Запретные страсти - Натали Митчелл

Нежданная радость — вот как она называла про себя этого мальчика, заполнившего дом смехом, топотом, ворохом вопросов, которыми Николь уже была обвешана, как круглыми серьгами, каких никогда не носила. Почему-то теперь Майк чаще обращался именно к ней. Николь предполагала, что матери он эти вопросы уже задавал, и хотел проверить: не существует ли других ответов?

Иногда парнишка оставлял в покое обеих — хотя ни одной из них он и не был в тягость — и с воплями носился вдоль кромки прибоя, изображая кого-то, может быть, виденного в кино.

— Она тайком позволяла ему смотреть телевизор, — поясняла Кэтрин, имея в виду их бывшую няньку, и рот женщины болезненно кривился на слове «она». — Чтобы не мешал, усаживала Майка с собой смотреть эти дурацкие «мыльные оперы».

Николь подозревала, что с этой безымянной нянькой связано гораздо больше неприятного, чем запрещенный просмотр сериалов. До сих пор девушка не спрашивала жиличку о причинах появления в маленьком городе, и не выпытывала за спиной матери у Майка. Тот, наверное, шепнул бы по секрету, но потом Кэтрин могла узнать, и это непростительное любопытство могло стать черной кошкой, которая способна навредить и более крепкой дружбе.

Пока трудно было назвать их подругами. Они вместе сидели вечерами на крылечке, Николь читала и курила, Кэтрин приглядывала за сыном, еще не чувствуя готовности углубиться в перипетии чужих судеб, пусть даже книжных.

Им было спокойно вместе, но женщины почти ни о чем не разговаривали, только сообщали друг другу не слишком важные дневные новости. Однако, чем жила и дышала каждая, что снилось, что вспоминала, глядя на закат, — было неизвестно той, что сидела рядом. И ни одна из них пока не решалась нарушить равновесие общего незнания.

Николь помогла Кэтрин найти работу. Правда, не в школе, на что та рассчитывала. Но там действительно не оказалось свободных мест, похоже, никто из учителей не уезжал из этого городка, и это повергло Кэтрин в отчаяние. И тогда новая приятельница предложила ей давать частные уроки всего одному ребенку.

— Но это очень хорошо оплачивается, — заверила она. — Богатая семья. Самая богатая в нашем городе. Я вообще не понимаю, почему они поселились именно здесь! — добавила Николь с незнакомым раздражением в голосе. — Обычно состоятельные люди выбирают другие места. Вообще-то Рон Коллиз родом отсюда, но я, на его месте, лучше не возвращалась бы.

— Почему?

Николь ответила уклончиво:

— Как-нибудь потом…

— Почему они не отдадут ребенка в обычную школу? — настороженно поинтересовалась Кэтрин.

— Это девочка, — уточнила Николь. — Они назвали ее Нора. Может, кто-то из них — поклонник Ибсена?

Кэтрин вспомнила:

— «Кукольный дом»…

Кивнув, Николь продолжила:

— Во всяком случае, Рон Коллиз частенько заглядывает в мой магазин. Вот его жена, Маргарет, была всего пару раз. А он иногда заказывает безумно дорогие книги! Каждый из таких заказов перекрывает мой недельный доход.

— Так что там с их девочкой? — напомнила Кэтрин.

Николь махнула загорелой рукой, едва не выронив сигарету:

— Извини. Я, наверное, немного помешана на своем магазине… Так вот, эта девочка, Нора, она немного… необычная.

— Она страдает даунизмом?

Николь мотнула стриженой головой:

— Я бы не сказала… На мой взгляд, она ничуть не отстает от остальных. А кого-то, может, и опережает. Но она… Не такая, как все. Она словно видит не то, что существует на самом деле, а нечто свое. Вот этот наш мир представляется ей совсем другим.

«Тебе ведь тоже, — подумала Кэтрин с оттенком зависти. — Ты улыбаешься этому миру, а разве он этого заслуживает?»

— Видела бы ты ее лицо, когда она бродит по моему магазину! Так и видится, что она попала в пещеру с сокровищами. По сути, так и есть… Рон скупает ей книги полками!