Измена. Закрывая гештальты - Дора Шабанн

Что в таком случае делает современная, не сильно отставшая от плодов прогресса, женщина?

Я попробовала спастись в электронных библиотеках на литературных порталах. Это сейчас их неожиданно много, а тогда я активно покупала и читала на двух. Поглазела я на обновления, прочитала небольшое количество продолжений. Загрустила сильнее, так как в жизни моей впервые за тридцать восемь лет случилось страшное — я поняла, что мне, в принципе, не хотелось читать.

Не привыкшая маяться бездельем, я тогда села, прикинула свою занятость на работе и дома, и постановила неожиданное — писать самой. Чтобы вот в такие тяжелые моменты точно было что перечитывать и умиляться (или ужасаться), в общем — как пойдет.

Все сложилось не просто и не сразу.

Через слезы и отрицание своих возможностей, неприятие близких, ночные кошмары от выстроившихся сюжетов и муть бессонницы от не сложившихся, но меня несло.

— Арина, это недопустимо, что ты забросила Костину учебу! — на разные лады негодовала вечерами по телефону матушка.

— Мам, ты правильно сказала — это Костина учеба. Я тут ни при чем, — у меня был порыв вдохновения, и я отвечала, с упоением печатая продолжение новой истории.

— Как ни при чем? Это твой сын. Ты должна… — ой, нет. Не сейчас про долги перед семьей и будущим, пожалуйста!

У меня там люди решают убить друг друга или пожениться, какие уроки?

— Мамочка, услышь меня: он взрослый человек, уже в пятом классе. Ты же никогда со мной уроки не делала.

Тяжелый вздох Алены Ивановны, кажется, сдул у меня с тумбочки бумаги:

— Эти твои детские обиды, Арина, давно пора забыть.

Да боже ж мой!

Как скажете, только отстаньте:

— Ну, забыть так забыть. До свидания, мам. Кот — уже большой мальчик, он справится. Ты же веришь в своего внука?

И на этой провокации я ныряла обратно.

В мой счастливый выдуманный мир.

Я получала такую дозу эйфории от написания историй, что на этом допинге у меня и обычная унылая работа проходила быстро, качественно и без страданий, и дети как-то сами учились, и дом тоже не развалился.

Ну, или это я так думала.

Главным же во всей этой эпопее было то, что, кроме обязательной нудной, но очень одобряемой обществом работы, у меня появилось приносящее радость хобби.

Неожиданно, но вот уже пятый год я писательница современных любовных романов, и три года, как получила коммерческий статус на некоторых порталах. Доходы пока невелики, но уже ощутимы.

Как легко и просто случайный недельный отдых на недавно открытом пригородном курорте обернулся семейной традицией выезда на лыжах везде и всюду, пока есть снег, так и короткая история неожиданной любви Оли и Егора в романтическом зимнем антураже елей, трасс и новостроек «Красной Поляны» подарила мне чудо самовыражения и, надеюсь, долгую дорогу по ниве писательства.

Но, увы, я стала забывать о том, как у меня традиционно складывается жизнь и что нельзя выбирать «короткую дорогу к грибам», ради удобства или экономии времени. Все эти случаи упрощения ведут потом длинным путем к глобальным переменам.

Забыла, за это, собственно все последующее и получила.

Глава 3

Ты помнишь, как все начиналось?

'Ты помнишь, как все начиналось.

Все было впервые и вновь.

Как строили лодки,

и лодки звались Вера, Надежда, Любовь…'

А. Макаревич «За тех, кто в море…»

Очень давно, на заре нашей бурной юности, более двадцати трех лет назад, когда мы Ромой познакомились и начали встречаться, мы очень хотели быть взрослыми и самостоятельными.

— Свадьба — только после получения диплома, только за свой счет, никаких обременений родни своими трудностями и проблемами, — мой жених был категоричен.

А я, перед самым обручением совершившая невероятно сложный для себя выбор, согласно кивала и полностью его поддерживала.

Что сказать: молодые были, глупые. Отчасти так все позже и реализовалось, но были нюансы.

Ромка учился на инженера, я — на экономиста, университеты наши были рядом, веселая студенческая тусовка пересекалась в метро, близлежащем парке с пивком, в кафешках и у лотков с мороженым. Так, однажды и столкнулись три будущих инженера и четыре перспективных специалиста планово-экономических отделов любого предприятия.

Как-то задружили, загуляли, много пили, плясали на дискотеках, шарахались по прекрасному городу, ездили на электричках по пригородным дворцовым ансамблям, смотрели на развод мостов, лазерные шоу и салюты.

Через полтора года этих мотаний, оказалось, что сложилось две пары и один треугольник. В итоге все же как-то разобрались, и Анфиса с Марком поженились сразу после того, как мы зимой защитили с девчонками дипломы.

А история отношений гениального Петра и двух Анастасий такая классически-неприятная и обычная, что до сих пор у меня хранится в набросках для студенческого романа. Только вот внутри меня от нее до сих пор так корежит, что руки все не доходят, не доходят… и, видимо, не дойдут.

Так вот, к чему я это? С возрастом, когда начали появляться дети, мы с Ромкой концепцию родительского неучастия в нашей жизни пересмотрели в сторону послабления. То есть дали доступ бабушками и дедушкам, коих у нас наблюдался полный комплект с обеих сторон, в нашу детскую.

— Ох, ну надо же, образумились, — с порога заявила мать моя Алена Ивановна, прихватывая из манежа годовалую Леру и увозя ее на первую ночевку у бабушки.

Вернули ребенка через сутки и прилично обсыпанного. Привез его дед и был лаконичен:

— Да мать твоя начиталась тут новейших исследований и решила ввести прикорм.

— Но Лера любит и яблоки, и груши с полугода. Она даже брокколи ест, пап, — я была в шоке и не понимала с чего такой пожар на попе, щеках и ногах.

— Манго, — родитель был краток.

Сначала я хотела позвонить матери и высказаться от души, но потом замоталась и злость как-то повыветрилась.

Я выдохнула, вспомнила о почтении к родителям и… промолчала.

Просто следующая ночевка Леры у бабушки состоялась после дочкиного первого юбилея. При этом деду было строго-настрого наказано:

— Никаких пищевых и прочих экспериментов. На маму надежды нет, поэтому смотри внимательно, пап!

Обалдевшие от помилования родители ломанулись проявлять бешеную активность в направлении внуков, так как у нас