Власть женщины - Кристи Голд

Мейза спрашивала себя, помнит ли об этом Рафик? Помнит ли он ту ночь или забыл о ней? Она спрашивала себя, почему была такой дурой, веря – он непременно изменит свое решение и не женится на Риме.

Она встала с дивана, пересекла комнату и налила стакан воды из графина, стоявшего на столике. Стоя спиной к Рафику, Мейза сделала несколько глотков. Услышав шаги позади себя, она с трудом сглотнула.

– Я сказал что-нибудь такое, что расстроило тебя, Мейза?

Его присутствие расстраивало ее, как и чувства, которые она испытывала к нему.

Она поставила бокал на стол и повернулась к нему:

– Зачем ты здесь, Рафик? Зачем пришел спустя столько лет?

На его лице отразилось замешательство:

– Ты единственный человек, к которому я всегда обращаюсь, если мне нужно восстановить мир в моей душе.

– Не всегда, – покачала головой Мейза. – Мы не виделись более десяти лет.

Глаза его вспыхнули.

– Это ты променяла Баджул на Штаты, Мейза! Я всегда жил здесь.

– У меня не было другого выбора, после того как я развелась с Бутросом.

– Тебе не стоило выходить за него замуж!

Да, это бессердечный, жестокий султан, который почти украл у нее чувство самодостаточности. Почти…

– Так же, как твой брак с Римой, мое замужество было не больше чем воля моего отца.

Рафик склонил голову, всматриваясь в нее изучающим взглядом:

– Но ты все-таки осмелилась и развелась с ним? Не побоялась нарушить волю отца, испортить репутацию?

Она не осмелится сказать ему полную правду.

– Он отказался мне позволить выучиться на того, на кого я хотела. И я… отказалась слушаться его, жить под его диктовку.

Рафик смотрел на нее так, словно видел насквозь.

– Это была единственная причина?

– Разве недостаточно? И о какой другой причине можно говорить?

Лицо Рафика приобрело циничное выражение.

– Все знают о репутации Бутроса Кассаба в отношении подозрительных сделок.

Пусть уж он лучше верит в это! Она ни за что не скажет ему настоящую причину. Бутрос оказался садистом и мерзкой пиявкой.

– Мне было восемнадцать, когда мы поженились, Рафик. Я не была связана с его делами. Я должна была всего лишь играть роль преданной жены.

Рафик поднял бровь:

– В его постели? Мейза заколебалась:

– Ты хочешь, чтобы я солгала и сказала «нет»?

– Он старше тебя на тридцать лет! Я надеялся, ты скажешь, что твой муж не интересовался плотскими наслаждениями, и даже более того… Он не мог принимать в них участие.

Много ночей она желала, чтобы так и было, но увы…

– Бутрос мужчина, а мужчины редко теряют интерес к сексу, и при этом не важно, сколько им лет.

– Он удовлетворял тебя, Мейза? Мейза застыла:

– А это тебя не касается!

Он провел пальцем по ее щеке:

– Мне только любопытно, знал ли он, как удовлетворить тебя. Если он научился, как я, заставить тебя дрожать от страсти…

Мейза обхватила себя руками, словно защищаясь от его магнетического притяжения.

– Рима удовлетворяла тебя, Рафик? Или ты шел к ней только с одной целью – создание наследника?

В тот же самый момент, как были произнесены эти слова, Мейза пожалела об этом.

Рафик резко развернулся, пересек комнату и подошел к окну, чтобы взглянуть на горы.

Мейза медленно подошла к нему и положила ладонь ему на плечо:

– Мне жаль, Рафик. Я не хотела быть такой злой. Знаю, как сильно ты страдаешь, что потерял ребенка. Я также знаю, что твоя жена была дорога тебе и ты был хорошим мужем. Ты бы никогда не стал игнорировать ее потребности.

– И делая так, я должен был забыть о том, что мне было нужнее всего…

– И что же это было?

– Ты.

Неожиданно Рафик обернулся и прижал Мейзу к себе. Он коснулся ее губ почти с отчаянием. А Мейза?.. Мейза только ответила на его поцелуй.

Ей была ненавистна сама мысль, что Рафик так легко мог разбудить ее страсть, но сил остановить его у нее не было. Мейза презирала себя за то, что с такой охотой откликнулась на желание. Желание, которое могло подарить ей необыкновенное удовольствие, а позже могло стать катастрофой. Рафик не хотел ее. Он хотел лишь утешения, как это было и годы назад. И осознание этого привело Мейзу в ярость, помогло ей обрести здравый смысл.

Со всей силой, на которую была способна, Мейза отодвинулась от него, восстанавливая между ними расстояние.

– Сколько женщин у тебя было после меня и до того, как ты женился на Риме?

На его лице отразилось замешательство:

– Почему ты спрашиваешь?

– Может, тебе стоит навестить одну из них, чтобы забыться?

Его красивые черты лица мгновенно окаменели.

– Ты действительно считаешь, что мне нужна лишь постель?

Мейза скрестила руки под грудью:

– Да, я так считаю. Ты ищешь только временное забвение. И после того, как его получишь, ты снова уйдешь.

– Ты ошибаешься. Мне нужен человек, которому я доверяю. Тот, кто был мне когда-то дорог…

– Если бы я была тебе дорога, ты не стал бы меня целовать.

– Возможно, поцелуй был ошибкой, – признал Рафик. – Возможно, мне не стоило приходить сюда…

– Ты прав, – кивнула Мейза. – Это была ошибка. Кто-нибудь может об этом узнать, и тогда нам обоим мало не покажется. Я презренная женщина, помнишь? Разведенная, а по мнению некоторых, и вовсе шлюха! И давай не забывать – ты у нас всемогущий король!

– Ты никогда не была шлюхой в моих глазах! – раздраженно сказал Рафик. – И да – я король, о чем временами жалею.

– Знаешь, Рафик, – склонила голову набок Мейза, – мне кажется, отпуск бы тебе действительно не помешал.

– Мне некуда деваться – меня нигде не оставят в покое. – Он уставился на нее, и его губы сложились в привычную подразнивающую улыбку. Ту самую, которая всегда уничтожала ее решительность. – Если, конечно, ты не откроешь для меня свой дом. Я постараюсь не попадаться тебе на глаза. Ты даже забудешь, что я тут.

А вот тут он ошибается! Она будет думать о том, что в ее доме находится Рафик, в любую минуту дня и ночи, даже если он и не будет с ней встречаться…

– Мне кажется, твой план весьма сомнителен. Рафик взял ее руки в свои:

– Я хочу всего лишь недолго пожить вдали от моих обязанностей и иметь возможность снова подружиться с другом. Разве это так трудно?