Их благословила судьба - Кэрол Грейс

— Не влюбляйся в недоступных мужчин — следующее правило, — подсказала ей Кейт. — И не влюбляйся с первого взгляда.

Бриджет подумала о мужчине, который прикладывал губку к ее голени, о мужчине с суровым взглядом, крутым характером и нежным прикосновением, и дрожь пробежала по ее спине.

— Не буду. Я намереваюсь посвятить себя работе. Я вообще не собираюсь влюбляться. Никогда больше, — сказала она, окидывая взглядом просторы высокогорных пустынь Невады по ту сторону Мэйн-стрит, вспоминая боль, нарушенные обещания и разорванную помолвку.

— Никогда — довольно долгий срок.

— Я вытерплю.

— Умница. Теперь о лице «Дикого мустанга». Мне позвонить заказчику? Собрать съемочную группу? Купить мебель для офиса?

— Вероятно, лучше отложить это на несколько дней, — ответила Бриджет. — Есть одна маленькая проблема. Парень сказал «нет».

— Нет? Он отказался от возможности стать нашим символом «Дикого мустанга»? — недоверчиво переспросила Кейт.

— Думаю, это был просто шок от… понимаешь, эта новость, то, как я преподнесла ее, все сразу… Но у него есть моя карточка, и когда он все обдумает… возможно, он уже пытается до меня дозвониться. А если нет, я сама ему позвоню.

— У нас не так много времени, Бриджет. До сих пор не внесена арендная плата за офис, и не думаю, что мы можем и дальше простаивать.

— Сделаем так. Я пришлю тебе только что отснятую пленку. Покажи ее заказчикам. Пусть увидят, что мы не какие-нибудь новички, у которых ничего, кроме амбиций. Они увидят: мы не стоим на месте. Может, даже заплатят нам вперед.

— А если они посмотрят снимки, одобрят твой выбор, заплатят вперед, а потом твой парень не согласится?

— Он не может не согласиться, — сказала Бриджет с уверенностью, которой не чувствовала. — Ну ладно, мне пора идти раздобыть лед для глаза.

— Что?

— Утром я попала в небольшую аварию на дороге.

— Дорожное происшествие в Хармони, штат Невада? В жизни не поверю.

— Ты не поверишь во многое из того, что происходит в Хармони, — пробормотала Бриджет.

В том числе в то, что пятилетний мальчик пробудил в Бриджет материнский инстинкт, который она решительно вытравляла из себя после того, как рухнули ее надежды на замужество. В фермерский дом, мечту любой женщины, с любовью украшенный женщиной, присматривавшей за ним со своего места на каминной полке или откуда-то с небес.

В тот же день после обеда Джош позвонил родителям, чтобы спросить, не видели ли они Макса.

— Да, он здесь, — сказал его отец. — Пришел со своим сломанным велосипедом. Хочет, чтобы я помог починить его.

— Вернее, он будет помогать тебе. Лучше отправь его домой, — сказал Джош.

— С ним все в порядке. Он в лучшем состоянии, чем та женщина, на которую он наехал. Так он говорит. Она хочет купить лошадь?

— Не совсем. Мужчину на лошади.

— Она нашла его?

— Нет, — твердо сказал Джош.

— Это, верно, не составит ей труда, если она такая красивая, как говорит Макс.

Джош покачал головой. Неужели его пятилетний сын разглядел пшенично-золотые волосы, обрамлявшие лицо, и гладкую шелковистую кожу длинных ног?

— Что за ребенок?! Хотел бы я, чтобы он проявлял столько же интереса к лошадям, сколько к десятискоростным велосипедам.

— Или к хорошеньким женщинам, — заквохтал отец. — Бьюсь об заклад, он пошел не в тебя. Все, что тебя когда-либо занимало, — это ранчо и дикие мустанги да соседская дочка, превратившаяся потом в хорошенькую девушку.

— С тех пор я не изменился, папа. Я всегда буду интересоваться только этим. Теперь, когда Молли нет, у меня остались ранчо и лошади, и Макс, конечно же.

— Молли нет уже больше двух лет, сынок, так что, может быть, тебе пора двигать.

— Я не собираюсь никуда двигать. Ты прекрасно это знаешь, — отрезал Джош. — Здесь мой дом, и здесь он будет всегда. С Молли или без.

— Я говорю не в географическом смысле. Я говорю образно. Молли поступила бы…

— Молли поступила бы точно так же. Осталась бы верна моей памяти.

— Конечно, осталась бы. Разумеется. Но даже если бы на твоем месте оказалась она, я бы посоветовал ей то же самое: устраивай свою жизнь, найди того, кто поможет тебе растить Макса.

— У меня есть ты и мама, — возразил Джош.

— Мы ведь не всегда будем с тобой, — сказал его отец.

— Куда вы собираетесь?

— Никуда конкретно. Не сегодня. Не завтра. Но однажды…

— Мы это еще обсудим. Ты знаешь, что я пережил, когда не стало Молли. Я больше не хочу любить. Ничто не стоит боли, которую я вынес.

— Упрямец. Хотя бы в этом вы с сыном схожи.

— На том и поставим точку. Отошли его домой, когда он тебе надоест. А мне тут нужно объездить кобылу и загнать ее в конюшню. Надеюсь, это удастся сделать без назойливой дамочки с камерой. Ты едешь со мной в Центр приручения диких лошадей в четверг?

— Не могу. Твоя мать записала меня на какую-то добровольную работу в церкви.

— И он еще хочет, чтобы я позволил женщине оседлать меня!

— Подожди минутку, — сказал отец.

— Не могу. Работа ждет.

Когда на склоне дня появился Макс и поставил починенный велосипед рядом с пикапом отца, Джош сел за обеденный стол, намереваясь поговорить с сыном.

— Когда я отправляю тебя к дедушке с бабушкой, я хочу, чтобы ты находился у них.

— Знаю, — ответил Макс с набитым ртом.

Джош прикрыл на мгновение глаза, надеясь, что Молли никогда не узнает о том, что он кормит ребенка консервированными спагетти. Сегодня он по крайней мере разогрел их.

— Если бы ты был там, где должен был быть, и делал то, что должен был делать, ты не врезался бы в тетю. А если бы ты не врезался в тетю, она не пришла бы сюда и не докучала бы мне.

— А кто бы тогда заклеил мне коленку? — возразил Макс с железной логикой пятилетнего ребенка.

— Тогда ты не… Забудь. Я просто хочу знать, где ты.

— Да я же здесь, папа.

— Вижу, вижу, что здесь. — Он положил в свою тарелку спагетти из миски. — Хочешь, куплю тебе ослика на этой неделе? Или лучше пони?

— Разве у нас мало лошадей? — спросил Макс. — Лучше мотоцикл.

Джош разочарованно взглянул на сына. Если бы он не был лично причастен к зачатию и рождению этого мальчугана, он бы усомнился, что это его сын. Отец прав — он в возрасте Макса интересовался только лошадьми. Объездка, выездка, чистка, а ему все было мало. Он даже любил убирать навоз из конюшен. А его сыну подавай мотоцикл!

Джош глубоко втянул воздух, чтобы сдержаться. Взглянул на прикрепленную к холодильнику фотографию улыбающейся Молли с грудным Максом на руках и помрачнел. Если бы она была здесь, то нашла бы что сказать ему. Но ее здесь нет, и Джош должен выкручиваться сам.