Маркиз из Сорренто - Сара Крейвен

Сознание возвращалось к Полли медленно. Она лежала неподвижно, борясь с подступившей тошнотой и страшась открыть глаза. Под спиной был мягкий диван. В комнате кто-то тихо разговаривал. Из окна доносился шум машин.

Полли неуверенно приподнялась на локте и огляделась. Она находилась посреди широкой кровати, покрытой отделанным золотом шелковым покрывалом.

Первым человеком, которого она увидела, была графиня; она отвинчивала крышку маленькой бутылочки. Нюхательная соль, подумала Полли. Старуха постоянно держала при себе в поездках нюхательную соль на случай, если ее укачает.

А в нескольких ярдах от нее молча стоял Сандро, наклонив голову; Полли отчетливо видела его профиль.

Это не был плод ее воображения, как она надеялась, а реальный кошмар. И Сандро совершенно не напоминал того смеющегося, взъерошенного любовника в потертых шортах и старенькой майке, того, которого она когда-то знала и желала так страстно. Это был совершенно другой человек, о существовании которого она не подозревала, когда лежала в его объятиях.

Этот другой Сандро был одет в темный костюм, сшитый у модного портного. Темные вьющиеся волосы аккуратно подстрижены. На жестком загорелом лице ни следа щетины. Легкий запах какого-то дорогого одеколона. Его безупречно белую рубашку дополнял темный шелковый галстук, на запястье виднелись роскошные платиновые часы.

Какой бы путь он в жизни ни избрал, решила Полли, этот путь привел его к нешуточным деньгам. У нее запершило в горле от горечи и обиды. Ей не хотелось думать, каким образом он пришел к таким деньгам. Кто сказал, что преступления не оплачиваются?

Инстинкт подсказал ей, что Сандро молчит вовсе не из-за чувства вины. За этим молчанием Полли угадывала гнев, который он твердо держал под контролем. Невозможное совершилось: она снова оказалась лицом к лицу с этим человеком и снова поразилась силе своей физической реакции на него. И ей вдруг стало нестерпимо стыдно.

Она заставила себя вспомнить о жестокости его предательства. О циничной попытке откупиться от нее, о недвусмысленных угрозах, которыми эта попытка сопровождалась. О чувстве одиночества, охватившем ее, когда она улетала из Италии. Нет, ей нельзя разговаривать с ним, сейчас самое важное — это выбраться отсюда, и как можно скорее.

Она села, но комната тут же поплыла перед ней, и она снова легла, приложив ладонь ко лбу.

Сандро поспешно шагнул вперед и остановился, заметив, что Полли инстинктивно отшатнулась от него. Его губы сжались в холодной улыбке.

— Нет, — произнес он, — это неправильно. Наверное, ты должна была подготовиться к нашей встрече заранее.

Он подошел ближе. Теперь Полли впервые ясно увидела его лицо.

На короткое мгновение она замерла в испуге.

Он выглядел каким-то постаревшим и усталым. На высокой скуле появился неровный шрам, идущий от уголка глаза.

Боже, воскликнула Полли про себя и нервно проглотила слюну. Вдруг он решит, что я сочла его отталкивающим и поэтому отворачиваюсь.

Острая жалость пронзила ее. Полли перевела дыхание, собираясь с силами, чтобы противостоять приливу сочувствия, которого Сандро не заслужил.

Пусть думает, что хочет, приказала она себе. Он сам избрал свой жизненный путь и, каким бы богатым и влиятельным ни стал, заплатил, похоже, за свое преуспевание слишком высокую цену. А ей посчастливилось исчезнуть и скрыть от него свои душевные раны. Вот и все, что еще можно тут сказать?

Она отвернулась от Сандро.

— Я не понимаю. — Слабый голос Полли дрожал. — Что я здесь делаю? Что… произошло?

Ответила ей графиня:

— Вы упали в обморок, синьорина. Прямо у ног моего племянника.

— Вашего племянника? — бездумно повторила Полли.

Ее сознание отказывалось воспринимать слова старой графини. Она тряхнула головой и тут же пожалела об этом, боль отдалась в висках.

— Это, наверное, какая-то шутка?

Графиня высокомерно вскинула голову.

— Не понимаю вас, синьорина. Уверяю вас, никаких шуток. Сандро — сын моего покойного кузена. Кстати сказать, единственный сын.

— Нет, — прошептала Полли. — Этого не может быть. Это невозможно.

— Я не привыкла к тому, чтобы в моих словах сомневались, синьорина Ферфакс. — Графиня говорила очень холодно. Затем она замолчала и протянула Полли стакан воды. — Но вы сейчас не в себе, так что придется быть к вам снисходительной. Пожалуйста, выпейте это. Сейчас я закажу закуски. Вам станет лучше, если вы что-нибудь съедите.

— Спасибо, ничего не нужно.

Полли отставила пустой стакан, придвинулась к изголовью кровати и опустила ноги на пол. Она упала в обморок, чего с ней в жизни не случалось.