Бог велел делиться - Марина Серова

— Так что, согласны? — уточнил Караваев и полез во внутренний карман пиджака.

— Согласна, — кивнула я.

— Вот и славненько, — потер руки Мельников. — Ну что, пройдешь на место происшествия?

— Подожди, скажи сперва, что ты еще успел узнать?

— Обнаружил труп вон тот официант, — Андрей кивнул в сторону молодого человека в форме, нервно переминавшегося с ноги на ногу неподалеку от нас. — С ним я уже успел переговорить. В принципе, ничего особенного он не сообщил — вошел в туалет, а там на полу труп… Тревогу забила девушка, сказала, что ее спутник отлучился в туалет и долго не возвращается.

— Девушка? — заинтересовалась я.

— Да, с ней нужно будет побеседовать в первую очередь. Так что не тяни время, пошли.

Мы прошли в туалет. Тело убитого было накрыто простыней — видимо, судмедэксперт уже произвел все необходимые манипуляции. На простыне виднелась проступившая через ткань кровь. Контур вокруг тела обвели мелом. Я откинула край материи и, к своему удивлению, узнала в убитом того самого парня со стандартным лицом, который сидел за соседним столиком.

— Я видела его вместе с девушкой, она должна быть в зале, — сказала я, выпрямляясь.

Мельников кивнул.

— Пойдем побеседуем? — предложил он после небольшой паузы. — Тут и без нас справятся.

Мы вернулись в зал, и я глазами начала искать девушку. Впрочем, долго это делать не пришлось — она сидела за ближайшим столиком, опустив голову, и, казалось, пребывала в шоке.

Мельников подошел и официально представился, показав удостоверение. Девушка подняла голову, безразлично кивнула. Мельников присел рядом. Я заняла еще один стул, стоявший перед ее столиком.

— Я понимаю ваше состояние, но ведь вы хотите, чтобы нашли того, кто это сделал? — мягко начал Мельников. Не дождавшись ответа, он продолжил:

— Скажите, во-первых, кто он. Я имею в виду вашего спутника.

— Сергей Перфильев, мой жених, — прошептала девушка.

— А вас как зовут? — спросила я.

— Настя, — ответила она.

Даже несмотря на то, что девушка сидела, а не стояла, можно было с уверенностью сказать, что ее рост приближается к ста восьмидесяти сантиметрам, и я, никогда не страдавшая низкорослостью, невольно почувствовала себя рядом с ней Дюймовочкой.

Черные волосы Насти были очень коротко подстрижены, что делало ее похожей на стройного мальчика-подростка, но ярко-голубые глаза делали лицо миловидным.

Я отметила, что, несмотря на высокий рост, эта девушка обладает какой-то неуловимой женственностью и грацией.

Настя придерживалась этакого парижского стиля — короткие волосы, очень изящный костюмчик, подчеркивающий все, что нужно, элегантная сумочка из крокодиловой кожи, остроносые туфельки на высоком каблуке, ухоженные, аккуратно подпиленные ногти, бесцветный лак, спортивная фигура…

— Настя Капрянская, — продолжала тем временем девушка каким-то механическим голосом.

Мельников с серьезным видом кивал, записывая данные в свой блокнот, словно услышал что-то очень важное. Я пока только слушала, не вмешиваясь со своими вопросами.

— Вы давно знакомы с убитым? — спросил Мельников и тут же завозился на стуле, поняв, что построил вопрос довольно неуклюже. — С Сергеем Перфильевым? — поправился он, заметив, что девушка вздрогнула.

— Не очень, — тихо ответила Настя. — Мы познакомились в Москве два месяца назад.

— А почему в Москве?

— Я там живу, — пояснила Настя. — Вернее, жила. А Сергей приезжал туда по делам. Он задержался в городе, мы встречались все это время и в конце концов решили пожениться, а сюда приехали, чтобы я познакомилась с его родителями. Вернее, у него только мама, отец умер несколько лет назад.

— Вы знаете ее адрес? — Мельников придвинул блокнот ближе.

— Нет, — разочаровала его Настя. — Мы не успели побывать у нее, мы приехали только вчера, и я не спрашивала конкретного адреса — зачем? Знаю только, что живет она где-то далеко от центра. Впрочем, это по тарасовским меркам далеко, для Москвы все это — не расстояние.

Настя грустно усмехнулась. Мельников покивал для проформы и снова вернулся к своим вопросам:

— Вы жили здесь вместе?

— Нет, я поселилась в квартире Сергея, а он отправился к матери, потому что давно с ней не виделся. Я не хотела идти вместе с ним — зачем стеснять человека, у них там только одна комната, к тому же когда есть отдельная квартира.

— То есть с матерью своего жениха вы не встречались ни разу?

— Нет, не успели. — Настя грустно поджала губы. — А теперь… Теперь, наверное, в этом уже нет никакого смысла. Хотя на похоронах мы все равно встретимся, а я даже не знаю, как с ней общаться. Господи, о каких дурацких вещах я думаю, а ведь Сергея больше нет! — вдруг воскликнула она, всплеснув руками. Видимо, просто эмоциональная реакция.

— Вы постарайтесь успокоиться, — тут же вмешался Мельников, видимо, опасаясь, что эмоциональная реакция девушки может перерасти в истерику и продолжать разговор с ней станет затруднительно.

— Ничего, ничего, — кивнула Настя. — Продолжайте, пожалуйста, я могу отвечать.

Мельников повеселел и задал следующий вопрос:

— А чем занимался ваш жених? Чем он зарабатывал на жизнь?

— Он раньше работал в какой-то фирме… я даже не помню названия, что-то очень стандартное. А потом она вроде бы закрылась, и Сергей говорил, что он пока без работы.

— А кто может подсказать название его фирмы? — заинтересовался Мельников.

— Не знаю, наверное, его мать, — пожала плечами Настя. — Я-то не думала никогда, что это может оказаться так важно…

— А вы знакомы с кем-то из его друзей-приятелей, коллег?

— Нет. Я еще никого не успела узнать, я же говорю, мы только вчера приехали. А в Москве Сергей был один.

Мельников собирался спросить еще о чем-то, но тут его позвал один из оперативников, и тот, извинившись, отошел. Пришлось вступить мне, поскольку у меня к этому моменту тоже накопился ряд вопросов к Насте. И я начала с самого главного.

— Настя, кто мог желать смерти вашему жениху? — прямо спросила я.

— Не знаю, — вздохнула Настя. — Понимаете, мы были не очень долго знакомы — два месяца.

— И вот так сразу решили пожениться?

— Да, а что здесь такого? Сергей мне понравился, он относился ко мне хорошо, и я к нему тоже, мы практически не ссорились, во многом дополняли друг друга. Я была бы ему хорошей женой.

Я порадовалась в душе, что Мельников на время оставил нас с Настей вдвоем, поскольку это давало мне возможность завести с девушкой этакий женский разговор «по душам», в котором та может быть откровеннее.