Дэниел и ангел - Джилл Барнет

— По-моему, у нее истерика. Ее голос срывался от рыданий:

— Все ушло! Все самое прекрасное… Ушло… Меня низвергли…

Лили почувствовала: кто-то из мужчин склонился над ней, причем так решительно, что казалось, будто он раздвинул воздух.

— Сейчас же прекратите реветь, Лилиан. Сейчас же! Немедленно!

Ее плечи продолжали трястись, и она ничего не могла с этим поделать.

— Перестаньте!

Лили изо всех сил старалась сделать то, что от нее требовали, но почему-то каждый вздох сопровождался судорожным рыданием.

— Хватит!

— Мистер Стюарт, так вы ничего не добьетесь. Лучше пока оставить ее в покое, я ей дам что-нибудь успокаивающее, обработаю ссадины, и она вскоре заснет. А сон — прекрасный лекарь.

Сильные руки приподняли Лили, но сквозь слезы она опять видела лишь чей-то темный силуэт. Ее осторожно перевернули на бок.

От резкой боли она вновь застонала, а мужчина что-то ласково прошептал ей. Сморгнув слезы, Лили наконец рассмотрела склонившегося над ней мужчину и на мгновение потеряла дар речи — он напоминал самого дьявола.

Высокий лоб, невероятно суровое лицо, широкие густые брови. Черные, как воды Стикса, коротко остриженные волосы придавали ему угрожающе-зловещий вид.

Возможно, этот мужчина не показался бы Лили таким необычным, но резкие черты лица, словно высеченного из гранита, и жесткие складки в углах рта разительно отличались от той красоты и гармонии, которую она привыкла видеть на небесах. Контраст поразил ее.

Вместе с тем Лили почувствовала в нем что-то притягательное, хотя и не знала, что именно. Между тем мужчина пристально всматривался в нее своими угольно-черными глазами, сверкающими в темноте так устрашающе-неистово, будто он и в самом деле давно продал душу сатане. Мужчина подхватил Лили на руки и широким, легким шагом вышел из комнаты — казалось, он несет пушинку.

Позади семенил доктор. Они поднимались по высокой лестнице, и тот, что нес Лили, холодно и сердито посматривал на нее. Девушка попыталась приподнять голову, но его взгляд парализовал ее.

Наконец они добрались до самого верха, и кто-то услужливо отворил перед ними дверь. Лили заметила только убеленного сединами слугу и в ту же секунду очутилась в удобной и мягкой постели.

Неожиданно для себя она благодарно пожала руку мужчины.

— Надеюсь, я не причинил вам боль? — осведомился мужчина низким глуховатым голосом.

— Ничуть.

Мужчина посмотрел на свою руку, которую все еще сжимала Лили, и его суровый взгляд неожиданно смягчился, а лицо приобрело новое, необъяснимое выражение.

— Но боюсь, что сейчас причините, — заметила Лилиан, бросив взгляд на свою руку, которую теперь не выпускал он.

Мужчина освободил руку и, снова загадочно посмотрев на девушку, молча вышел.

Д.Л. прислонился к двери спальни, скрестил на груди руки и прислушался к мерному дыханию Лили.

Не понимая, зачем это ему, он тем не менее не двигался с места.

Сон не шел к нему, в чем, впрочем, не было ничего удивительного. Он уже успел немного вздремнуть, и отдохнувший мозг сейчас не нуждался в передышке. Д.Л. привык к многочасовой работе и не страдал бессонницей, но не умел спать подолгу.

Стюарт попытался заняться делом, но у него ничего не вышло — мысли возвращались к пострадавшей женщине, мешая сосредоточиться, хотя, проснувшись, он сразу же подумал о возможных доходах от последней заключенной сделки. Толку от нее вообще-то было не слишком много, но сам процесс бизнеса давал Д.Л. огромный заряд энергии. Кроме того, ему, как правило, поразительно везло, и наличных вполне хватало для того, чтобы ощущать свое могущество.

И вдруг эти размышления неожиданно сменились какой-то несуразицей. Стюарт, словно помимо воли, вышел из кабинета, пересек широкий холл, остановился возле комнаты Лилиан и приоткрыл дверь.

Лунный свет заливал спальню и серебрил белокурые волосы женщины, светящиеся в темноте, как нимб. Не сразу поняв, что это игра света, Д.Л. застыл при виде этого фантастического зрелища. Что-то подтолкнуло его к постели, и он осторожно коснулся ее волос, тут же испытав какие-то доселе неведомые чувства. Странная прохлада и мягкая шелковистость этих прядей, разметавшихся по подушке, возбуждали в нем желание гладить их снова и снова.

— Почему вы так смотрите на меня?

Он остолбенел вовсе не от того, что Лилиан не спала. Ее простой и естественный тон поверг Стюарта в смятение, которого он не знал прежде.

В зеленых глазах Лилиан он прочел откровенное любопытство и неподдельное восхищение.

— Я думал, вы спите.

— Вовсе нет.

Стюарт увидел, что она не притронулась к стакану с успокаивающими каплями, стоящему на прикроватном столике.

— Значит, вы не выпили лекарство?

— Нет.

— Так. Понятно. Стало быть, бунтуете…

— Со мной случилось несчастье; поэтому я сюда и попала.

Уставившись на Лили, Стюарт пытался понять, отчего она смотрит на него с таким восхищением. Она совсем не походила на падшую женщину.

— Вы, наверное, подумали, что я… Что мне… Я не знаю. — Она бросила на Д.Л. умоляющий взгляд, будто прося его подсказать нужное слово.

— Что вам скучно?

— Да! Вы правы. Мне было очень скучно! — Лилиан присела. — Вот я и ждала, когда вы меня навестите, чтобы немного поболтать с вами.

— Но вы же не могли знать, что я приду сюда!

— Конечно. Но все-таки вы пришли…

Растерянный Стюарт молча разглядывал эту странную женщину, скучающую по ночам. Он сам забыл о том, что такое скука, едва переступив порог этой комнаты.

— Мистер Стюарт, а что означает это странное сочетание — «Д.Л.»?

Она поудобнее устроилась на подушке, словно готовясь к длительной дружеской беседе.

— Дэниел Линкольн.

— Линкольн? Известный законодатель и президент?

— Терпеть не могу, когда начинают вспоминать старика Авраама. Меня назвали в честь моих дедушек!

— Как это романтично!

— Полагаю, имя Ромео понравилось бы вам гораздо больше.

— Нет, что вы! Я вовсе не хотела обидеть вас. Дэниел — прекрасное имя. «Неужели он действительно обиделся? — подумала Лили. — Как глупо обижаться на такой пустяк!»

Стюарт молчал, но, видимо, обдумывал ее слова. Лили приподняла руку и впервые взглянула на незнакомую одежду:

— А что это на мне?

— Сорочка, конечно. — Дэниел пожал плечами.

— Ваша?