Весна в Севилье - Вера Армстронг

Позже, сидя рядом с Элвином в зрительном зале и следя за действием любовной мелодрамы, Кристи заметила, что один из героев чем-то неуловимо напоминает Айвора Холдейна. Правда, лица его она так и не разглядела…

Девушка вспомнила, что именно он дал деньги на проведение чтений, посвященных Вальтеру Скотту, и потом очень внимательно слушал ее выступление. Мало кто решается стать спонсором подобных культурных мероприятий, так что этот факт, пожалуй, говорил в пользу Холдейна.

Мои суждения об этом человеке лишены внутренней логики, вдруг осознала Кристи.

Да, у него дорогая машина, он обосновался в фешенебельном районе. Так что, за это надо его презирать? Может быть, ее неприязнь к этому человеку возникла из чувства протеста, потому что слишком уж восторгаются им другие, особенно Дорин?

Что из того, что Холдейн богат? Сама Кристи относилась к достатку спокойно и не считала, что материальное положение определяет характер человека. «Легче верблюду пролезть в игольное ушко…» — вспомнила она известное изречение. Нищий и миллионер — две крайности, и нет ничего лучше золотой середины.

Девушка попыталась отбросить мысли о Холдейне и сосредоточиться на происходящем на сцене, но вопрос о том, откуда в ней такое упорное неприятие этого человека, по-прежнему сверлил ее мозг.

— Тебе все еще не дают покоя проблемы, связанные с коттеджем? — спросил у Кристи Элвин в антракте.

— Да нет… С чего ты взял?

— Ты очень рассеянна.

— Нет, со мной все в порядке, — ответила она и решила перевести разговор на другую тему: — Воскресенье посвятишь детям?

— Да. — Элвин нахмурился. — Знаешь, Олуэн говорит, что им горько меня видеть. Господи, неужели она им сказала, что я их бросил? Она же сама захотела, чтобы мы расстались.

Кристи промолчала. Она кое-что знала о семейной жизни друга до его ссоры с женой.

Элвин был неплохой человек, но слабовольный, и сейчас, исполнившись жалости к себе, как будто забыл о своих изменах, которые побудили Олуэн требовать развода.

Были в этом браке и другие проблемы. Олуэн писала статьи для крупных журналов, переводила, выступала на конференциях. Она всегда была на виду, с ней переписывались выдающиеся литераторы, и Элвин терялся на фоне такой яркой женщины. Ему бы больше подошла домохозяйка, которая бы провожала его на работу и встречала вечером…

Какое мне дело до чужой жизни? — остановила себя Кристи.

— Не знаю, право, как у нас все получится. Я имею в виду ребятишек. Эта чертова квартирка до того тесна… — пробормотал Элвин.

Кристи смерила его недоверчивым взглядом. Она подозревала, что ему давно уже наскучило разыгрывать из себя заботливого мужа и отца, чьих прекрасных качеств не сумели по достоинству оценить. Как долго он сможет играть эту роль? Наверное, до тех пор, пока не найдет предлог неделю-другую не появляться в семье, а потом связь с детьми постепенно будет сходить на нет. Они любили Элвина, а он, хотя и был к ним привязан, все же больше всего ценил самого себя.

Впрочем, сказала себе Кристи, ты не имеешь никакого права осуждать его. У тебя нет ни детей, ни настоящей любви, и тебе не дано знать, что делают с человеческой душой семейные неурядицы.

Она невольно произнесла вслух:

— А для вас с Олуэн и в самом деле уже все потеряно?

В двадцать шесть, то есть тогда, когда ему было столько же, сколько теперь Кристи, Элвин вступил в брак с двадцатилетней Олуэн. Этому предшествовал бурный роман. И вот через пять лет они разошлись, утверждая, что больше не любят друг друга. Но ведь остались двое маленьких детей, дорогих и отцу, и матери.

Почему в человеческих взаимоотношениях все так непросто? Почему так редко складывается семейное счастье? — с грустью думала Кристи, вспоминая о том, как любили ее родители, и что она пережила, потеряв их.

— Тебя это огорчает, да? — проговорил Элвин с нескрываемой укоризной.

— Ничего поделаешь, я такая.

— Знаю… Хочешь, я скажу, в чем твоя беда, Кристи? Ты далека от действительности и живешь в иллюзорном мире, где все поступают правильно. Но почему-то в этом мире ты осталась одна-одинешенька! Вспомни, каким успехом ты пользовалась в школе — и всех от себя оттолкнула! — Каждое из его слов болью отзывалось в сердце девушки, но она сохраняла невозмутимость. — Чудо-девочка Кристи! — продолжать поддразнивать ее Элвин. — Ты ведь никогда в жизни не оступалась! Не совершила ни единой ошибки! Не сломала ничьей судьбы, ни разу не встала между мужем и женой… Отличница!

Кристи собрала всю свою волю, чтобы не показать, как ранят ее жестокие слова Элвина. Она знала, что легко срывается, и научилась владеть своими чувствами, скрывая их в присутствии тех, кто был не способен понять, сколько душевных и физических сил отнимает у нее каждая минута борьбы с самой собой.