творение на огонь и проверяю курицу. Затем приступаю к картошке. Тут уже дело идет легко и просто. Так сказать, на изведанной территории. Часы на плите говорят, что осталось примерно полчаса до того, как они переступят порог нашей квартиры.

Черт…

Волнение нарастает еще сильнее…

Я бросаю взгляд на собаку и шепчу:

- Ну что ты, зверь? Не хочешь поменяться со мной местами?

Она скулит, тявкает и наклоняет голову набок. Мол, дура, что ли? Соберись!

Изюминка-то права. Надо собраться…

***

Когда открывается входная дверь, я уже сижу готовая. Волосы убрала наверх, одела кофту и джинсы. Может быть, надо было накраситься? Но времени мне не хватило. Опять ловлю тень Кристины и думаю, что она бы точно встречала его родителей при полном параде…

Незнакомый, мягкий смех для меня сейчас — это якорь от очередного заплыва в море собственных загонов. Изюминка уже в прихожей, я слышу ее довольный, счастливый лай, а потом женский голос с легким акцентом.

- Родной, ты что? Завел собаку? Ты же их боишься!

Он их боится?

Эмиль тихо цыкает и закрывает за собой дверь.

- Я уже давно вырос и не боюсь собак. Тем более, она мелкая и шла в комплекте.

Другой голос отвечает.

- Слышал бы тебя Маркиз, точно заревновал бы!

Кто такой Маркиз?

Краснею. Опять ловлю призрак Кристины, которая буквально усмехается у меня за спиной и тянет своим мерзким голосом:

- Ага-ага. Семья. Что ты вообще про него знаешь?…

Неприятно.

Ежусь, потом жмурюсь и отталкиваю ее в сторону. Бред же. Соревноваться с воздухом и вообще. Бред о таком думать именно сейчас.

Аккуратно выхожу из-за стены и наконец-то вижу его родителей.

Я никогда не была с ними знакома. Отношения с отцом у Эмиля разрушились на этапе его развода с Мадиной. Доподлинно известно, что они очень сильно поссорились. Это мне рассказал еще Саша, а потом добавила, собственно, Кристина. Вроде как они "примирились" примерно через год после их свадьбы, и Кристина с Эмилем даже ездили к ним в гости. Чета Батаевых сейчас живет в Италии, на берегу Средиземного моря. Так вот, они ездили к ним пару раз в год, но каждая встреча проходила...так себе. Кристина даже пару раз очень театрально плакала о том, что его родители к ней страшно несправедливы. Была ли я с этим согласна? Не знаю. Но я помню, что каждый раз, когда она включала эту песню о главном, доверия к ее страданиям у меня было мало. И вроде говорила она правильные вещи, и вроде даже не перебарщивала, а все равно. Что-то в голове упрямо не складывалось в единую картину, будто ей плевать, по сути, было, просто она хотела в чем-то и где-то продавить Эмиля. С ним я эту тему, по крайней мере, никогда не обсуждала. Нутро мое чувствовало, что такой разговор не принесет ему удовлетворения, а напротив. Как по переломанным ногам проехаться еще раз на машине.

Сейчас я понимаю, что правильно чувствовала. Эмиль смотрит на своего отца с уважением и любовью. С теплотой. Знаете, как бывает? Когда ты вырос уже сто миллионов раз, а родители для тебя навсегда остаются чем-то вроде богов. При таких раскладах...ссора далась ему очень очень не просто. Как если бы я поссорилась со своей мамой — тот же провал внутри на пару метров под лед. И как сильно он ее любил, если пошел против их мнения?…

Стоп. Нет. Не надо…

Я переключаюсь на другое. Начинаю мысленно сравнивать их и вижу общие черты. Эмиль безумно похож сразу на обоих своих родителей, а они…совсем не такие, какими я их себе представляла. Рамзан Ильясович и Мариса Эмильевна — обыкновенные люди. Кристина после каждой их встречи выставляла их, как минимум…не знаю, небожителями? Короче, теми самыми карикатурными олигархами, о которых так часто шутят. Может быть, я, конечно, ошибаюсь в своем первом впечатлении, но…что-то они на таких не тянут. Одеты максимально просто: Рамзан Ильясович в спортивный костюм, а Мариса Эмильевна в костюм из объемной туники и мягких брюк. Вокруг огромное количество самых обыкновенных пакетов, шарики дурацкие. Цветы.