Когда теща зажигает… - Валентина Седлова

— Спроси чего полегче, — фыркнул отец. — Ирина в последнее время вообще неадекватно себя ведет. Черт его знает, что у нее там на уме? Мы-то с ней давно уже не откровенничаем…

— А может, ей просто романтики захотелось?

— Ага, то ей романтика и на дух была не нужна, а вдруг на тебе — приплыли! Не смеши меня!

— Просто я к чему речь веду: что, если ты заново начнешь ухаживать за матушкой? Ну представь, что у вас еще! только-только все начинается: конфеты, букеты, серенады под окном и все такое!

— Не уверен, что это сработает, — покачал головой отец.

— Но ведь надо же что-то делать! Иначе точно будет поздно!

— Я устал. Я смертельно устал от всей этой возни. В конце концов, захочет — уйдет, как ты ее ни удерживай. А чувствовать себя дураком, уж извини, не хочется.

— Ты ее тоже уже не любишь, да?.. Мой вопрос повис в воздухе. После долгой напряженной паузы отец покачал головой:

— Люблю. Несмотря ни на что, люблю. Но все равно я считаю, что она сама должна для себя решить, чего хочет. Мы давно уже вышли из того возраста, когда любовь воспринимается как разменная монета или средство шантажа. Понимаешь, о чем я?

— Ни фига не врубилась, — честно призналась я бате.

— Вот именно, — кивнул тот, — мы с тобой пока говорим на разных языках. Ладно, пойду я к матери, чтоб тебе с Алексеем не мешать.

— Уже не помешаешь, — заверила я отца. — Маменька умудрилась-таки довести моего жениха до морального износа и выдворить из дома. Всего лишь непрозрачно намекнула, что его вещам нечего делать в моей спальне!

— Черт побери, как некрасиво вышло!

— Не то слово! Так что будь добр, на будущее держи мать в узде. Если сможешь, конечно.

— Не обещаю, но попытаюсь, — заверил меня отец и вышел в коридор.

Уф, час от часу не легче от таких новостей. Хоть глазочком бы посмотреть на этого Пола, из-за которого такой сыр-бор заварился. Неужели он симпатичнее бати? Нет, я понимаю, молодость и все такое, но все равно как-то странно. Чтобы мать запала на какого-то юнца… в голове не укладывается! Совершенно не ее стиль!

По-хорошему, родителей надо, конечно, мирить. Но только как это сделать? Вон как батя про любовь завернул, аж мозги наизнанку вывернулись. Поди разбери, о чем это он? Из меня и так психолог хреновый, а уж что касается мужской психологии — тут я и вовсе пас. Их извращенную логику ни в трезвом виде, ни со стаканом не разберешь.

Хотя не все так безнадежно! Чтобы понять одного мужчину, надо просто посоветоваться с другим представителем сильного пола! Все, решено: немедленно звоню Лешке — наверняка он уже до дома добрался и успел слегка остыть. Заодно и извинюсь перед ним за свою потерявшую крышу родительницу.

Набрав заветные цифры Лешкиного мобильника, я принялась ждать. Гудок, второй, третий… Есть контакт!

— Алло, солнце, ты как?

— Спасибо, хреново.

— Ты уж не держи зла на мать, у них сейчас с отцом очень сложный период. Собственно, мне очень-очень нужен твой совет по этому поводу.

— А что такое?

— Понимаешь, по непроверенным данным, мать нашла себе какого-то молодого парня, коллегу по работе. И с очень большой долей вероятности собралась уходить к нему от отца. Я, как можно догадаться, хочу помирить родителей. Будь другом, подскажи, что в таких случаях надо делать тому, от кого уходят, чтобы удержать свою половину?

— И не подумаю!

— То есть? — опешила я от Лешкиной безапелляционности.

— Если твоя мать настолько идиотка, что готова променять твоего отца на какого-то кренделя, то туда ей и дорога! По крайней мере хоть один отрадный факт: больше не будет полоскать мозги хорошему мужику. Так что пусть валит куда хочет.

— Леха, ты чего?

— То, что слышала! Я твоих родителей мирить не собираюсь и тебе не советую. Во-первых, сами не маленькие, разберутся. А во-вторых, если они расстанутся, я буду только рад.

Я глубоко вздохнула, выдохнула и чудом удержала рвущееся с языка ругательство в Лешкин адрес.

— Слушай, я понимаю, что она тебя сильно обидела. Но это не повод так себя вести…

— Лизка, я тебе уже все сказал! Давай замнем тему для ясности!

— Ну, замнем так замнем, — покорно согласилась я — Кстати, может, вернешься? А то я по тебе уже начинаю скучать.

— Ага, чтобы опять от твоей матери гадостей огрести по полной программе? Спасибо, что-то не хочется. Я эту ночь уж как-нибудь у себя проведу.

— А завтра? — чуть не заскулила я, представив, что целую ночь буду валяться на двуспальной кровати в гордом и безнадежном одиночестве.

— Вот завтра и посмотрим.

— Лешка!

— Ну ладно, не кричи ж ты так, а то оглохну! Давай вот как сделаем: встретимся часов в одиннадцать около метро на нашем месте и пойдем куда-нибудь прогуляемся. Можешь на меня обижаться, можешь топотать и хлопать крыльями, но пока у тебя в доме торчат твои предки, я там появляться не хочу. Нервная система крепче будет, причем у всех заинтересованных сторон. Ну так что?

— Ладно, тогда завтра у метро. Только ты мне вот что скажи: мы теперь что, до самой свадьбы будем спать раздельно? Если таки кому интересно мое мнение, то я протестую! Может, мне пока к тебе перебраться? Ну, не идет гора к Магомету, так Магомет не гордый, сам придет!

— Боюсь, ничего у нас не получится. — Голос Лешки погрустнел. — У меня завтра куча родни приезжает, отец уже бегает по соседям — раскладушки выпрашивает. Так что не вариант. Мою кровать двоюродной сестре с ее мужем и ребенком отдают, а я буду спать вместе с Сан Санычем.

— Подозреваю, твой брат не в восторге от такой перспективы.

— А то!

— Так, может, все-таки вернешься ко мне?

— Ни за что! Лучше пускай мне Саныч в ухо сопит, чем будущая теща в изголовье нотации читает!

Вот на такой не самой мажорной ноте мы с Лешкой и распрощались.

Оказалось, провести вечер в одиночестве — это катастрофически сложная штука. Спать мне не хотелось хоть убей, поэтому сначала я до отупения гоняла видео, потом сидела за компьютером. Когда и это не помогло — навела порядок в стенном шкафу. Без толку. И лишь когда стрелки стали показывать начало пятого, а за окном прилично посветлело, на меня снизошла благодать, и я рухнула в подушки, не забыв поставить будильник на десять, чтобы не пропустить встречу с Лешей.

И тут кто-то настойчиво начал трясти меня за плечо и вытаскивать из-под одеяла! Я отбивалась от мерзавца, не отпуская крепко зажатую подушку, после чего получила холодный душ прямо в постель! От такого святотатства я взвыла раненым мамонтом и таки открыла, казалось, намертво слипшиеся глаза.

— Вставай,my darling! Через полчаса мы принимаем гостей, а ты все еще неглиже!