Маленькая - Павел Валерьевич Шершнёв

— Значит, я тоже почти карлик. — улыбнулся Дмитрий.

Затем разговор плавно перешёл на погоду.

— Сегодня так хорошо на улице. Нет ветра, ясно. Самое «то» для прогулки. — сказала Света.

— А меня доктор предупредил, что если увидит ходячим в течение недели, то переведёт в другую больницу. — разочарованно сказал Дима.

— Да, это он может организовать. Был у нас тут один пациент, вечно цеплялся ко мне из-за моего роста, оскорбительно высказывался. Он ему сделал предупреждение, тот не воспринял… Уже на второй день после операции доктор отправил того на домашнее лечение. Но, а с другой стороны, разве он не прав по отношению к тебе? По-другому как на тебя воздействовать?

— Согласен. Буду выполнять предписание врача, раз обещал.

Перед обедом Дмитрий находился в палате один и незаметно закимарил из-за тёплого светящего в окно солнца. Когда он проснулся и открыл глаза, в его палате на своём стульчике рядом с кроватью сидела Света и смотрела на тумбочку, где стояли подаренные ей цветы, и любовалась ими. Рядом стоял поднос с обедом. Она перевела свой взгляд на Дмитрия и увидела, что он проснулся.

— Обед! — громко произнесла она: Сегодня ты работаешь ложкой сам. Моторика конечностей помогает выздоровлению.

Она поставила поднос ему на ноги, вручила в левую руку ложку и помогла приподняться. Подложила ещё одну подушку под голову.

— Приятного аппетита. — сказала она и присела рядом на своём стульчике, начала наблюдать.

— Спасибо. — произнёс Дмитрий. Видимо он не был левшой, потому, что его рука неумело загребала суп и не совсем ровно подносила ложку ко рту. Но он справился с задачей, хотя лицо он немного обляпал. Выпил компот. Света забрала поднос с кровати и поставила его на тумбочку.

— Вот, уже хорошо. Дай я тебе лицо вытру.

Она подставила стульчик поближе и поднялась на него. Чистым краешком халата вытерла около рта:

— Как спалось?

— Как младенец.

— Что-нибудь снилось?

— Как ни странно, но совсем ничего.

Прошло два дня. Больше снов Дмитрий не видел. Ничего так и не вспомнил. Цветы в стакане начали вянуть. Посреди ночи ему не спалось. В районе четырёх утра он тайком решил обновить цветы. За окном только начало светать, и он выкарабкался из кровати, подошёл к двери своей палаты, прислушался. Тишина. Выглянул из палаты. Никого. Из соседней палаты доносился храп больного и больше ничего. По коридору он заковылял на улицу, оглядываясь, чтобы его не увидели. На улице тоже никого. С клумбы рвать цветы он не стал. Правильно сказал доктор: их же кто-то выращивал. Вышел за пределы больницы и огляделся. Невдалеке он разглядел какой-то небольшой рынок. Может там что найдётся. С трудом он доковылял до него. Там было два ларька с цветами. В это время естественно закрытых. Через стекло он заглянул вовнутрь. В ведёрках чего только не было. Первый взгляд упал на розы. И как? Дмитрий взял увесистый камень и подошёл к ларьку. Подкинул несколько раз в руке и откинул в сторону:

— Я же не бандюга… И воровать я не буду.

Он обошёл ларьки. Сзади них стояла коробка с выброшенными цветами. Поковырявшись в них, он обнаружил вполне презентабельную розу. Оборвал несколько подвявших лепестков. Вполне красиво. Заковылял обратно в больницу. Вошёл в дверь и направился в сторону своей палаты. Но тут на него вышел Александр Степанович и остановился, оглядывая Дмитрия. Он перевёл свой взгляд на цветок. Немое молчание обоих. Лицо Дмитрия покраснело. Доктор глянул ему в глаза:

— Будем считать, что я тебя не видел. — и, вошёл в кабинет обратно.

Дима глубоко выдохнул и, ковыляя, поторопился вернуться в свою палату. Там он укоротил стебель цветка, обновил воду в стакане и поставил к себе на тумбочку. За окном уже прилично посветлело. В коридоре послышались шаги. Больше походило на детский короткий шаг. Явно это шла Света. Дмитрий впрыгнул в кровать и притворился спящим. Да, Дмитрий не ошибся. Света заглянула в палату и её взор сразу упал на стоящую на тумбочке розу. Немного приоткрыв рот, она вошла в палату и приблизилась к ней. Наверное, ей никогда не дарили цветов. Она немного постояла рядом, взяла в руки стакан и глубоко вдохнула аромат бутона. Улыбка расплылась на её лице и на глаз даже навернулась слеза. Лицо Дмитрия было повёрнуто в сторону двери, глаза закрыты. Он прислушивался к действиям Светы, не выдавая своего бодрствования. Света поставила стакан обратно и подошла к Диме, поцеловала в лоб. Улыбка Димы выдала его состояние.

— Спасибо. — произнесла Света.

— Для хорошего человека всегда пожалуйста. — открыл глаза он.

— Ты не боялся попасться Александру Степановичу? Он ведь сегодня на смене…

— Боялся. — утвердительно сказал Дима.

— И что?

— Попался…

— Как? — забеспокоилась Света: И что он? Теперь переведёт?

— Не знаю… Он сказал, что типа меня он не видел и ушёл.

Света глубоко выдохнула:

— Ну и зачем ты нарываешься? Хочешь, чтобы тебя отсюда перевели куда-нибудь?

Дмитрий прямо посмотрел ей в глаза. Ему было приятно, что он сделал приятно ей и заставил её немного за него поволноваться.

— Ты за меня беспокоишься? — спросил он.

— Конечно! — с чувством произнесла она, а потом перевела интонацию в другое русло: Мне же интересно кто ты на самом деле есть. А если тебя переведут, как я это узнаю?

— Я тебе сам потом сообщу.

— Отдыхай «сообщальщик». Постарайся больше не нарываться на неприятности. А то Александр Степанович — человек слово… Что тебе стоит ещё три — четыре дня поваляться в кровати.

— Хорошо. Теперь я обещаю тебе, что не буду три дня вставать с кровати.

— Так же как Александру Степановичу?

— Нет, не так же. Клянусь!

Прошло три дня. Света частенько просто так забегала в палату, занюхивала цветок и шла дальше работать. Как и обещал Свете, Дмитрий не вставал с кровати. Не было повода. Роза крепко стояла в стакане. Не наклонилась, бутон держался молодцом. Доктор ежедневно наведывался, спрашивал