Попаданка. Мама – служанка - Елена Белильщикова

– Будешь ты моей, Злата! Уговорю Велеса, откуплюсь, даст он тебе развод, обещаю. Ну, а коли не даст, воспротивится, то…

Между нами повисла тяжелая, мрачная пауза. Я разорвала поцелуй и почти вскрикнула:

– Что? Что, Ратмир, что?!

– То убью я его, окаянного. Грех на душу еще один возьму, – с усилием произнес Ратмир, глядя на меня умоляющим, но совершенно больным взглядом. – Моей ты будешь, Злата. Не отдам тебя я ему. Ни за что не отдам.

– Нет! Не соглашусь я на такое никогда! Не стану твоей, князь! – вскрикнула я, представив, как из-за меня руки Ратмира обагрятся кровью невинного человека.

Оттолкнув Ратмира, я побежала вперед, куда глаза глядят. Он не стал догонять. Лишь устало и печально посмотрел мне вслед. Будто я ударила его кинжалом в самое сердце.

***

Ратмир пришпорил коня, волнуясь все больше. Ветер хлестнул его лицо. Сегодня у него была важная встреча. С самим королем! Нужно ему было говорить с Теодором не о делах государственных, как обычно, бывало. А о личном деле. О Дарене. Ратмир прерывисто вздохнул, вспомнив, как попросил об официальной встрече в тронном зале. На что Теодор лишь громко рассмеялся и приказал ему с утра явиться в кабинет.

Стража пропустила Ратмира, и тот вошел в кабинет. Над дверями находились сюжетные росписи, напоминающие про подвиги великих правителей древности. Ратмир помнил, что Теодор очень ценил традиции.

– Ну, здравствуй, Ратмир, с чем пожаловал? Я тоже хотел с тобой серьезно поговорить. Но сначала твое дело хотел бы выслушать.

Теодор сидел за массивным столом, отделанным янтарем и костью. Видимо, разбирал личную корреспонденцию. Рядом стоял низкий столик, именуемый шахматной доской. Они с Ратмиром изредка играли, особенно когда по вечерам задерживались и погружались в обсуждение государственных вопросов.

– Я о Дарене хотел поговорить, – отозвался Ратмир. – Магия у сына проснулась особенная. Еще никто его не учил, а он сам… вот начал с магией баловаться.

– Это ты осторожнее, – нахмурился Теодор. – А то выгореть малец может!

– Да сам знаю! – поморщился Ратмир. – Поговорил я с ним. Думаю учителя найти. Наставника. Будет помогать Дарену магические приемы осваивать.

– Я могу учить Дарена, если нужно, – серьезно посмотрел на Ратмира Теодор. – Да, знаю, что дел у меня много. Но ради твоего сына, сына лучшего друга, я готов не есть, не спать, но помогать, чем смогу!

Теодор рассмеялся вместе с Ратмиром. Тот шутку оценил, как и предложение короля, но не это мучило. Совсем не это.

– А чего ты сам мальчика учить не хочешь? – добавил Теодор, откинувшись на резную спинку почти трона. – Ты же неплохой маг… да и у вас с Дареном контакт хороший. Чего ты жмешься, а, Ратмир?

– Да магия у него… особая, – вздохнул Ратмир и нервно прошелся по комнате, похрустывая пальцами. – У меня такой отродясь не было.

– Какая же? – нахмурился Теодор.

Ратмир прищурился и начал рассказывать:

– Ну, сначала он докладывает мне, что делал какого-то светлячка, огонек живой. Ну, ладно, думаю, может, примерещилось что-то. Огонь-то магический любой подготовишка-маг сделает.

– Но не живой огонь, – тихо поправил его Теодор, мрачнея на глазах. – Опасная у твоего сына магия, оказывается?

– Опасная, государь, – кивнул, не таясь более, Ратмир и подошел к Теодору близко-близко. – Но эта магия жизнь нам всем спасла.

– Когда? – продолжил допрос Теодор.

Ратмир и не собирался скрывать ничего. Он сверкнул глазами от воспоминаний и выпалил:

– Да поехали мы недавно на охоту с Дареном! И встретили по пути, в лесу… врага моего давнего. С Дареном знакомого. Но как оказалось, иногда благородный враг может принести пользу. Предупредил Велес нас об опасности. Что в лесу шастают твари какие-то. Магические, темные, страшные такие. Не поверил я ему сперва. Думал, бабьи сказки мне Велес из деревни принес. Да напали на нас троих эти твари. Отбивались мы от них с Велесом, думали, богу души отдадим. Жалко мальчика было очень. Не спасся бы Дарен. Если бы магию свою не использовал. Создал Дарен птиц магических, как жар-птицы, с перышками из огня настоящего. Но только огонь этот нам с Велесом не вредил. А вот тварей сжигал на раз-два. Спаслись мы с Дареном, и Велеса спасли. Живые из лесу вышли.

– А что с птицами этими огненными стало после? – задумчиво побарабанил пальцами Теодор по деревянной крышке стола. – Отвечай правду, Ратмир, и не смей мне врать!

– Не стану я тебе врать, государь, – обиделся Ратмир. – Не как к королю, чай, пришел. А как к другу. Рассказать все, как на духу. Птицы эти огненные развеялись без следа. После того, как дело свое сделали и тварей уничтожили.

– Да, ты прав, Ратмир, беда приключилась, – кивнул Теодор, выслушав рассказ друга до конца. – До столицы твари пока не добрались. Немного их еще. Но они живучие – страсть. И охочие до человеческой крови. Уже нескольких людей из деревень окрестных убили. Боюсь я, что расплодятся они, и не сможем мы справиться. Все маги столичные бьются над задачей, что я им задал. Но пока не получается ее выполнить. Не справляются маги с этими тварями, не берет их обычная магия. Выходит, только Дарен твой и справиться может?

– Не знаю, государь, – честно ответил Ратмир, перекладывая бесцельно бумаги на столе Теодора. – Мал Дарен еще. Может, случайно то получилось?

– А может, и нет! – отрезал Теодор, вставая из-за стола, и ударил кулаком по деревянной столешнице. – Слышал я про пророчество давнее. Что с такими тварями всего один маг может справиться, мальчик маленький с сердцем чистый, который никогда не убивал никого: ни зверя никакого, ни птицу. Не читал я сам пророчество это, потеряно оно, говорят, было. Но найти попытаюсь. Прикажу перерыть всю королевскую библиотеку, все фолианты. А ты вели Дарену ко мне отправиться. Или сам с ним приезжай. Поговорим мы с ним. Посмотрим, что сможем сделать, как обучить на скорую руку мальчика. Может, надежда он наша последняя? И королевство наше спасет?

– Ты только… не убей мне сына? – тихо, но жестко отрезал Ратмир, взглядывая прямо в глаза Теодора. – Нашел я его недавно не для того, чтобы в жертву тварям отдать и похоронить. Хватит с меня того, что жену похоронил.

– Обещаю,