Трудный возраст 2 - Яна Лари

Алёше всего три года, а его поступки уже ставят меня в тупик. Он постоянно с кем-то дерётся и это тревожит меня настолько, что я решилась на консультацию у детского психолога, визит к которому меня скорее взволновал, чем успокоил.

Мне объяснили, что дети в этом возрасте осваивают шаблоны поведения. И единственный эффективный способ коррекции – правильный пример для подражания. Другими словами, Алёше нужен положительный кумир, повадки которого он станет копировать. И лучше пусть это будет член семьи, чтоб охватить весь спектр отношений.

Слова врача подкрепила статистика. Абсолютное большинство преступников и наркоманов не имели в детстве отца.

Так в нашей жизни появился Верблюдов. Он показался мне надёжным, он мне симпатичен даже. Но тут откуда ни возьмись возник Лиам…

Я захожу в квартиру растерянной, и это наверняка бросается в глаза.

– Он не один из твоих бывших студентов, да, Марина? – аргументирует моё состояние Иван, склонив голову набок и внимательно наблюдая за моей реакцией.

В его вопросе чудится сарказм.

Мне очень хочется огрызнуться, что вижу Лиама каждую ночь. И не важно на какой стадии мои новые отношения. Лиам всё равно продолжает мне сниться. Будто навечно застрял девятнадцатилетним в номере отеля, где прижимает меня к себе среди разбросанной на полу одежды, и хрипло тянет по слогам: «Не от-пу-щу»…

Конечно, ничего подобного я не произношу. Это всё нервы.

– Это отец Алёши.

– Ты спала со своим студентом?

– Он никогда не был моим студентом.

Он в принципе никогда не был моим.

– М-да…– Иван смотрит на меня с удивлением.

Я не могу его винить. Сама первое время была того же мнения.

– Дерьмовая ситуация, да?

– Ты его всё ещё любишь?

Вот поэтому я уважаю Ивана. Он всегда задаёт правильные вопросы.

– Он вызывает во мне разные эмоции… – неопределённо пожимаю плечами.

Сегодня мне ошибочно показалось, что меня отпускает. После работы мы забрали Лёшу из садика и поехали загород. Был чудесный пикник на поляне турбазы, мы видели ежа и кормили белок.

У Лёшки так блестели глаза! От улыбки на порозовевших щеках мелькали ямочки. Я не выдержала и впервые поцеловала коллегу, сжимая пальцами его рубашку, словно желая доказать себе, что вовсе не признательность мной движет. А то, что сердце запнулось, так это с непривычки. После Лиама в моей жизни не было других мужчин.

По лицу Ивана пробегает тень.

– Как давно вы не виделись?

– Прошли годы.

– Ясно…

Я усмехаюсь.

– Скажешь, что у него теперь нет на нас никаких прав?

– Это тебе решать. Но я хочу, чтобы ты понимала. Это уже не тот, кого ты запомнила. К тому же он всё ещё очень молод и вряд ли отказывал себе в… удовольствиях. Сама-то сможешь это принять?

Мы думаем одинаково. Но понимать – одно, а слышать почему-то больно…

Иван привлекает меня к себе и зарывается пальцами в волосы… Мягко массирует голову…

– Прости, я сейчас не в себе… – отстраняюсь, когда наши лица оказываются на расстоянии выдоха. – Этап казался давно пройденным, а теперь и не знаю, что делать.

– Для начала ответь себе на вопрос: ты можешь ему доверять? Он Лёшку не растил и не факт, что привяжется. Ты – мать, тобой легко манипулировать. Но называть себя отцом не то же самое, что быть им.

Логика в его словах есть, конечно. А вдруг Лиаму игра в отца наскучит? А вдруг он назло отберёт у меня сына? Как уберечь ребёнка от предстоящего хаоса? Мне страшно, капец просто!

– Иван… Он сказал, что сегодня зайдёт. Ты можешь задержаться? – решаюсь попросить. – Мне так будет спокойнее.

– Конечно. Я буду рядом.

Больше мы эту тему не обсуждаем. До позднего вечера, как на иголках, напряжённо переглядываемся, пока Лёшка с боевым кличем отбивает от Барсика свой вигвам.

Я зависаю в бесконечных вариациях диалога. Пытаюсь выстроить стратегию, но Лиам всегда находил мои слабые места. А у меня их осталось не так много, вернее, всего одно… Уверена, что Лиам будет действовать через сына и уже за это хочется надавать ему по лицу!

И ещё, потому что… везде ловлю своё отражение с румянцем на щеках и дурным блеском в глазах. Сердце колотится как ненормальное. И ведь жду его! У меня практически ломка…

Боже, я это что – серьёзно?!

Злюсь, потому что потратила уйму времени, чтобы уйти от этого.

Нельзя так Марина. Это раньше в омут с головой можно было. Теперь – нельзя!

Иван заглядывает в детскую комнату. Здесь шумно.

– В дверь позвонили. Иди, я с Лёшей побуду…