Нэнси: искушенный ангел - Shy Hyde

— Так я прав? — с усмешкой заполнил повисшее молчание голос.

— Кто ты? — испуганно спросила девушка.

— Ты уклоняешься от ответа, Нэнси Уотлинг.

— И откуда ты меня знаешь?

— Всему своё время. Имей хоть чуточку терпения, — голос стал вкрадчивым. — Так ты хочешь, чтобы я тебе помог?

— Как я могу доверять тебе, если даже не вижу тебя? Где ты?

— Я здесь, в этой комнате. Разве этого мало?

— Почему тогда я тебя не вижу? Покажись.

— Ха-ха, не каждому это дано. Меня может увидеть только смелый смертный. Ты же живёшь в вечном страхе.

— Неужели ты такой страшный?

— Отнюдь. Я чертовски красив, обаятелен и довольно-таки лучезарен. Чего и тебе желаю.

— Постой-постой. Голос явно из камина… и эти огненные шуточки… А может, ты просто галлюцинация? Дурной сон? В последнее время эти сны так похожи на пугающую явь…

В ответ ехидный смешок пролетел по всему дому, окружив Нэнси со всех сторон.

— Да, точно… галлюцинация. Какая же я дура, Господи.

И снова треск в камине, искры, зловещее шипение.

— Я всё поняла. Значит, тебе не нравится, когда я упоминаю имя Всевышнего…

Огонь в камине задрожал и почему-то стал зелёного цвета.

— Я же просил, — простонал голос в камине.

Нэнси усмехнулась. Теперь она осмелела, когда поняла, что в устах её таится сила против непрошенного гостя. И ещё девушка была уверена в том, что это всё сон, в котором она, наконец, хозяйка. Осмелев, Нэнси встала с кресла, подошла к камину и, присев, заговорила:

— А теперь, если ты не возражаешь, я бы хотела узнать твоё имя и, почему огонь стал зелёным?

— Нэнси Уотлинг, ты задаёшь слишком много вопросов. Давай лучше поговорим о тебе. Я ведь пришел помочь, — вкрадчиво мурлыкал голос из камина.

— Я не стану принимать помощь от невидимки, явившегося без приглашения. Помощь твоя тоже будет невидимой?

— Ты ведь была не против невидимой помощи странной барышни, которая оставила тебе во-о-он те несчастные брошюрки, что лежат на журнальном столике.

— Это Ума, моя лучшая подруга. И ничего она не странная.

— Ты хотела сказать «единственная» подруга?

— Пусть так. Но она ещё и моя соседка. Мы с детства дружим. И в конце концов, что плохого в том, что она иначе выражает свою веру в Бога?

Из камина послышался слабый стон, а пламя приобрело нежно-голубой цвет.

— Ах да, прости. Я забыла.

— Глупая женщина, — проворчал с досады голос. — И всё же ты поверила ей, хотя, как она может свидетельствовать о том, чего никогда не видела? А вот ты… имеешь все шансы…

Нэнси вздрогнула:

— Что ты имеешь в виду? — девушка придвинулась ближе к пламени.

— Ещё узнаешь. Ответ впереди, — уклончиво ответил голос.

— Странно, а почему огонь не греет? — вдруг заметила Нэнси.

— О горе мне, — вздохнул голос.

— Да, я не чувствую его тепла. Неужели это из-за цвета? — Нэнси протянула ладонь к огню. Всё ближе и ближе. И вот пламя уже касается её пальцев. — Как будто кто-то щекочет ладонь, — девушка улыбнулась и, сжав кулак, вытащила руку из камина. — Такое ощущение, что у меня в руке бабочка.

Нэнси разжала кулак. В её ладони горел голубоватый огонёк. Девушка поднесла руку к губам и задула пламя. На ладони остался пучок мелких белоснежных перьев.

— Брось это в камин, — промурлыкал голос, — пожалуйста.

Нэнси выполнила эту просьбу. Перья вспыхнули и исчезли в пламени.

— Спасибо, — послышалось из камина.

На лице Нэнси засияла безмятежная улыбка. Впервые за долгое время девушка почувствовала себя по-настоящему весёлой и счастливой. Все её страхи как рукой сняло. Было так легко и спокойно. Волна блаженства разливалась по её телу и несла с собой успокоение и беззаботность.

— Я вижу, ты счастлива, Нэнси Уотлинг, — заискивающе промурлыкал голос.

— Как никогда, — искренне ответила девушка.

— Отлично, — голос больше не мурлыкал, но он был одновременно и вкрадчивым, и глубоким бархатным, и пустым звенящим. — Я уже говорил, что явился, чтобы помочь тебе.

— «Явился»? Я ведь тебя до сих пор не вижу, — перебила Нэнси.

— Поверь, этого пока достаточно. Обещаю, покажусь тебе, как только всё скажу. Итак, я здесь, чтобы увековечить твоё счастье и предложить тебе, — он сделал паузу, — вечную жизнь!

...

Нэнси вскочила. По телу пробежала дрожь, удары сердца сотрясали повисшую вдруг тишину. Дрожь в руках и коленках, прерывистое дыхание, шум в голове.

— Да это же бред! — наконец сквозь звон тишины пробился голос Нэнси, который она сама не узнавала. — Огонь в камине не может предлагать человеку вечную жизнь! Он не может предлагать ничего, кроме тепла и тусклого света! Это не логично! Это не возможно!

— Но ты поверила своей подружке, которая верит в воскрешение после смерти. Выходит, ты веришь в то, что истлевшее тело может ожить и вести привычную нормальную жизнь? Вот уж где налицо полное отсутствие логики.

— Воскрешением будет заниматься не какой-то каминный огонёк, который сам не вечен, а Бог.

— Глупая женщина, — проворчал голос в камине, где горело уже фиолетовое пламя. — Ты всё еще думаешь, что я просто огонь? Ты даже не представляешь себе, КАК ты ошибаешься, Нэнси Уотлинг. К твоему сведению, я не менее вечен и могущественен, чем тот, кого ты только что назвала.

— Конечно, не представляю, ведь ты до сих пор не представился. Да и не надо, я не поверю тебе.

— Но, наверняка, веришь в меня, — промурлыкал голос.

— Я уже не знаю, во что и в кого мне верить. Я устала от всего. А этот сон начинает сводить меня с ума. Пора положить этому конец, — Нэнси взяла со столика брошюры, которые накануне принесла Ума, и подошла с ними к камину.

— Я правильно понял твои намерения? — испуганно пролепетал голосок.

Ни один мускул не дрогнул на лице девушки. Одно движение руки, и журналы полетели в огонь.

Раздался жуткий треск, разноцветные искры заплясали по дому. Пламя в камине бесновалось, и казалось, весь дом уже охвачен его безумной пляской. Но Нэнси была спокойна и равнодушно смотрела на это сумасшествие огня. Больше всего ей сейчас хотелось испугаться. Испугаться, чтобы наконец