Влюбленный Робинзон - Диана Рейдо

— Отличная идея.

— Тогда стойте здесь.

Дэн и Клер пристроились в конце крошечной очереди, и через некоторое время их уже приветствовал работник «Старбакс». Дэн знал этого работника, чья смена частенько выпадала на утренние часы, и порадовался, что они вновь столкнулись у этого прилавка.

— Дэн! Опаздываешь на работу? — сдержанно пошутил Робби.

— Привет, Робби. Наоборот, наслаждаюсь свободой.

— Отлично. Рад слышать. Тебе как обычно?

— М-м-м… нет. Думаю, сегодня — нет. Клер, что ты будешь? — обратился Дэн к своей спутнице.

— Пожалуйста, один латте с карамельным сиропом, — попросила Клер.

— А мне карамельный моккиато с корицей.

— Отлично. Сэндвичи, круассаны, пончики?

— Звучит многообещающе, — снова повернулся Дэн к Клер, — может быть, заодно нам стоит и перекусить?

— Есть на ходу? Что ж… давай!

Дэн отметил, что Клер, к его радости, оказалась довольно легка на подъем. Клер же про себя думала, что в другой ситуации ни за что бы не согласилась перекусывать пончиками из бумажного пакета, даже несмотря на то, что пончики эти облиты шоколадом и так одуряюще пахнут. Она ненавидела есть на бегу, стряхивать крошки с пальто и, в особенности, со своего любимого шифонового шарфика. Но сейчас она была очень, очень голодной…

Клер полезла в сумку за кошельком. Дэн заметил этот жест и остановил ее:

— Позволь, в этот раз я угощу тебя. Должен же я как-то компенсировать негостеприимность Лондона.

— Ага, тебе стыдно за него? — засмеялась Клер.

— Иногда бывает. Думаю: почему бы ему не стать хотя бы чуточку дружелюбнее?

— Все очень бы удивились.

— С вас десять фунтов шестьдесят пенсов, — объявил Робби, после чего передал парочке знакомцев пакеты с пончиками и высокие бумажные стаканы с крышками, в которых был горячий кофе.

Клер и Дэн вышли из кофейни и направились по неизвестному Клер маршруту. Дождь, к облегчению парочки, несколько поутих. Не слишком приятно было вновь оказаться на промозглой улице после манящего своим уютом помещения кафе, но каждый глоток горячего кофе из стакана с крышкой примирял их с жизнью.

Дэн откусил от первого пончика и принялся жевать:

— Люблю их выпечку, — поделился он, — всегда свежая.

Клер, которая в этот момент делала большой глоток кофе, только молча кивнула.

— Расскажи о себе, — предложил Дэн.

— А что ты хотел бы узнать?

— Ну… Вот придешь ты домой, переоденешься, согреешься, высушишь вещи… а потом что?

— Пока не знаю. Телевизор, видео? — предположила Клер.

— У тебя разве нет интересов? Увлечений?

Клер помотала головой:

— Наверное, чего-то конкретного действительно нет, но, знаешь, мое увлечение — это вся жизнь.

Дэн оживился:

— В самом деле?

— Угу, — кивнула Клер, — никогда ведь не знаешь, что принесет тебе завтрашний день. Или даже сегодняшний. Взять хотя бы этот вечер. Два часа тому назад мы еще не были с тобой знакомы. А теперь идем, пьем кофе, болтаем, и ты даже провожаешь меня.

— Действительно, как так могло получиться? — поддразнил Дэн.

— Никогда не знаешь, как и что произойдет в очередной раз, — спокойно продолжала Клер, — и это — самое удивительное. Неизвестно, что будет дальше, но разве это не здорово?

— А тебе не хотелось бы узнать, что будет дальше, хотя бы одним глазком заглянуть в будущее?

Клер отрицательно помотала головой, копаясь в пакете в поисках очередного пончика:

— Зачем? Пропадает вся интрига! Теряется интерес. К примеру, я забыла утром зонтик. В результате вечером я оказалась не в метро, а там, где ты меня встретил, потому что промокла и не хотела лезть в подземку. Если бы зонтик оказался в сумке, сейчас я уже, наверное, сидела бы на общей кухне, с сухими волосами, не замерзшими ногами, болтала бы с Кэти и, может, пекла бы вафли.

— Ты умеешь печь вафли?

Клер лукаво посмотрела на Дэна:

— Иногда. Когда очень захочу. Хочу — умею печь вафли, не хочу — умею что-то другое. Ну… не знаю… например, варить тыквенный суп или жарить картошку.

— Весело тебе живется, — теперь смеялся и Дэн, — значит, ты умеешь делать только то, что хочется тебе самой?

По какой-то причине Клер решила немного слукавить.

— Да. Думаю, да. А разве ты живешь не так? Послушай, жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на унылые и никчемные занятия! Пусть всякую ерунду делает за тебя кто-нибудь другой. Кто-нибудь, кто не так ценит и любит эту жизнь. И поделом ему, разве ты не согласен? Вдумайся: он уже согласился на унылое занятие. Значит, так ему и надо. А я не согласна! И эти занятия мне не достаются!

Дождь капал и капал, но делал это все реже и реже, пока окончательно не перешел на рассеянную в воздухе морось.

Прохожие, однако, не спешили закрывать свои зонты. К счастью, толпа, подобно дождю, тоже делалась реже. Люди спешили в свои дома, к горячему ужину, сытной отбивной с зеленым горошком, либо же уже сидели в каких-то клубах, барах, смотрели футбольные матчи, обсуждали финансовые прогнозы и модные новинки… Идти стало легче, дышать — тоже, и почти некого было задевать плечами.

— Как же ты справляешься с трудными или скучными делами? — удивился Дэн.

— О… А я с ними и не справляюсь. Иногда, например, бывает очень весело мыть окна. Просто просыпаешься утром, видишь — надо же, какие грязные стекла! Надеваешь старую рубашку, забираешься на подоконник и губкой трешь стекло, и воздух за окном делается таким прозрачным… Разве это не удовольствие?

— Тебя послушать — так удовольствием может стать любое занятие в жизни, — иронично заметил Дэн.

— Почему бы и нет?

Клер остановилась над ближайшей урной, скинула туда скомканный пакет из-под пончиков, извлекла из кармана салфетку, вытерла перепачканные шоколадной глазурью пальцы. Салфетка отправилась вслед за пакетом. Дэн последовал примеру Клер и выкинул в урну пустой бумажный стакан из-под кофе.

— Видишь, избавляться от всякого мусора тоже бывает очень увлекательно, — сообщила Клер.

Она начинала казаться Дэну все более странной девушкой.

— Идем? — уточнил он на всякий случай.

— Сейчас. Погоди минутку…

Клер продолжала рыться в карманах.

Следующими в урну полетели: старый бумажный платок, сломанная зубочистка, несколько использованных проездных билетов, остатки лопнувшего воздушного шарика, фантик от жевательной резинки «Ригли».

Из другого кармана Клер извлекла блеск для губ в полупрозрачном флакончике. Блеск был цвета фуксии. Через секунду флакончик тоже оказался в урне.