Смородина Зимняя - Кира Полынь

Оторвался и оторопел.

Поцелуй. Сладкий, неземной, он пьянил и заставлял кровь кипеть, но остаться с ней до утра? Он сам себе не мог пообещать, что сдержится, а пугать девочку?

Перед глазами уже танцевали образы, как красиво воздушное платье цвета лепестков вишни спадает к ее ногам, позволяя рассмотреть, жадно разглядывать стройное тело. Он был уверен, ее кожа будет светиться, отражая свет луны, а белые волны волос до самых бедер окончательно его добьют, делаю девушку сродни богине. Его богине, личной и несменной.

- Ваолет…

Глава 4

- Тшшш… Я так хочу. Не отказывай мне в новогоднем чуде.

Сам не заметил, как сгреб ее, и пошагал прочь. Казалось, окажись сейчас перед ними стена, он бы прошел ее, не замечая, не выпуская их рук свою добычу. Он не смотрел на дорогу, просто шагая вперед, изучая томный и чуть пьяный взгляд девушки, что смотрела прямо ему в лицо.

Ваолет осторожно сжимала своими пальчиками его плечи, позволяя уносить себя все дальше по коридору. Она не верила. Не верила, что он согласился! Хотя, какой мужчина отказался бы провести с принцессой ночь, еще и по ее приглашению, но в мужчине что-то изменилось. Он стал более сосредоточенным, натянутым, напряженным, и все сильнее сжимал свои руки под ее ягодицами, не замечая, как волочится за ними ее воздушный подол.

Дверь за спиной давно захлопнулась, а генерал продолжал держать ее на руках, не решаясь отпустить. Стоит только разжать руки, и она вспорхнет бабочкой и исчезнет, растворится, оставляя его один на один с отчаяньем. Но девушка не собиралась исчезать и настойчиво тянулась носочками к полу, пытаясь опуститься на ноги. Поставил, но руки не разжал, лишь поднимая их выше и задерживая на талии, не в силах отпустить.

- Мар-ркус. – Мягко позвала она и удивительно уверенно, повела плечами, избавляясь от его сюртука, который с глухим звуком упал к ногам, оставляя ее белые плечи открытыми. – Поцелуй меня еще р-раз?

Он готов был зацеловать ее полностью, всю, с головы до ног! Попробовать, покусать, вылизать, ведь она понятия не имеет какая же вкусная у нее плоть, в которую Маркус готов был впиться голодным псом.

«Не напугать. Не напугать» - повторял вновь и вновь, разворачивая к себе смущенное, полыхающее румянцем лицо.

- Я поцелую. – Проглотил слюну, замечая, как влажно блестят ее глаза.

- В губы?

- В губы.

- А в шею? Вот сюда? – Она смешливо улыбнулась и положила кончики двух пальцев на точку между ключиц, заставляя мужчину дернутся.

Она сама не понимает, что предлагает и кому.

Сколько раз он представлял, как целует ее, целиком и полностью. Каждый сантиметр ее кожи. Начиная от ушек, заканчивая маленькими пальчиками ног, каждую выемку, каждый участочек, родинку и шрамик. Вся белая кожа должна огнем гореть под его губами, или он возненавидит себя до омерзения.

- А я могу поцеловать тебя? – Спросила, не дождавшись ответа, заметив, как напрягся мужчина и шумно сглатывал слюну, не отрываясь, рассматривая ее ключицы.

- Как и куда захочешь, Ва… Ваолет. – Хотел обратиться по титулу, но вовремя передумал, не в силах поверить в то, с каким нетерпением сжались ее пальчики на кулачках, до хруста.

- Тогда, я поцелую тебя куда хочу. Присядь. – Моргнул, не понимая, чего от него просит девушка и тут же упал на стул, что слава богам, стоял за спиной в незнакомой спальне для гостей.

Ей пришлось лишь чуть-чуть наклониться, и, не теряя даром волшебные минуты до рассвета, она нерешительно прижалась к его губам, с сожалением ощущая, что мужчина не отвечает.  Словно солдат, он сидел смирно, с идеально прямой спиной, опустив ладони на колени, будто в ожидании приказа сорваться с места.

Стало горько.

Да, Ваолет, это лишь твоя фантазия, и даже не смотря на то, что генерал позволил себя увести, ничего между ними не изменилось, он все так же был холоден и спокоен.

- Почему я чувствую сожаление? – Спросил он, стоило ей оторваться от его губ и открыть глаза.

- Вы не хотите целовать меня, генер-рал. Пр-ростите. - Распрямилась и собралась уйти, но не успела.

Маркус не сдержался.

Что значит, не хочет целовать!? Да у него мозги кипят от одной лишь мысли, что он коснётся этих губ, что разделит с ней дыхание.  Из последних сил держится, чтобы не сорвать с нее платье, не бросить на кровать и не навалится сверху, обозначая свою территорию!

- Что значит, не хочу?!

- То и значит. – Ответила, хлопая огромными глазами, оказавшись на его коленях.

- У меня зубы сводит от желания. Я тебя напугать боюсь, Ваолет. Целовать тебя мне мало, я не надышусь даже, я всю тебя хочу, Ваше Высочество. – Она, кажется, не верила тому, что слышит. – И сюда целовать хочу. – Сорвал легкий поцелуй с губ. – И сюда хочу. – Коснулся губами плеча и скользнул ниже, под ключицу. – Везде, смородина. Везде тебя целовать хочу.

- Так целуй, Мар-ркус! – Всплеснула руками немного обижено. – Ты тратишь минуты до утр-ра!

- Больше не буду. – Улыбнулся, как дурак, чувствуя радость от ее нетерпения.

Она тянулась к нему, мягким полотном растекаясь по пальцам, позволяя прижимать себя, не сдавливая от страха и трепета, что уйдет. Сама обняла за шею, плотнее пододвигаясь сидя на коленках, и отвечала на поцелуй чуть постанывая.

Нежная. Какая же она нежная.

Доверчивая и открытая, она позволяла мозолистым пальцам скользить по ее щекам, шее, спускаясь к груди, верх которой виднелся в праздничном платье. Он всеми силами держал себя, чтобы по-мужицки не заглядывать каждый раз в ее декольте, но сейчас это было бы не возможным и, накрыв ладонью мягкое полукружие, он большим пальцем огладил нежную кожу.

- Аах… - Ваолет в его руках резко вдохнула и потянулась грудью навстречу, поднимая в мужчине те самые звериные повадки, заставляя балансировать на грани того, чтобы не уткнутся лицом между двух мягких холмиков и не зарычать.

Она задышала часто, смущенно уткнувшись носом в его шею и притихла, вздрагивая под танцующими пальцами на своей спине. Целовать везде? Это он с радостью, с щенячьей безграничной радостью исполнит все, что она скажет, сейчас нетерпеливо растягивая шнуровки