Соседка - Сандра Браун

Мэдисон оглядел уставленную современным оборудованием кухню, которую пришлось полностью переделывать.

— Вы сделали очень много, — с восхищением промолвил он. — Дом просто великолепен.

— Благодарю вас. Теперь моя задача — удержаться на плаву до тех пор, пока я не начну получать серьезную прибыль… — Для подкрепления своей мысли Слоун сцепила пальцы рук, сжала ладони и крепко зажмурила глаза. Картер рассмеялся.

— А я-то думал, что вы — такая же, как Алисия. Оказывается, нет! — воскликнул он.

Слоун прекрасно знала это. Алисия была королевой красоты их колледжа в Лос-Анджелесском университете, когда они подружились. Блондинка с голубыми глазами и пышными формами — рядом с ней Слоун чувствовала себя гадким утенком.

У Слоун волосы были темно-русыми, но некоторые пряди отливали золотом. Цвет глаз напоминал цвет неба, просвечивающего сквозь дымчатое стекло. Сложена она была почти так же, как Алисия, но фигурка Слоун была менее привлекательной и не такой вызывающей, как у ее подруги.

— Не стану спорить, — согласилась Слоун, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды Мэдисона. Писатель как-никак! А писатели всегда собирают материалы для своих книг, разве не так? — Алисия — настоящая красавица.

— Вы тоже.

Встав со стула, Слоун задела бедром стол, за которым они сидели.

— Спасибо за комплимент. Хотите еще чего-нибудь? — нервничая, спросила девушка, смущаясь от того, что ее руки предательски тряслись, когда она потянулась за тарелками. У нее не было бумажной посуды.

Поставив грязные тарелки в раковину, Слоун включила воду.

— Я покажу вам ваши комнаты, — сказала она, вымыв посуду.

Проходя мимо Картера, Слоун старалась не смотреть на него, не обращать внимания на то, как ловко его рубашка облегает мускулистый торс и как узкие джинсы обтягивают его стройные бедра и то место, на которое порядочные женщины вообще не опускают глаз.

«Господи, я превращаюсь в выжившую из ума старую деву, которая только об одном и думает!» — со злостью упрекнула она себя.

А вслух громко произнесла:

— Надеюсь, комнаты вам понравятся.

Открыв дверь в конторку, где в специальных ячейках висели ключи с бирками, она выбрала один и подбросила его в руке. Затем протянула ключ Мэдисону, стараясь не дотрагиваться до него.

— А там… там есть стол, куда можно поставить машинку? — спросил Картер.

— Да, я сама принесла его туда. И еще стул…

— Благодарю вас. Вы даже не представляете себе, как замечательно работать, когда никто тебе не мешает.

— Да, признаюсь, мне было интересно, почему вы не могли дописать свою книгу в Лос-Анджелесе. Алисия говорила мне, что вы будете там жить, и я думала, у вас в этом городе есть свой дом.

— Верно, есть. Прямо на побережье. Чудное местечко. Там и вправду есть все необходимое.

— Но тогда… — нерешительно произнесла Слоун.

— Включая телефон, — перебил ее Мэдисон. — И все знают его номер. Вот звонит, например, мне мать Алисии и спрашивает, не знаю ли я, какого цвета платье будет у моей матери на нашем венчании. Но когда я предлагаю ей самой позвонить моей матери и спросить ее об этом, она восклицает: «Ох! Не могу же я беспокоить ее по пустякам!» Потом звонит отец Алисии и приглашает меня позавтракать в компании его приятелей. А когда я отказываюсь, ссылаясь на работу, он совершенно искренне говорит: «Но тебе же надо хоть иногда есть!» Вслед за ним звонит Алисия, затем — Дэвид, а после него — Адам и…

— Крошка Адам? — со смехом спросила Слоун, живо представив себе всю эту кутерьму. — Но ему же только три годика!

— Ну и что? Он уже умеет набирать мой номер. — Картер покачал головой. — Не могу же я кричать на них. Они не понимают, как это неприятно, когда кто-то прерывает ход твоих мыслей!

— Ну хорошо, а что вы станете делать после женитьбы? Вам ведь все равно надо будет работать, а они едва ли будут вести себя по-другому.

— Да, но тогда я смогу и прикрикнуть на них!

Они вновь тихо засмеялись и неожиданно почувствовали удивительную близость, словно были знакомы сто лет.

— Ну что же, — весело промолвила Слоун, — зато здесь вас никто не будет беспокоить. В комнатах телефонов нет.

— Вот это мне и нужно в данный момент. — Картер был явно очень доволен.

— Алисия сказала, что вы будете работать почти все время. — Слоун надеялась, что Мэдисон не заметил ее возмущенного тона. — Ведь вам, кажется, осталось написать всего одну главу.

Они подошли к лестнице, но Картер, похоже, и не думал брать свой чемодан или машинку. Во время еды он поднял очки на лоб, а теперь опять опустил их на глаза, но не для того, чтобы лучше видеть, а чтобы провести рукой по высохшей лохматой шевелюре.

— Это меня и убивает.

— Разве вы не знаете, чем закончится ваш роман? — Одну руку Слоун положила на дубовые перила, за долгие годы до блеска отполированные ладонями и локтями, а другой опять затеребила пояс халата. Было тихо, они разговаривали приглушенными голосами. Девушка старательно отводила взгляд от курчавых волос на груди Картера, видневшихся из-под расстегнутой сверху рубашки. Ей ужасно хотелось дотронуться до них, но она отгоняла от себя эту мысль.

— Знаю, разумеется. Но мне надо дописать сцену, в которой герой одолевает наконец мерзавца. А также описать любовный акт между двумя главными персонажами.

— Думаю, теперь, когда вас никто не станет отвлекать и вы сможете спокойно сосредоточиться, это будет несложно. Вам удается замечательно передавать переживания героев, и я уверена, что уж в романе с названием «Спящая возлюбленная» у вас не возникнет трудностей с описанием любовных сцен.

Мэдисон широко улыбнулся:

— Но спящая возлюбленная — это не женщина.

— А кто же — мужчина?! — оторопело спросила девушка.

Картер громко засмеялся, но, услыхав ее предупредительное «ш-ш-ш!», сдержал смех, а глаза его улыбались.

— Такого просто не может быть с героем Картера Мэдисона, — промолвил он наконец, притворяясь обиженным. — В моем романе слово «возлюбленная», а правильнее было бы сказать даже «возлюбленное», напрямую связано с чувством долга главного действующего лица. Именно это чувство он пестует в себе. Оно ведет его к цели, руководит всеми его поступками. Но вот однажды он встречает женщину своей мечты, и чувство долга отступает на второй план. Впрочем, в романе все это станет понятным лишь на последних страницах.

Слоун не осознавала, что оказалась в ловушке между Картером и стеной, пока не уперлась в эту стену затылком. Подняв глаза, она посмотрела на Мэдисона.

— Так чем же дело кончится? Что выберет ваш герой? — поинтересовалась она. — Бросит женщину?

Картер пожал плечами, внимательно разглядывая ее лицо, полускрытое тенью. Ее кожу обжигало его теплое, ароматное дыхание.