Соседка отшельника - Мира Айрон

После того, как начался дождь, на улице похолодало, потому Эмилия явилась в джинсах, кроссовках и толстовке. Стояла у ворот, спрятавшись под большим чёрным зонтом, и выглядела безумно одинокой.

— Я сейчас разрыдаюсь от сочувствия и умиления, — вместо приветствия сказал Алан, глядя на Эмилию через проём ворот и не приглашая войти. Какими судьбами?

— Здравствуй, Алан!

— Здравствуй, если не шутишь. По какому поводу визит? Надеюсь, просто визит вежливости, и я могу уже закрыть ворота?

— Алан, хватит паясничать! Тебе абсолютно не к лицу изображать из себя подростка с демонстративным поведением.

— Эмилия, я сам разберусь, что мне к лицу, а что нет. Я просил не появляться у моих ворот? Просил. Тогда какого дьявола?!

— Алан, я пришла, чтобы поговорить с тобой, и не уйду, пока ты меня не выслушаешь. Если понадобится, буду сидеть у твоих ворот всю ночь. Неужели так трудно дать мне возможность хотя бы объяснить свои поступки? Просто объяснить, чтобы ты не понимал их превратно?

— То есть, поступки сами по себе всегда были абсолютно адекватными, а всё дело во мне и в моём превратном их понимании и восприятии? — усмехнулся Алан. — Эмилия, ты неисправима!

— Вполне возможно, что со стороны моё поведение и кажется излишне эксцентричным и неуравновешенным. Но я тебя уверяю: всё было вполне закономерно.

— Даже интересно стало, — кивнул Алан. — Пожалуй, готов выслушать.

— Я могу войти? — Эмилия попыталась проскользнуть во двор, однако хозяин дома преградил ей дорогу.

— Мы будем разговаривать здесь, Мила. Я ведь предупреждал о том, что никого не впускаю в свой дом.

— Хорошо, я могу и здесь, — пожала плечами женщина, но Алану удалось заметить разочарование, промелькнувшее в её глазах. — Понимаешь, Алан… В наших отношениях ты всегда опережал меня на несколько шагов. Ты… как будто был взрослее в плане развития отношений, их эволюции.

— Тебе виднее, — нейтрально заметил Алан, который пока не мог определить, куда повернёт разговор.

— Ты готов был сразу после окончания школы начать жить вместе, а я — нет. Я не могла просто оставить свою мечту, которую вынашивала с детства. Потому и уехала. Как только у меня появилась потребность жить с тобой под одной крышей постоянно, так сразу я вернулась. Однако вернувшись, ещё не была готова стать твоей женой по закону. А ты настаивал. Но я не могу принимать подобные решения через силу, Алан! Тем более, считаю замужество очень серьёзным шагом, таким, чтобы на всю жизнь. Потому вновь ушла и дождалась того момента, когда сама захотела за тебя замуж.

— То-то я смотрю, мы до сих пор женаты, Мила, — Алану стало по-настоящему смешно. — Вот оно как! На всю жизнь!

— Это ты подал на развод! Я была против!

— Настолько против, что не дала мне развод через ЗАГС, пришлось пройти через суд, и ты не явилась ни на одно заседание.

— Я не готова была стать матерью, пойми! Алан, какой бы я ни была, я всегда понимала тебя и принимала таким, какой ты есть. Почему ты не хочешь меня принять?

— Что за семья без детей, Мила? Как можно выйти замуж за человека, но при этом не хотеть рожать от него детей…

Алан вдруг смолк на половине фразы и во все глаза уставился на Эмилию. До него начало доходить.

— То есть, ты в очередной раз нарисовалась рядом со мной, потому что теперь-то готова?

— Пойми, Алан, я не могу без тебя жить и мечтаю стать матерью твоих детей!

Благов в течение нескольких секунд смотрел на Эмилию, а потом шагнул назад и захлопнул ворота перед её носом.

— Прощай, Мила! — крикнул через забор. — И сделай так, чтобы я больше никогда тебя не видел! По-настоящему!

Глава 3

«Пусть хоть обзвонится в ворота, больше не открою!» — яростно подумал Алан, быстро поднимаясь по крыльцу. Закрыл двери и сразу прошёл в ванную. Нестерпимо хотелось умыться холодной водой.

В ворота больше никто не позвонил, мужчина умылся и отдышался, однако злость так никуда и не уходила. По правде говоря, злился он вовсе не на Эмилию, поскольку она не сказала и не сделала ничего необычного, была исключительно в своём репертуаре.

Благов был очень зол на самого себя. Переживёт он когда-нибудь это наваждение или нет? Перерастёт ли? Ему четвёртый десяток, а он по-прежнему реагирует на бывшую как подросток. И чувствует боль, и беззащитен перед ней…

Около получаса Алан сидел за столом и делал вид, что работает, хотя фактически не мог разобрать ни одной строки.

— Нужно уехать! — воскликнул он, прекратив делать вид, будто занимается переводом. — И встретиться с Машей.

Однокомнатная квартира, которую Алан купил в тот год, когда Эмилия была «профессиональной путешественницей и видеоблогером», теперь пустовала. Мужчина не хотел сдавать её чужим людям.

Иногда, когда Благову хотелось временно сменить обстановку, он на несколько дней уезжал в квартиру, которая была расположена в многоэтажном доме на первой линии. Там было шумно даже по ночам, и получив «порцию мегаполиса», Алан начинал ещё больше ценить свой уединённый дом.

Быстро собрав вещи, сложив в специальную сумку ноутбук и сдав дом под охрану, Благов сел в машину и покинул коттеджный посёлок. Вот и всё. Теперь он хотя бы не будет находиться в постоянном напряжении и в режиме ожидания какого-нибудь «пируэта» от Эмилии.

С Марией, которая была моложе его на восемь лет, Алан познакомился полтора года назад. Девушка работала администратором в парикмахерском салоне, который посещал Благов.

Маша так же, как все предыдущие подруги Алана, была очень энергичной и общительной особой. Будучи сам неисправимым флегматиком со склонностью к меланхолии, мужчина подсознательно стремился компенсировать некоторые черты собственного характера.

Они с Машей встречались время от времени, но при этом уважали личное пространство друг друга, и каждый сохранял свою свободу.

Когда-то в юности Мария была замужем, и в браке у неё родилась дочь, которая сейчас жила в крае у родителей Маши.

В самом начале отношений Алан даже подумывал о том, чтобы их узаконить, давал Марии понять, что готов познакомиться с ребёнком. Однако молодая женщина очень легко относилась ко всему, а от просьб Алана лишь отмахивались. Вскоре мужчина уже радовался тому, что не поспешил озвучивать свои мысли, да и сформироваться им толком не дал, поскольку понял: для семейной жизни Маша точно не подходит. Во всяком случае, ему.

По пути в город Алан позвонил подруге и сообщил о своём приезде. Он собирался встретить её из салона, однако оказалось, что