Там чудеса - Вероника Азара

Пока осматривалась, Павел и Мирлис бросились к лежавшему рядом со мной Серому.

— Настя, помоги!

Приказной тон и на этот раз проглотила молча. Желание спорить отбило, кажется, надолго. Подбежала, краем глаза отметив, что из-за деревьев показались наши кони. Шли они бок о бок, дрожа, до сих пор переживали настигший ужас.

Павел откинул лобастую голову волка, из угла пасти сочилась струйка крови.

— Ему пришлось хуже всех, — пыхтя сквозь стиснутые зубы, проговорил Мирлис, подтаскивая мешок оборотня.

Можно подумать, я этого не поняла. Похоже, что нас задело краем. Не мы были нужны той “копёнке”.

Суетясь, крутилась вокруг, не зная как подступиться и что делать — в анатомии волков не сильна.

— Воды принеси!

Павел командовал не глядя, по-видимому, мне, у Мирлиса ведь лапки, он для похода за водой не годился. Подхватила котелок и помчалась через поляну к роднику в сопровождении пары волков, показывавших дорогу.

Пока я, спотыкаясь и ойкая, когда в босые ноги впивались сучья, бегала за водой, Мирлис когтями распотрошил мешок и достал какие-то кулёчки и свёрточки. Едва вернулась, он принялся командовать, лапой указывая, что и в каком порядке смешивать. В это время волки перетащили несколько сухостоин для костра. Зелье приготовили быстро.

Павел тем временем что-то делал у не подававшего признаков жизни волка.

Мешая в котелке, то и дело посматривала на распростёртое тело. Жалко зверя до слёз, такого большого и красивого. Он очень отличался от окружавшей стаи. Все волки обычные, серые, а у этого шкура трёхцветная, это рассмотрела только теперь, расположившись очень близко. Издалека он казался бурым, но на самом деле в мех намешаны белые, рыжие и чёрные волоски. На шее большая тёмная грива, почти как у льва, огромные лапы — моих две ладони надо, чтобы поместить такую…

— Готово, — сообщил рыжик.

Протянула котелок Павлу, тот попытался влить в пасть Серого зелье. Увы, не вышло. Жидкость вытекала между зубов, не проходя в горло.

— Павел, погоди, — полезла в свою котомку. — Чёрт, где она…

— Что ищешь?

Мирлис, как всегда, сунул свой нос. Молча оттолкнула его локтём, не прекращая поисков, пока не нащупала на дне забытую в дорожной суете флягу.

— Попробуй, это должно помочь.

Павел застыл, едва выдернула пробку. По поляне поплыл знакомый чарующий аромат. С дальнего конца поляны раздался придушенный хрип, туша дёрнулась, навевая повторный ужас.

— Не бойся, — оборотень выхватил флягу. — Он скован надолго и не может причинить зла сейчас.

— Оно живое?!

У меня волосы зашевелились.

— Живое, живое. Эту тварь убить невозможно.

Осчастливил меня рыжик, внимательно следя за действиями оборотня, который осторожно поднёс откупоренную флягу к дёрнувшемуся волчьему носу.

Веки волка дрогнули, но глаза открыть не смог. Тогда оборотень осторожно, по капле стал вливать эльфийское вино в приоткрытую пасть.

Обессилено опустилась на ближайшую кочку. Ноги не держали, рука как свинцом налилась. С чего бы это?

Глянув, чуть не врезала сама себе этой самой рукой — на запястье, несколько раз обкрутив его, висела цепь талисмана. Ничего себе, в панике про него абсолютно забыла, а он, как живой, переполз на запястье, защёлкнув застежку.

Интересно, как я готовила зелье с такой гирей? Едва начала разматывать цепь, как заметила, что оранжевый камень погас, помутнел, исчерпал силы, а вот голубой подмигивал едва заметными на солнце переливами, робко предлагал воспользоваться своей помощью.

Что ж, в критической ситуации любая помощь подойдёт.

На коленях подобралась к волку и, стараясь не смотреть на его клыки, провела рукой вдоль морды. Камень замерцал ярче.

— Ко лбу приложи, — тихо подсказал Павел, поддерживая огромную голову.

Приложила.

Опавшее, обессиленное тело на глазах наливалось жизнью. Я физически ощущала, как кровь в его жилах бежит быстрее, как ровнее стало биться сердце. Волк сглотнул. Павел быстро влил в пасть зелье. Безвольно лежавшие лапы напряглись, глаза, наконец, открылись, в них проскользнула искра. По поляне пронёсся единодушный вздох облегчения. Показалось, даже волки перевели дух.

В какой-то миг мне стало дурно. Стараясь не обращать на это внимания, следила за мерцанием, вдруг камень померк, словно говоря — хорошего понемногу.

Да, волк уже не выглядел кандидатом на тот свет. Глаза ожили, он смог выпить приготовленное зелье, куда Павел щедрой рукой влил и пару глотков эльфийского вина.

Покончив с лечением защитника, Павел приказал волкам отправиться на разведку и охоту. Потом подозвал своего коня.

— Ты что делать собираешься?!

— Не вопи, — поморщился оборотень. — От твоего вопля листья облетают.

Ничего себе! Вопль мой не нравится. И где это он листья видит, после прошедшего урагана одни иглы на ёлках кругом, да и те через одну.

По команде хозяина, конь опустился на колени рядом с лежащим волком, и Павел попробовал приподнять зверя. Ага, как бы ни так! Переднюю половину поднять он смог, но волк был слишком велик и тяжёл, так что взвалить его на спину коня можно было, только прокатив, весьма неласково, по земле. Да и то, со спины коня он свисал бы до земли. Ну, и сам зверь был до сих пор не в том состоянии, что бы с ним так обращаться.

— Может, подождём, пока сам идти сможет? Коня ведь угробишь…

Павел хмуро посмотрел сначала на меня, потом на волка.

— Нет, надо увезти его подальше отсюда, тогда быстрее оклемается.

— Помочь?

— Творец! Да чем ты можешь помочь?! — оборотень зло рыкнул через плечо, опуская лохматого пациента на землю.

Скакун поспешил подняться.

— Если не я, то кто?

И чего, собственно, злится? Мирлис точно не помощник, волки тоже, так от кого он ещё намерен помощь получить, раз уж собрался тащить вожака с собой?!

Задумчиво пожав плечами, оборотень окинул взглядом поляну. И проговорил, не найдя прорастающих из-под земли тяжелоатлетов:

— Ладно, давай попробуем.

— По-моему, проще помочь ему встать и поддержать, пока он сам не заберётся на седло.

— Не выйдет, — Павел махнул рукой, — сама видишь, в каком он состоянии.

— Ничего, жить захочет — выйдет, — отрезала я.

Что прикажете делать? Подъёмный кран вызывать? Тут мне в голову пришла идея.

— Павел, погоди, знаю, как надо. Если только Прибой согласится…

Оборотень сообразил мгновенно.

— Настя, умница! Где там у тебя плеть? Бегом к роднику, вызывай!

Ага, сейчас! Опять босиком к роднику?! У меня ноги ещё от прошлой беготни не прошли! Я сунула руку в кармашек и вытащила